Жозефине

Я валился на хрупкое тело медвежьей тушей
Я, хрипя, зажимал это тело в глухом подъезде
По ночам приходили загубленные мною души
Хмуря брови как Брежнев на ХХIV съезде

Я презрев все законы ушел навсегда в скитальцы
Представлялся девкам сантехником и Авиценной
Но враги мне ломали руки и дули в пальцы
Дотянуться пытавшиеся до бесценной

Я в ночи рассыпался блудливым и мелким бесом
Часто в спину неслось - Уходи навсегда, скотина!
Но пока я не стал постоянным гостем собеса
На устах будет имя одно - Жозефина