лебеди-125
ЛЕБЕДИ
лебеди плыли. Дым, оранжевый от заката,\облако наполнял. Заводик на том берегу\дул в соломинки ржавых труб.\– Этот завод горбатый, эта река мне начинают казаться\видом из моего окна в Нью Джерси... Милый, я не в бреду? –\ты сказала, бросив травинку на мокрый уступ. Максим Шраер Закат на берегу Блэкстоун-ривер в Провиденсе, штат Род Айленд
Лети, изнывающий лебедь,\Спасайся от лютой зимы.\Не будем мгновения гневить,\Посеем сомнения мы. Олег Кувшинов Браджраджнагар
Мир, подошедший к беде, Полон слепого доверья. Лебеди спят на воде. Клювы запрятаны в перья. Николай Старшинов
Николай Клюев (1887-1937)
Разруха
I
Песня Гамаюна
К нам вести горькие пришли,
Что зыбь Арала в мертвой тине,
Что редки аисты на Украине,
Моздокские не звонки ковыли,
И в светлой Саровской пустыне
Скрипят подземные рули!
К нам тучи вести занесли,
Что Волга синяя мелеет,
И жгут по Керженцу злодеи
Зеленохвойные кремли,
Что нивы суздальские, тлея,
Родят лишайник да комли!
Нас окликают журавли
Прилетной тягою впоследки,
И сгибли зябликов наседки
От колтуна и жадной тли,
Лишь сыроежкам многолетки
Хрипят косматые шмели!
К нам вести черные пришли,
Что больше нет родной земли,
Как нет черемух в октябре,
Когда потемки на дворе
Считают сердце колуном,
Чтобы согреть продрогший дом,
Но не послушны колуну,
Поленья воют на луну.
И больно сердцу замирать,
А в доме друг, седая мать!..
Ах, страшно песню распинать!
Нам вести душу обожгли,
Что больше нет родной земли,
Что зыбь Арала в мертвой тине,
Замолк Грицько на Украине,
И Север — лебедь ледяной —
Истек бездомною волной,
Оповещая корабли,
Что больше нет родной земли!
АЛЕКСАНДР БЛОК Том 1 из 9. Стихотворения 1898-1904
?Она молода и прекрасна была…?
Она молода и прекрасна была
И чистой мадонной осталась,
Как зеркало речки спокойной, светла.
Как сердце мое разрывалось!..
Она беззаботна, как синяя даль,
Как лебедь уснувший, казалась;
Кто знает, быть может, была и печаль…
Как сердце мое разрывалось!..
Когда же мне пела она про любовь,
То песня в душе отзывалась,
Но страсти не ведала пылкая кровь…
Как сердце мое разрывалось!..
27 июля 1898
ГРИГОРИЙ ШИРМАН (1898-1956) ЗАЗВЕЗДНЫЙ ЗОВ 2012
МАШИНА ТИШИНЫ
275
С тобою смело на Парнас
И на Олимп взойду с тобою.
Не ждали там в лазури нас,
И не готовы стрелы к бою.
Мы там амврозию возьмем
У Зевса, спящего так бодро,
И вниз в ближайший детский дом
Полным-полнехонькие ведра.
Но золотой нектар до дна
Мы сами вылижем дорогой,
И древней выси тишина
Заглянет в душу синью строгой.
И в лунный съежится клубок,
И чешуей сверкнет змеиной,
И север, запад, юг, восток
Затянет млечной паутиной.
И мы узнаем, что за грусть,
Как лебедь, плачет в буйной силе,
Что жизнь тиха, как степь, как Русь,
Для тех, кто вечности вкусили.
ЛЕОНИД АРОНЗОН (1939-1970) ПРОЕКТ НОВОГО ИЗБРАННОГО
СОНЕТ В ИГАРКУ
Ал. Ал.
У вас белее наши ночи,
а значит, белый свет белей:
белей породы лебедей
и облака, и шеи дочек.
Природа, что она? Подстрочник
с языков неба? и Орфей
не сочинитель, не Орфей,
а Гнедич, Кашкин, переводчик?
И право, где же в ней сонет?
Увы, его в природе нет.
В ней есть леса, но нету древа:
оно — в садах небытия:
Орфей тот, Эвридике льстя,
не Эвридику пел, но Еву!
Июнь 1967
УИЛЬЯМ БАТЛЕР ЙЕЙТС Стихи. (В переводах разных авторов) 2009
в переводах Ивана Бабицкого
Увядание ветвей
Шепталась с птицами луна, и я воскликнул: "Пусть
Не молкнут крики кулика и ржанки горький стон, -
Но где же нега слов твоих, и радость их, и грусть?
Смотри: дорогам нет конца, и нет душе приюта".
Медово-бледная луна легла на сонный склон,
И я на Эхтге[43] задремал, в ручьевой стороне.
Не ветер ветви иссушил, не зимний холод лютый, -
Иссохли ветви, услыхав, что видел я во сне.
Я знаю тропы, где идут колдуньи в час ночной,
В венцах жемчужных поднявшись из мглы озерных вод,
С куделью и веретеном, с улыбкой потайной;
Я знаю, где луна плывет, где, пеною обуты,
Танцоры племени Дану[44] сплетают хоровод
На луговинах островных при стынущей луне.
Не ветер ветви иссушил, не зимний холод лютый, -
Иссохли ветви, услыхав, что видел я во сне.
Я знаю сонную страну, где лебеди кружат,[45]
Цепочкой скованы златой, и на лету поют,
Где королева и король в блаженстве без отрад
Блуждают молча: взор и слух навек у них замкнуты
Премудростью, что в сердце им лебяжьи песни льют, -
То знаю я да племя птиц в ручьевой стороне.
Не ветер ветви иссушил, не зимний холод лютый, -
Иссохли ветви, услыхав, что видел я во сне.
THE WITHERING OF THE BOUGHS
I CRIED when the moon was murmuring to the birds:
"Let peewit call and curlew cry where they will,
I long for your merry and tender and pitiful words,
For the roads are unending, and there is no place to my mind."
The honey-pale moon lay low on the sleepy hill,
And I fell asleep upon lonely Echtge of streams.
No boughs have withered because of the wintry wind;
The boughs have withered because I have told them my dreams.
I know of the leafy paths that the witches take,
Who come with their crowns of pearl and their spindles of wool,
And their secret smile, out of the depths of the lake;
I know where a dim moon drifts, where the Danaan kind
Wind and unwind their dances when the light grows cool
On the island lawns, their feet where the pale foam gleams.
No boughs have withered because of the wintry wind;
The boughs have withered because I have told them my dreams.
I know of the sleepy country, where swans fly round
Coupled with golden chains, and sing as they fly.
A king and a queen are wandering there, and the sound
Has made them so happy and hopeless, so deaf and so blind
With wisdom, they wander till all the years have gone by;
I know, and the curlew and peewit on Echtge of streams.
No boughs have withered because of the wintry wind;
The boughs have withered because I have told them my dreams.
АЛЕКСАНДР ПРОКОФЬЕВ (1900-1971) БП 1964
555. ЕЛЕНКА
(ОСТРОВОК НА БАЙКАЛЕ)
Над ней лазурно в небе,
Не слышно непогод.
Она плывет, как лебедь,
Как белый пароход.
…Еленочка, Еленка,
Ты просто хороша.
Сейчас в тебе, Еленка,
Живет моя душа.
Уж мне не выйти сразу
Из этого кольца —
Ведь рядом ходят сказы,
И сказам нет конца!
1960
ЕЛЕНА ТАХО-ГОДИ
Стихи
Опубликовано в журнале Звезда, номер 5, 2015
* * *
Как верный пес, сидящий на цепи,
Я к прошлому прикована навеки,
И всем земным законом вопреки
Вновь вспять текут воспоминаний реки.
Я вижу девочку, спустившуюся в сад,
И куст гортензии ее гораздо выше,
И черепицу на пологой крыше,
И занавеси белой водопад,
И синий переплет веранды старой,
И комнат ряд, идущих анфиладой,
И улицу с сиреневым кустом
И снежными горами в перспективе,
Тенистый парк с рекой посередине
И островами с редким ивняком,
И пони, запряженного в тележку,
Где, как и я, ликует детвора,
И платьице кофейное с мережкой,
И взлет качелей прямо в облака,
И радужное перышко павлина,
И лебедя на зеркале пруда,
И все зовет меня — туда, туда, туда!..
Но волны вечности уносят мимо, мимо.
АННА АХМАТОВА (1889-1966)
* * *
Веет ветер лебединый,
Небо синее в крови.
Наступают годовщины
Первых дней твоей любви.
Ты мои разрушил чары,
Годы плыли, как вода.
Отчего же ты не старый,
А такой, как был тогда?
Даже звонче голос нежный,
Только времени крыло
Осенило славой снежной
Безмятежное чело.
1922
* * *
Владимир Леонович Нарастающий воздух
Опубликовано в журнале Знамя, номер 3, 2009
Обрыв и небо
Вороные, удалые гривачи мои!
Песня
Стихи,
спасёте ли меня,
как женщину спасли (тогда, в Одессе?)
Спасите!
Воя и стеня,
я гибну в Бахмутовской веси.
Что — я —
былинные богатыри
как дети малые в слезах тонули…
Над Волгой степь, и волны-ковыли —
метель в июле.
Кони! Эй вы, ну ли,
чего заснули? Шевелись-гляди!
Храпят мордовороты-пристяжные.
Обрыв и небо у меня в груди.
Обрыв и небо, небо!
Вороные!
Негодуют!
Семеро вас было и один
в первых числах мая на Поломе.
Чуть поодаль плавал лебедин
на раздольном луговом полое.
Исполать, я думал, исполать
вашему доверчивому стану!
Вам лететь НА ЗЕРКАЛЬНУЮ ГЛАДЬ
ЛЕДЯНОЙ ПОЛНОЧНОЙ ТРОЛЛЕТАНЫ.
…Октября последнее число.
Возвращаетесь, но что-то поздно.
Беспорядочно, крикливо, слёзно
обсуждается — какое зло?
Как вы потеряли сразу трёх:
в камышовой лужице — пятёрка.
Выхлопы моторов, пёсий брёх,
ваша сбивчивая скороговорка.
Птицы не таятся от людей —
негодуют! Вслушиваюсь, вижу:
близко в сумерках белеет — ближе
чем на выстрел — стайка лебедей.
Алексей Пурин
Обмен
Стихи
Опубликовано в журнале Знамя, номер 4, 2010
Об авторе | Алексей Арнольдович Пурин родился в 1955 году, поэт, эссеист, переводчик. Стихи переводились на английский, голландский, итальянский, немецкий, французский и др. Лауреат премии “Северная Пальмира” (1996, 2002). В “Знамени” публикуется с № 4 1997 года; предыдущая публикация — “Знамя”, № 10 за 2008 год. Живет в Санкт-Петербурге.
Поэту
Не Зевс, а рой ворон клевать больную печень
на огонёк твой прилетит.
Сюжет извечен:
о высших доблестях заботится петит —
жужжа, зудя, шипя, захлебываясь в гуле
(блин, лебединый стан!)…
А мудрый Карамзин уже давно в Стамбуле,
и с ним беседует султан.
АЛЕКСАНДР БЛОК Том 1 из 9. Стихотворения 1898-1904
Стихи о прекрасной даме (1901–1902)
?Вечереющий сумрак, поверь…?
Вечереющий сумрак, поверь,
Мне напомнил неясный ответ.
Жду — внезапно отворится дверь,
Набежит исчезающий свет.
Словно бледные в прошлом мечты,
Мне лица сохранились черты
И отрывки неведомых слов,
Словно отклики прежних миров,
Где жила ты и, бледная, шла,
Под ресницами сумрак тая,
За тобою — живая ладья,
Словно белая лебедь, плыла,
За ладьей — огневые струи —
Беспокойные песни мои…
Им внимала задумчиво ты,
И лица сохранились черты,
И запомнилась бледная высь,
Где последние сны пронеслись.
В этой выси живу я, поверь,
Смутной памятью сумрачных лет,
Смутно помню — отворится дверь,
Набежит исчезающий свет.
20 декабря 1901
Ирина Озерова (1934–1984) Память о мечте. Стихи и переводы 2013
Семен Данилов
(1917–1978)
(перевод с якутского ?Берез не задевая, не смяв воды озерной…?
Берез не задевая, не смяв воды озерной,
Промчался свежий ветер, был очень плавен взлет,
А самолет за тучами гудит своим мотором,
И стая диких уток ушла за горизонт.
Вот пароход, как лебедь, выходит на фарватер,
Уходит он на Север, а Север так далек.
А солнце – по-осеннему светло, холодновато
Все смотрит, смотрит, смотрит на золотой денек.
Уходят в школу дети, едва простясь с забавами,
И голоса их ломкие задиристо звучат…
В притихшем доме дедушки и ласковые бабушки
Ворчат, что не хватает им взрослеющих внучат.
А я смотрю и думаю: пусть едут в страны дальние,
Пускай летают, плавают – ведь нужно всем мечтать.
А у меня, осеннего, всего одно желание —
Твою ладонь натруженную в своей руке держать.
Ирина Озерова (1934–1984) Память о мечте. Стихи и переводы 2013
Юван Шесталов
(р. 1937 г.)
(перевод с манси)
Древняя картина
Я – лебедь,
Ты – озеро,
Я парю
По небу, крылья свои распластав,
Я пою
О синих влажных глазах
В темно-зеленых ресницах трав.
Ты мне рассветной улыбкой сверкни,
Волны песцовые успокой,
И люди прозреют,
И скажут они:
?Ах, жизнь!
Мы ее не видали такой…?
А может, дело вовсе не в них,
А в этой бессмертной, живой красоте,
Я крылья сложу,
Соскользну я вниз —
Белый лебедь
На синей воде!
Любовь Столица (1884-1934) Голос Незримого 2013 Том 2
СКАЗКИ И ПОЭМЫ
ЛЕБЕДИНАЯ РОДИНА
XVI
Он не скучал. Живой и пылкий,
Здесь, близ земли, в уединенье,
Охотничьей старинной жилки
Почувствовал он пробужденье.
На лыжах липовых скрипящих,
Со старой ржавой одностволкой,
Он под зеленой хвоей колкой
Блуждал в душистых, мшистых чащах.
Следил седых, косых зайчишек
В излогах прихотливый бег
И розовых смолистых шишек
Паденье мягкое на снег.
XVII
Он понял родины красоты
И любовался с гор и скатов
В который раз! быть может, в сотый
Явленьем пасолнц и закатов:
Игранием столбов багровых,
И настов зыбью голубою,
И изумрудной городьбою
Лесов еловых и кедровых.
В красе той белой лебединой
Он понял женские черты
И нес в ложбины и долины
Мужские смелые мечты!
VII
В холодной, темной боковуше,
Где встали рундуки с ларями,
Полны мукой, сушеной грушей,
Полотнами и янтарями,
Где приторно и нежно пахло
Изюмом голубым кувшинным,
А жолкнущим по связкам длинным
Грибом – остро, немножко затхло,
Где мышь проворная иль крыса
Шуршала громко в уголке, —
Рыдала тихо Василиса,
Полулежа на сундуке.
АЛЕКСАНДР ПРОКОФЬЕВ (1900-1971) БП 1964
632. ЛЕБЕДИ
За Непрядвой лебеди кричали…
А. Блок
Росла трава, и поднимались озими,
И косо в воду падали лучи.
Однажды сели лебеди на озеро
И расплескали воду на ручьи,
На капли, на струи и на капели…
И пел камыш, покуда не поник,
А от зари закатной воды рдели,
А днем играла радуга на них.
И общий жребий стае был подарен —
От лебедей на озере светло.
Когда же град предзимний вдруг ударил,
То лебедин поднялся на крыло.
И может быть, в просторе необъятном,
Еще вблизи от родины своей,
К ним слабо донесется от Непрядвы
И крик и трубы новых лебедей.
1962
Ирина Озерова (1934–1984) Память о мечте. Стихи и переводы 2013
Юван Шесталов
(р. 1937 г.)
(перевод с манси)
Песня последнего лебедя
Весной на лесное озеро прилетел один лебедь. В небе веселились другие птицы – самолеты. И уток стало мало! Раньше охотники любовались лебедями. А этот лебедь плакал. Его плач и записал я…
Я в объятьях неба…
Подо мною земля
И озер камышовые гнезда…
Я выше деревьев.
Лучи моих глаз
Могут пощупать то,
Что скрыто за чертой горизонта.
Вы придумали, люди, что я пою,
Лепечу, как ребенок, от счастья…
Я давно уже плачу.
Высоко надо мной
Распласталась стальная
Незнакомая птица.
Громкий голос ее
Оглушает меня в полете,
А крылья
Вызывают солнечное затменье.
Люди стоят на земле, головы запрокинув,
И смотрят
За пределы неба,
Куда я заглянуть не могу,
И хмелеют от песни железной…
А когда-то
Манси трогали пальцами
Струны моей души
И называли свою деревянную птицу
Нежноголосым лебедем…
Что глазеете вы, как в музее,
На мое одиночество?!
Из-за чьей-то одинокой жестокости
Я от стаи отстал…
Сто кругов
Прочерчу я над озером,
Где прадеды мои вили гнезда,
Окунусь в белизну белой ночи.
А утром,
Когда в небе нас будет двое —
Я и солнце,
И не грянет железная песня,
Я рассыплю смех,
Вылеплю лепет
И, как след, оставлю
Старинный, последний
Свой клич:
– Летите, люди, в космос,
Сверлите, люди, Землю.
Смотрите туда,
Куда я заглянуть не могу,
Но берегите
Белые мои озера,
Ибо
Почернеет небо без белых лебедей,
Почернеют ночи без белых лебедей,
Под зеленой травой
Простучит черная пустошь,
Не топчите травы —
Я совью из них гнездо
И белой ночью
Высижу для вас белых лебедят…
А утром,
Впервые увидев солнце,
Они рассыплют смех,
Вылепят лепет
И, как след, оставят
Старинный, последний, лебединый клич…
АЛЕКСАНДР БЛОК Том 1 из 9. Стихотворения 1898-1904
Распутья (1902–1904)
?Снова иду я над этой пустынной равниной…?
Снова иду я над этой пустынной равниной.
Сердце в глухие сомненья укрыться не властно.
Что полюбил я в твоей красоте лебединой —
Вечно прекрасно, но сердце несчастно.
Я не скрываю, что плачу, когда поклоняюсь,
Но, перейдя за черту человеческой речи,
Я и молчу, и в слезах на тебя улыбаюсь!
Проводы сердца — и новые встречи.
Снова нахмурилось небо, и будет ненастье.
Сердцу влюбленному негде укрыться от боли.
Так и счастливому страшно, что кончится счастье
Так и свободный боится неволи
22 февраля 1903
лебеди плыли. Дым, оранжевый от заката,\облако наполнял. Заводик на том берегу\дул в соломинки ржавых труб.\– Этот завод горбатый, эта река мне начинают казаться\видом из моего окна в Нью Джерси... Милый, я не в бреду? –\ты сказала, бросив травинку на мокрый уступ. Максим Шраер Закат на берегу Блэкстоун-ривер в Провиденсе, штат Род Айленд
Лети, изнывающий лебедь,\Спасайся от лютой зимы.\Не будем мгновения гневить,\Посеем сомнения мы. Олег Кувшинов Браджраджнагар
Мир, подошедший к беде, Полон слепого доверья. Лебеди спят на воде. Клювы запрятаны в перья. Николай Старшинов
Николай Клюев (1887-1937)
Разруха
I
Песня Гамаюна
К нам вести горькие пришли,
Что зыбь Арала в мертвой тине,
Что редки аисты на Украине,
Моздокские не звонки ковыли,
И в светлой Саровской пустыне
Скрипят подземные рули!
К нам тучи вести занесли,
Что Волга синяя мелеет,
И жгут по Керженцу злодеи
Зеленохвойные кремли,
Что нивы суздальские, тлея,
Родят лишайник да комли!
Нас окликают журавли
Прилетной тягою впоследки,
И сгибли зябликов наседки
От колтуна и жадной тли,
Лишь сыроежкам многолетки
Хрипят косматые шмели!
К нам вести черные пришли,
Что больше нет родной земли,
Как нет черемух в октябре,
Когда потемки на дворе
Считают сердце колуном,
Чтобы согреть продрогший дом,
Но не послушны колуну,
Поленья воют на луну.
И больно сердцу замирать,
А в доме друг, седая мать!..
Ах, страшно песню распинать!
Нам вести душу обожгли,
Что больше нет родной земли,
Что зыбь Арала в мертвой тине,
Замолк Грицько на Украине,
И Север — лебедь ледяной —
Истек бездомною волной,
Оповещая корабли,
Что больше нет родной земли!
АЛЕКСАНДР БЛОК Том 1 из 9. Стихотворения 1898-1904
?Она молода и прекрасна была…?
Она молода и прекрасна была
И чистой мадонной осталась,
Как зеркало речки спокойной, светла.
Как сердце мое разрывалось!..
Она беззаботна, как синяя даль,
Как лебедь уснувший, казалась;
Кто знает, быть может, была и печаль…
Как сердце мое разрывалось!..
Когда же мне пела она про любовь,
То песня в душе отзывалась,
Но страсти не ведала пылкая кровь…
Как сердце мое разрывалось!..
27 июля 1898
ГРИГОРИЙ ШИРМАН (1898-1956) ЗАЗВЕЗДНЫЙ ЗОВ 2012
МАШИНА ТИШИНЫ
275
С тобою смело на Парнас
И на Олимп взойду с тобою.
Не ждали там в лазури нас,
И не готовы стрелы к бою.
Мы там амврозию возьмем
У Зевса, спящего так бодро,
И вниз в ближайший детский дом
Полным-полнехонькие ведра.
Но золотой нектар до дна
Мы сами вылижем дорогой,
И древней выси тишина
Заглянет в душу синью строгой.
И в лунный съежится клубок,
И чешуей сверкнет змеиной,
И север, запад, юг, восток
Затянет млечной паутиной.
И мы узнаем, что за грусть,
Как лебедь, плачет в буйной силе,
Что жизнь тиха, как степь, как Русь,
Для тех, кто вечности вкусили.
ЛЕОНИД АРОНЗОН (1939-1970) ПРОЕКТ НОВОГО ИЗБРАННОГО
СОНЕТ В ИГАРКУ
Ал. Ал.
У вас белее наши ночи,
а значит, белый свет белей:
белей породы лебедей
и облака, и шеи дочек.
Природа, что она? Подстрочник
с языков неба? и Орфей
не сочинитель, не Орфей,
а Гнедич, Кашкин, переводчик?
И право, где же в ней сонет?
Увы, его в природе нет.
В ней есть леса, но нету древа:
оно — в садах небытия:
Орфей тот, Эвридике льстя,
не Эвридику пел, но Еву!
Июнь 1967
УИЛЬЯМ БАТЛЕР ЙЕЙТС Стихи. (В переводах разных авторов) 2009
в переводах Ивана Бабицкого
Увядание ветвей
Шепталась с птицами луна, и я воскликнул: "Пусть
Не молкнут крики кулика и ржанки горький стон, -
Но где же нега слов твоих, и радость их, и грусть?
Смотри: дорогам нет конца, и нет душе приюта".
Медово-бледная луна легла на сонный склон,
И я на Эхтге[43] задремал, в ручьевой стороне.
Не ветер ветви иссушил, не зимний холод лютый, -
Иссохли ветви, услыхав, что видел я во сне.
Я знаю тропы, где идут колдуньи в час ночной,
В венцах жемчужных поднявшись из мглы озерных вод,
С куделью и веретеном, с улыбкой потайной;
Я знаю, где луна плывет, где, пеною обуты,
Танцоры племени Дану[44] сплетают хоровод
На луговинах островных при стынущей луне.
Не ветер ветви иссушил, не зимний холод лютый, -
Иссохли ветви, услыхав, что видел я во сне.
Я знаю сонную страну, где лебеди кружат,[45]
Цепочкой скованы златой, и на лету поют,
Где королева и король в блаженстве без отрад
Блуждают молча: взор и слух навек у них замкнуты
Премудростью, что в сердце им лебяжьи песни льют, -
То знаю я да племя птиц в ручьевой стороне.
Не ветер ветви иссушил, не зимний холод лютый, -
Иссохли ветви, услыхав, что видел я во сне.
THE WITHERING OF THE BOUGHS
I CRIED when the moon was murmuring to the birds:
"Let peewit call and curlew cry where they will,
I long for your merry and tender and pitiful words,
For the roads are unending, and there is no place to my mind."
The honey-pale moon lay low on the sleepy hill,
And I fell asleep upon lonely Echtge of streams.
No boughs have withered because of the wintry wind;
The boughs have withered because I have told them my dreams.
I know of the leafy paths that the witches take,
Who come with their crowns of pearl and their spindles of wool,
And their secret smile, out of the depths of the lake;
I know where a dim moon drifts, where the Danaan kind
Wind and unwind their dances when the light grows cool
On the island lawns, their feet where the pale foam gleams.
No boughs have withered because of the wintry wind;
The boughs have withered because I have told them my dreams.
I know of the sleepy country, where swans fly round
Coupled with golden chains, and sing as they fly.
A king and a queen are wandering there, and the sound
Has made them so happy and hopeless, so deaf and so blind
With wisdom, they wander till all the years have gone by;
I know, and the curlew and peewit on Echtge of streams.
No boughs have withered because of the wintry wind;
The boughs have withered because I have told them my dreams.
АЛЕКСАНДР ПРОКОФЬЕВ (1900-1971) БП 1964
555. ЕЛЕНКА
(ОСТРОВОК НА БАЙКАЛЕ)
Над ней лазурно в небе,
Не слышно непогод.
Она плывет, как лебедь,
Как белый пароход.
…Еленочка, Еленка,
Ты просто хороша.
Сейчас в тебе, Еленка,
Живет моя душа.
Уж мне не выйти сразу
Из этого кольца —
Ведь рядом ходят сказы,
И сказам нет конца!
1960
ЕЛЕНА ТАХО-ГОДИ
Стихи
Опубликовано в журнале Звезда, номер 5, 2015
* * *
Как верный пес, сидящий на цепи,
Я к прошлому прикована навеки,
И всем земным законом вопреки
Вновь вспять текут воспоминаний реки.
Я вижу девочку, спустившуюся в сад,
И куст гортензии ее гораздо выше,
И черепицу на пологой крыше,
И занавеси белой водопад,
И синий переплет веранды старой,
И комнат ряд, идущих анфиладой,
И улицу с сиреневым кустом
И снежными горами в перспективе,
Тенистый парк с рекой посередине
И островами с редким ивняком,
И пони, запряженного в тележку,
Где, как и я, ликует детвора,
И платьице кофейное с мережкой,
И взлет качелей прямо в облака,
И радужное перышко павлина,
И лебедя на зеркале пруда,
И все зовет меня — туда, туда, туда!..
Но волны вечности уносят мимо, мимо.
АННА АХМАТОВА (1889-1966)
* * *
Веет ветер лебединый,
Небо синее в крови.
Наступают годовщины
Первых дней твоей любви.
Ты мои разрушил чары,
Годы плыли, как вода.
Отчего же ты не старый,
А такой, как был тогда?
Даже звонче голос нежный,
Только времени крыло
Осенило славой снежной
Безмятежное чело.
1922
* * *
Владимир Леонович Нарастающий воздух
Опубликовано в журнале Знамя, номер 3, 2009
Обрыв и небо
Вороные, удалые гривачи мои!
Песня
Стихи,
спасёте ли меня,
как женщину спасли (тогда, в Одессе?)
Спасите!
Воя и стеня,
я гибну в Бахмутовской веси.
Что — я —
былинные богатыри
как дети малые в слезах тонули…
Над Волгой степь, и волны-ковыли —
метель в июле.
Кони! Эй вы, ну ли,
чего заснули? Шевелись-гляди!
Храпят мордовороты-пристяжные.
Обрыв и небо у меня в груди.
Обрыв и небо, небо!
Вороные!
Негодуют!
Семеро вас было и один
в первых числах мая на Поломе.
Чуть поодаль плавал лебедин
на раздольном луговом полое.
Исполать, я думал, исполать
вашему доверчивому стану!
Вам лететь НА ЗЕРКАЛЬНУЮ ГЛАДЬ
ЛЕДЯНОЙ ПОЛНОЧНОЙ ТРОЛЛЕТАНЫ.
…Октября последнее число.
Возвращаетесь, но что-то поздно.
Беспорядочно, крикливо, слёзно
обсуждается — какое зло?
Как вы потеряли сразу трёх:
в камышовой лужице — пятёрка.
Выхлопы моторов, пёсий брёх,
ваша сбивчивая скороговорка.
Птицы не таятся от людей —
негодуют! Вслушиваюсь, вижу:
близко в сумерках белеет — ближе
чем на выстрел — стайка лебедей.
Алексей Пурин
Обмен
Стихи
Опубликовано в журнале Знамя, номер 4, 2010
Об авторе | Алексей Арнольдович Пурин родился в 1955 году, поэт, эссеист, переводчик. Стихи переводились на английский, голландский, итальянский, немецкий, французский и др. Лауреат премии “Северная Пальмира” (1996, 2002). В “Знамени” публикуется с № 4 1997 года; предыдущая публикация — “Знамя”, № 10 за 2008 год. Живет в Санкт-Петербурге.
Поэту
Не Зевс, а рой ворон клевать больную печень
на огонёк твой прилетит.
Сюжет извечен:
о высших доблестях заботится петит —
жужжа, зудя, шипя, захлебываясь в гуле
(блин, лебединый стан!)…
А мудрый Карамзин уже давно в Стамбуле,
и с ним беседует султан.
АЛЕКСАНДР БЛОК Том 1 из 9. Стихотворения 1898-1904
Стихи о прекрасной даме (1901–1902)
?Вечереющий сумрак, поверь…?
Вечереющий сумрак, поверь,
Мне напомнил неясный ответ.
Жду — внезапно отворится дверь,
Набежит исчезающий свет.
Словно бледные в прошлом мечты,
Мне лица сохранились черты
И отрывки неведомых слов,
Словно отклики прежних миров,
Где жила ты и, бледная, шла,
Под ресницами сумрак тая,
За тобою — живая ладья,
Словно белая лебедь, плыла,
За ладьей — огневые струи —
Беспокойные песни мои…
Им внимала задумчиво ты,
И лица сохранились черты,
И запомнилась бледная высь,
Где последние сны пронеслись.
В этой выси живу я, поверь,
Смутной памятью сумрачных лет,
Смутно помню — отворится дверь,
Набежит исчезающий свет.
20 декабря 1901
Ирина Озерова (1934–1984) Память о мечте. Стихи и переводы 2013
Семен Данилов
(1917–1978)
(перевод с якутского ?Берез не задевая, не смяв воды озерной…?
Берез не задевая, не смяв воды озерной,
Промчался свежий ветер, был очень плавен взлет,
А самолет за тучами гудит своим мотором,
И стая диких уток ушла за горизонт.
Вот пароход, как лебедь, выходит на фарватер,
Уходит он на Север, а Север так далек.
А солнце – по-осеннему светло, холодновато
Все смотрит, смотрит, смотрит на золотой денек.
Уходят в школу дети, едва простясь с забавами,
И голоса их ломкие задиристо звучат…
В притихшем доме дедушки и ласковые бабушки
Ворчат, что не хватает им взрослеющих внучат.
А я смотрю и думаю: пусть едут в страны дальние,
Пускай летают, плавают – ведь нужно всем мечтать.
А у меня, осеннего, всего одно желание —
Твою ладонь натруженную в своей руке держать.
Ирина Озерова (1934–1984) Память о мечте. Стихи и переводы 2013
Юван Шесталов
(р. 1937 г.)
(перевод с манси)
Древняя картина
Я – лебедь,
Ты – озеро,
Я парю
По небу, крылья свои распластав,
Я пою
О синих влажных глазах
В темно-зеленых ресницах трав.
Ты мне рассветной улыбкой сверкни,
Волны песцовые успокой,
И люди прозреют,
И скажут они:
?Ах, жизнь!
Мы ее не видали такой…?
А может, дело вовсе не в них,
А в этой бессмертной, живой красоте,
Я крылья сложу,
Соскользну я вниз —
Белый лебедь
На синей воде!
Любовь Столица (1884-1934) Голос Незримого 2013 Том 2
СКАЗКИ И ПОЭМЫ
ЛЕБЕДИНАЯ РОДИНА
XVI
Он не скучал. Живой и пылкий,
Здесь, близ земли, в уединенье,
Охотничьей старинной жилки
Почувствовал он пробужденье.
На лыжах липовых скрипящих,
Со старой ржавой одностволкой,
Он под зеленой хвоей колкой
Блуждал в душистых, мшистых чащах.
Следил седых, косых зайчишек
В излогах прихотливый бег
И розовых смолистых шишек
Паденье мягкое на снег.
XVII
Он понял родины красоты
И любовался с гор и скатов
В который раз! быть может, в сотый
Явленьем пасолнц и закатов:
Игранием столбов багровых,
И настов зыбью голубою,
И изумрудной городьбою
Лесов еловых и кедровых.
В красе той белой лебединой
Он понял женские черты
И нес в ложбины и долины
Мужские смелые мечты!
VII
В холодной, темной боковуше,
Где встали рундуки с ларями,
Полны мукой, сушеной грушей,
Полотнами и янтарями,
Где приторно и нежно пахло
Изюмом голубым кувшинным,
А жолкнущим по связкам длинным
Грибом – остро, немножко затхло,
Где мышь проворная иль крыса
Шуршала громко в уголке, —
Рыдала тихо Василиса,
Полулежа на сундуке.
АЛЕКСАНДР ПРОКОФЬЕВ (1900-1971) БП 1964
632. ЛЕБЕДИ
За Непрядвой лебеди кричали…
А. Блок
Росла трава, и поднимались озими,
И косо в воду падали лучи.
Однажды сели лебеди на озеро
И расплескали воду на ручьи,
На капли, на струи и на капели…
И пел камыш, покуда не поник,
А от зари закатной воды рдели,
А днем играла радуга на них.
И общий жребий стае был подарен —
От лебедей на озере светло.
Когда же град предзимний вдруг ударил,
То лебедин поднялся на крыло.
И может быть, в просторе необъятном,
Еще вблизи от родины своей,
К ним слабо донесется от Непрядвы
И крик и трубы новых лебедей.
1962
Ирина Озерова (1934–1984) Память о мечте. Стихи и переводы 2013
Юван Шесталов
(р. 1937 г.)
(перевод с манси)
Песня последнего лебедя
Весной на лесное озеро прилетел один лебедь. В небе веселились другие птицы – самолеты. И уток стало мало! Раньше охотники любовались лебедями. А этот лебедь плакал. Его плач и записал я…
Я в объятьях неба…
Подо мною земля
И озер камышовые гнезда…
Я выше деревьев.
Лучи моих глаз
Могут пощупать то,
Что скрыто за чертой горизонта.
Вы придумали, люди, что я пою,
Лепечу, как ребенок, от счастья…
Я давно уже плачу.
Высоко надо мной
Распласталась стальная
Незнакомая птица.
Громкий голос ее
Оглушает меня в полете,
А крылья
Вызывают солнечное затменье.
Люди стоят на земле, головы запрокинув,
И смотрят
За пределы неба,
Куда я заглянуть не могу,
И хмелеют от песни железной…
А когда-то
Манси трогали пальцами
Струны моей души
И называли свою деревянную птицу
Нежноголосым лебедем…
Что глазеете вы, как в музее,
На мое одиночество?!
Из-за чьей-то одинокой жестокости
Я от стаи отстал…
Сто кругов
Прочерчу я над озером,
Где прадеды мои вили гнезда,
Окунусь в белизну белой ночи.
А утром,
Когда в небе нас будет двое —
Я и солнце,
И не грянет железная песня,
Я рассыплю смех,
Вылеплю лепет
И, как след, оставлю
Старинный, последний
Свой клич:
– Летите, люди, в космос,
Сверлите, люди, Землю.
Смотрите туда,
Куда я заглянуть не могу,
Но берегите
Белые мои озера,
Ибо
Почернеет небо без белых лебедей,
Почернеют ночи без белых лебедей,
Под зеленой травой
Простучит черная пустошь,
Не топчите травы —
Я совью из них гнездо
И белой ночью
Высижу для вас белых лебедят…
А утром,
Впервые увидев солнце,
Они рассыплют смех,
Вылепят лепет
И, как след, оставят
Старинный, последний, лебединый клич…
АЛЕКСАНДР БЛОК Том 1 из 9. Стихотворения 1898-1904
Распутья (1902–1904)
?Снова иду я над этой пустынной равниной…?
Снова иду я над этой пустынной равниной.
Сердце в глухие сомненья укрыться не властно.
Что полюбил я в твоей красоте лебединой —
Вечно прекрасно, но сердце несчастно.
Я не скрываю, что плачу, когда поклоняюсь,
Но, перейдя за черту человеческой речи,
Я и молчу, и в слезах на тебя улыбаюсь!
Проводы сердца — и новые встречи.
Снова нахмурилось небо, и будет ненастье.
Сердцу влюбленному негде укрыться от боли.
Так и счастливому страшно, что кончится счастье
Так и свободный боится неволи
22 февраля 1903
Метки:
