Сыграть Вничью

1.

Среди высоких скалистых гор, покрытых густым лесом, который полностью оплетен лианами, вздымались к пушистым, залитым солнцем облакам, пирамиды. С каждой стороны пирамиды была высечена лестница, соединяющая землю и золотистые облака. На верхней площадке располагались храмы, в которых жрецы приносили дары богам-братьям, правящие миром Куэльо.
На склонах гор около пирамид находились огромные водопады, их брызги постоянно долетали до города, название которого было Майялд, так что в воздухе всегда стояла влага, которая была так необходима в жаркие дни.
Пирамиды были залиты золотом, а драгоценные камни вставленные в них, ярко переливались от лучей солнца. Народ, живущий здесь, назывался цельтали. Их довольно резкий, но не грубый язык придавал некую силу и гордость этого народа. Они были уверены, что достойны, быть самыми верными богам.
Многие мечтали стать жрецами, дабы получить могущество и возможность общаться с богами лично. Это была великая честь, а так же огромная слава. Но, конечно же, не все могли ими стать.
У самого леса под густой сенью могучих деревьев располагался ряд хижин. Они были сделаны из толстых прутьев прочного дерева. Хижины были округлой формы, а крыши устилались широкими листьями вечно зеленого растения. Плотно уложенные они не пропускали влагу. Окна, которые закрывались на замочек, тоже имели причудливое плетение. Как ты не казалось хрупким такое сооружение, но, ни ветер, ни сильный дождь не снесут его с места.
Основные дома в Майялде были из камня, обделанные золотом и драгоценными камнями. Двухэтажные сооружения могли вмещать несколько десятков цельтали. В основном такие дома предназначались для воинов и высших чинов.

Яркое солнце полностью освещало маленькую хижину, стоящую на краю леса, как и многие другие небольшие сооружения для летнего отдыха. Ее скрывала густая сень деревьев. Помещение в хижине было маленькое, состоящее из одной комнаты, одного окна, с которого свисали до пола цветущие растения. В углу находился низенький столик с мягким стулом. Несколько шкур уложены в виде кровати и два больших сундука.
У окна стояла девушка невысокого роста и смуглой кожи. Черные прямые волосы переливались шелком и доставали до пояса. Большие голубые глаза больше напоминали высокое летнее небо или бездонное голубое море. Густые ресницы отбрасывали легкую тень на лицо. Пухлые кубы загадочно улыбались.
Тонкую талию обтягивало длинное платье красного цвета. Сверху одета оранжевая накидка с множеством украшений из золота. Ее взгляд не отрывался от одной из пирамид.
Девушка знала, что сейчас произойдет, и уже мысленно она находилась там. Она была готова скоро стать жрицей – цель всей жизни и судьба.
В комнате так же находился еще один цельтали. Это был мужчина лет двадцати пяти. Его взгляд был устремлен на девушку. Он ждал. Он надеялся, что она скажет то, что ему всего бы хотелось на свете услышать.
Но, он, нахмурившись, сказал первым:
- Ты все же находишь это привлекательным?
Девушка моргнула, спускаясь в реальность из высоких полетов фантазий. Она медленно повернулась, и первым делом, скорее всего по привычке, оглядела его с головы до ног. Он был одет не столь богато, как собеседница. Короткие растрепанные волосы падали светлыми локонами на лицо. Кожа была светлее, чем у всех цельтали. Рост высокий. Но, ни это смущало и злило девушку, а глаза, в которых трудно было что-то прочесть, так как они постоянно меняли цвет. То они были карие почти черные, то ярко желтыми, а так же зеленые или голубые. Это ней не нравилось. Так же к испорченному настроению относилась и его одежда. Многие цельтали носили определенную одежду, чтобы быть отнесенным к определенному слою.
Воины носили не больше набедренной повязки из прочной ткани, и легких доспехов из золота, одевающиеся на руки и ноги, и щит. Рабочие так же одеты не шикарно, и обходились одной накидкой. Жрецы и их помощники мало друг от друга отличались, только большим количеством талисманами и украшений. Так же они носили шкуры, особое значение имела белого ягуара. Если мужчина надевал эту шкуру, то он становился достойным, и тогда любая девушка могла быть его.
Но собеседник, не имел привычки быть принятым к какому, ни будь слою, хоть он и был сыном помощника верховного жреца Майялда. Он не носил шкуры и богатых одеяний. Он удовлетворялся простой рубахой, широкими штанами, подвязывающимися на голенище, и простыми сандалиями. Все это было сделано из легкой ткани, которая не придавала неудобств.
Девушка слегка сморщилась:
- Ты всегда имеешь привычку испортить мне настроение. Скажи, Алеяндро, почему тебе просто не принять все, так как есть, и жить счастливо?
Он скрестил руки и обреченно вздохнул.
- Потому что я не вижу счастья в том, что здесь происходит, - ответил Алеяндро.
Девушка закатила глаза и опять отвернулась к окну.
- Мне надоело с тобой спорить. Ты не примешь мою сторону, я твою. Поэтому, мы не сможем быть вместе.
- Да почему, Коатикуэ? – Развел руками он. – Я не верю, что причина только в этом.
- Да причин полно, - отмахнулась девушка. – Я дочь Кавиля верховного жреца, и возможно я скоро стану жрицей…
- Ясно, разница в нашем ранге. И это для тебя так важно? Когда раньше…
- Раньше?! – вспылила юная жрица. – То, что было раньше – не больше детских забав и юношеской бурлящей крови. Все изменилось.
Последнее она сказала почти шепотом.
- А чувства для тебя не существуют?
- Иногда цели превыше чувств. Я нашла свою цель.
- Но как отношения могут мешать достижению цели? – Покачал головой Алеяндро.
Коатикуэ повернулась и посмотрела ему в глаза, которые были черны, как грозовые тучи на небе.
- Я могу пойти на уступки, я ведь не жестокая. Надень шкуру белого ягуара, тогда ты станешь достойным мужем, и я стану твоей. Это все. А теперь, пожалуйста, не порти мне остаток праздника, и покинь хижину. Мне еще нужно приготовиться, чтобы помочь отцу в храме.
От этих слов сердце Алеяндро сжалось как от раскаленных тисков.
Но вместо того чтобы с грустью опустить голову, он усмехнулся:
- Непосвященным не положено принимать участие в церемонии.
Коатикуэ зло сверкнула глазами.
- Но находиться можно, - процедила она.
- Толку-то. - Пожал он плечами. – Все равно тебя не будет видно.
Она сжала кулаки, но не ответила. Алеяндро опять пожал плечами и покинул хижину. Как только он оказался за полотном, служившей дверью, его сердце было готово разорваться на миллиарды кусочков, которые разлетелись бы по всему свету. Но он все же принял спокойное выражение лица и прогулочным шагом пошел вдоль тропинки, петлявшей среди редких деревьев и хижин. Чувства рвались наружу, но стоило держаться. Прислонившись спиной к стволу дерева, он сильно зажмурил глаза. Он попытался ни о чем не думать. Но ведь раньше…

Юноша выбежал из хижины и, улыбнувшись утреннему солнцу, помчался по утоптанной тропинке к Южной пирамиде, где сейчас находился его отец.
Солнце заливало весь город, золото становилось ярче обычного, придавая сказочный вид.
Он вбежал в храм и осмотрел золотой зал. Отца здесь не было. Тогда он был в такое ранее время только в одном месте – в комнате для мольбы. Она была маленькой и полностью украшена морскими ракушками, завезенные специально купцами из далеких краев. Ракушки были вставлены в серебряные кирпичики.
Сын помощника верховного жреца тихо подошел к занавеси, закрывающую вход в комнату, и осторожно заглянул внутрь. Миутли стоял на коленях перед высоким пьедесталом, на котором стоял идол, с неизвестным ликом.
- Заходи Алеяндро, - мягко произнес Миутли.
Он медленно вошел в комнату, прикрыв за собой полотно. Жрец поднялся и повернулся к сыну.
- Знаешь кто это? – Спросил он, указывая на идол.
Алеяндро отрицательно покачал головой.
- Это великий бог Эритэ. Он дает нам богатый урожай и благоприятную погоду для прорастания семян. У него есть брат – Кольо, его идол стоит в комнате из драгоценных камней и подарков. Он дарует нам любовь, богатую жизнь. Ты должен знать их. И изучать все, что относится к служению в храме. И когда-нибудь…
- Не знаю, хочу ли я этого.
- Конечно, не знаешь, ты еще молод, чтобы в этом разбираться. Но это время придет очень быстро.
- Да, я ведь осенью стану совершеннолетним и сразу же пойму все твои тайны.
Миутли рассмеялся:
- Увы, нет. Поверь, даже я не знаю всех тайн. Ими обладает только верховный жрец.
- Ты тоже станешь таким же великим как Кавиль?
- Это вряд ли.
- Почему? – Спросил Алеяндро.
- Потому что династия жрецов передается только по крови. Я могу стать только его помощником. Хотя, по правилам, он сможет назначить меня верховным жрецом, если захочет. А так станет жрицей его дочь Коатикуэ. Ты ее видел?
- Нет. Говорят она очень красивая, и даже сын вождя к ней ходил.
- Но ничего не добился. Поверь, Коатикуэ – это еще та девушка, с которой очень трудно и сложно общаться. Даже сам Кавиль порой оставляет ее дома, чтобы она не надоедала своими просьбами и советами.
Алеяндро улыбнулся:
- Она настоящая жрица.
- Да уж. – Вздохнул Миутли. – Кстати, через пару часов она со слугами и Кавилем будет шествовать по городу. Возможно, ты ее увидишь.
Алеяндро подпрыгнув на месте, быстро выбежал из комнаты и поспешил спуститься вниз из храма.
Пригладив волосы, Алеяндро, с нетерпением ждал, пока появятся жрецы и Коатикуэ. Вскоре показались первые слуги, несущие полотно, на котором лежал какой-то золотой предмет. Следом шествовал Кавиль, за ним она – Коатикуэ. Так же последними были воины верхом на сильных и быстрых конях. Жрецы должны ходить пешком, чтобы больше чувствовать землю, которой они правят. Но Алеяндро задержал свой взгляд на жрице и не смог его отвести. Она была прекрасна, она почти плыла, а ее ноги не касались земли. Всходящее солнце над ее головой было словно корона, освещающая путь перед ней. Легкое длинное платье золотого цвета, слегка колыхалось от слабого ветерка. Множество украшений имелось на волосах и руках.
Когда они проходили мимо, то она заметила Алеяндро. И что-то задержало ее взгляд на этом юноше. Возможно, его большие и яркие глаза. Казалось, в них светились два маленьких солнышка неописуемой силы, которые так и обжигали всех, кто на них посмотрит. Ей это понравилось. Коатикуэ слегка улыбнулась. От чего Алеяндро смутился. Цвет его глаз мгновенно сменился на ярко голубой. Он потупился. Девушка заметила эту измену в его глазах, но в это момент они прошли мимо. Ей хотелось остановиться и оглянуться, даже заговорить с ним. Но она не имела права останавливаться. Это одновременно ее и злило, и ужасно интересовало.
Сам же Алеяндро почувствовал, как его дыхание участилось, а прохладный утренний ветерок не остужал его горячего чела.
Рядом кто-то весело хихикнул. Он заметил, что рядом стоит девушка и меланхолично теребит фартук.
- Арикалина, что ты здесь делаешь?
- Я гуляю, а вот ты… - она посмотрела вслед жрецам, - скольким уже отравила сердца эта бездушная и бессердечная недоделанная жрица. Ты знаешь, скольких она послала за шкурами белого ягуара?
- И что? И я ее достану.
- А ты знаешь, что ни один не вернулся?
- Ты просто завидуешь.
- Еще чего! – возмутилась Арикалина. – Мне больше интересно делать что-то скрытно и не законно, чем делать то же самое, когда это можно, и никто слова не скажет. Весь интерес пропадает.
Наконец, Алеяндро понял, к чему клонит подруга. Он понял, что взял слишком высоко, увлекшись жрицей. Поэтому о Коатикуэ можно забыть.
Он посмотрел на Арикалину:
- Что ты предлагаешь?
Она долго смотрела вдаль, потом наклонилась к уху Алеяндро.
- Я слышала, - сказала она. – Что неподалеку находится пирамида из черепов, как ее называют жрецы. Она таит огромные тайны, которые знает лишь Кавиль. И никого туда не пускают, но я знаю, что в это время пирамиду никто не сторожит, так как вся стража сейчас делает обход вместе с Кавилем.
Алеяндро задумался:
- Черепа говоришь?
- Угу.
- И что там? - спросил он.
- Мы сможем как раз это узнать. Мои родители сейчас в городе, поэтому не узнают где я.
- С тобой не соскучишься, - вздохнул Алеяндро.
- Именно. – Кивнула девушка.
- Идем.
Они вышли из города, и, обойдя несколько полей с зерновыми культурами, вышли в одну отдаленную деревню, в которой Арикалина натаскала фруктов, сказав, что это пригодится для пирамиды. Но Алеяндро промолчал. Где-то на середине пути девушка заявила, что сейчас лучше всего подняться на вершину Шочикалько, холма, где всегда цветут цветы даже холодной осенью. Зимы в этих краях не было.
За такие идеи Алеяндро хотел придушить Арикалину, но все же решил, что сидеть и ждать пока отец даст какое-нибудь дело, довольно нудное занятие. Он решил, что лишний день, проведенный с Арикалиной, не повредят здоровью. Он надеялся, что не повредят, но зная на что способна эта девчонка, приходилось сомневаться. И когда-нибудь ее веселые шутки заведут их в могилы.
Поднявшись на гору цветов, сюда, конечно же, запрещалось ходить, чтобы не осквернять вечные цветы, но Арикалину это не заботило, девушка села на цветы, и, достав один из фруктов, стала его есть. Алеяндро ничего не оставалось, как устроиться рядом. Он посмотрел на простирающийся внизу золотой город.
- Ты, конечно, делай, как знаешь, - начала она, выбрасывая огрызок, и доставая следующий фрукт из кармана. – Я только выскажу свое мнение, не больше. Думаю, тебе будет легче, если ты все будешь принимать как есть. Меньше проблем будет и не стоит мучиться, решая, как поступить лучше.
- Я пытаюсь. Но все время хочется чего-то другого, уйти от этой повседневной жизни, заняться чем-то другим. Но меня держат. Единственное, что меня еще развлекает, это твои причудливые идеи. Но мне бы хотелось покинуть город и повидать мир.
- Меня тоже часто одолевают эти мысли, - призналась девушка. – Но если я уйду, что я буду делать? Где жить? К чему стремиться?
- Там ты найдешь себя.
- Я и так знаю, кто я. Обычная цельтали, которая должна ухаживать за родителями и радоваться тому, что есть. Но меня не только это здесь держит… - она замолчала и, бросив быстрый взгляд на друга, отвернулась. – Теперь тебе есть к чему стремиться.
- И к чему же?
- К сердцу Коатикуэ.
- Так ты ж сама сказала, что она бессердечная недоделанная жрица. К тому же, посылает на смерть всех женихов.
Арикалина рассмеялась.
- Да мало ли что я говорю. – Махнула рукой она. – Я же вижу, что ты прочно застрял в ее липких сетях. Может тебе повезет больше.
- Думаешь?
- Ох, Алеяндро! Я же…
Тут снизу их окрикнула стража, и они, рассмеявшись, поспешили убраться с горы цветов.
Пирамида черепов находилась у леса, и была не выше обычной хижины. Эта была единственная пирамида, которую не украшало золото. Кирпич был окрашен в черный цвет. На макушке находился огромный белый камень, как называли его жреца – камень Манд. Манд – огромное тело, вздымающееся ночью над Майялдом, и освещающее все как днем. Был сказ, что Манд освещает путь тем, кто покинул этот мир, и они по этой дороге направлялись в мир иной.
У входа в пирамиду, на каменных выступах стояли два черепа тоже белые, они охраняли вход.
- Раньше жрецы были жестокими, больше верили в символы и своим предрассудкам, - почти шепотом сказал Арикалина. - Боги тогда с ними не разговаривали, так как не считали их достойными. Но когда Кавиль стал верховным жрецом, все изменилось. Боги поверили ему и стали направлять на правильный путь. Кавиль добрый и мудрый жрец, мало кто с ним может сравниться. В те временя, воздвигли эту пирамиду, чтобы умершие не заблудились после смерти. Они видят дорожку Манда и по ней идут в другой мир.
- Откуда ты все это знаешь?
- Да так, - пожала плечами она. – Бабки на рынке часто болтают о подобном.
Алеяндро поджал губы:
- Если бы он об этом говорили, то они остались бы давно без голов.
- Ладно, ладно. Почитала однажды одну книжку, не спрашивай, откуда я ее взяла, было дело. Там и про пирамиду узнала. Но все никак не решалась сходить сюда.
- Понятно. – Кивнул Алеяндро.
- Мы не сможем пройти, пока не принесем дары черепам. Так написано в книге.
- Где вои фрукты?
Она хлопнула себя по карманам.
- Их нет, - созналась она.
- Ты все съела! И как нам теперь пройти?
- Это был мой завтрак! Да и ты тоже отвлек меня своей жрицей, что я все и съела в чувствах, слушая, как ты ей восхищаешься.
- Я этого не говорил.
- Ой, да у тебя все в глазах написано. Я даже забыла, что сюда хотели идти, пока стража не шугнула.
- Ладно, что было, то было. Нужно найти еще что-нибудь.
- Что? – поинтересовалась Арикалина, оглядываясь.
Алеяндро покопался в каких-то кустах и достал дикий изрядно попорченный овощ, овальной формы. Он был зеленого цвета с желтыми продольными полосками. Его часто цельтали употребляли в пищу. Но этот еще не только недоспелый, но и объеденный мелкими вредителями.
- Ты что! Ему, по меньшей мере, больше двух месяцев. Да и к тому же им попользовались все кто хотел.
- Какая разница, - пожал плечами Алеяндро. – Я думаю, этих голов не часто кормят, поэтому они будут благодарны и этому.
- Я не уверена, что они едят дары.
- Мне все равно, что они с ними делают. Куда ложить-то?
- Сюда.
Алеяндро положил овощ прямо перед входом и отошел в сторону. В глазницах черепов засветился зеленый огонь. Зеленый лучи упали на поднесенный дар. Несколько секунд они изучали дар, потом глаза потухли. Но овощ не пропал.
- Я же говорила, что им не понравиться. – Вздохнула Арикалина.
- Да они издеваются! Ладно, давай добеги до ближайшего плодового дерева. Тут неподалеку я видел трон, надеюсь, сладкие ягоды им будут по вкусу.
- Почему я?
- Твоя идея.
Она фыркнула и убежала.
Отлично! Подумал Алеяндро. Он откинул тухлую еду и медленно подошел к входу. Еще шаг. Еще. Головы молчали, а глаза не светились. Алеяндро зашел внутрь, и произнес самое неприличное слово, которое однажды мельком услышал на рынке при разборках.
Он вышел обратно.
Арикалина вернулась с охапкой ягод лилового цвета. Алеяндро стоял со скрещенными руками и стучал ногой по земле.
- Что? – спросила она.
- Скажи, ты точно хорошо прочитала ту книгу?
- Ну…да.
- Смотри.
Она прошел к входу и вернулся обратно:
- Трюк жрецов. Чтобы мы их боялись.
- Но ты ведь видел зеленый свет!
- Да, я и говорю фокусы жрецов.
Арикалина сунула ягоды себе в рот и быстро прожевала:
- Как ты догадался?
- Пообщаешься с моим отцом, не такое узнаешь. Он сказал, что нет ничего смертельного в том, что делают жрецы. Я конечно не поверил. А как же жертвы? Спросил я. Он ответил, что они умертвляются без боли и ничего не замечают. Только свет. Это я до сих пор не понимаю. Мне никогда не нравились жертвоприношения. Но в остальном можно было быть спокойным.
- Но ты сильно рисковал! Это старая магия!
- Кавиль, как ты сказала, добрый и умный, значит, он все учел. А цельтали нужно держать в дисциплине и вере. Вот и весь сказ.
- Ясно. Ну, давай посмотрим что там, а то мы долго провозились здесь.
Он кивнул.
У входа горел факел, который освещал небольшую площадку и начинающуюся широкую лестницу, ведущую вниз. Арикалина взяла его и они стали спускаться. Когда они достигли дна, то оказались в небольшой комнате, из которой вели еще две двери в другие комнаты. Здесь находились только пару скамеек.
- И что здесь интересного? – поинтересовался Алеяндро.
- Не знаю, ты будущий жрец, тебе должно быть интересно все, что находится в Майялде.
Он схватил ее за руку.
- Запомни, я никогда им не стану.
Девушка посмотрела на его руку, потом спросила:
- Почему это?
- Потому что я ненавижу то, чем занимаются жрецы и буду с ними бороться.
- Может, оставишь их в покое? Занимайся тем, чес тебе нравиться и все.
Он отпустил ее:
- Посмотрим. Пошли дальше.
Взяв со стены еще одни факел, Алеяндро зажег его с помощью Арикалиненого. Они зашли в следующую комнату, она была куда меньше предыдущей. В ней находился низенький деревянный столик и скамейка. На столе лежало несколько книг и исписанных листов бумаги.
Алеяндро принялся их перебирать. Девушка стала осматривать стены.
- Почему ты так резко отказался от жрецов? – спросила она.
- Видя, на что они способны, мня, охватывает ужас. И если Кавиль еще не уничтожил эту пирамиду, значит, он еще верит и поклоняется всем этим ритуалам, а значит не лучше прежних жрецов. И пока эта пирамида существует, Майялд не будет полностью просвещенным и светлым городом. Я хочу найти все, что сказано об этой пирамиде и что здесь происходит. Потом рассажу отцу…
Арикалина дернул его за руку:
- Не делай этого! Если Кавиль узнает, что мы здесь были, нас тут же казнят и отправят к богам.
- Причем здесь Кавиль?
- Притом, что Миутли все ему расскажет.
- Не расскажет. – Покачал головой Алеяндро.
- А вот и да.
- А вот и нет.
- Ты хочешь это проверить?
Алеяндро замялся, потом сказал:
- Я подумаю, а пока возьму все эти книги с собой.
- Зачем? Мы сюда пришли изучать, а не воровать.
- Я возьму на время, потом вернул, - пообещал он.
- Они узнаю о пропаже.
- Не узнают, - покачал головой Алеяндро. – До Кими еще пять дней. Я успею. Идем, там есть еще ода комната.
Алеяндро засунул пару книг за пояс. Оставалось еще три. Он минут пять думал, куда их положить, потом посмотрел на фартук Арикалины.
- Ты не одолжишь фартук?
- Я не дам марать его грязными книгами! – возмутилась девушка.
- Он ничуть не чище их. После я тебе его отдам.
Вздохнув, Арикалина все же рассталась с фартуком, оставшись в фиолетовом платье с желтыми кружевами.
- Так тебе лучше, - заметил Алеяндро, завязывая книги.
- Думаешь? Жалко пачкать. Да! Не забудь постирать его!
- Что? – он даже оторвался от книг. – Ты представляешь, что подумаешь отец, когда увидит, что я стираю женский фартук!
Арикалина широко улыбнулась.
- Нет, я на это не согласен.
- А иначе никак. – Пожала она плечами, и опять улыбнувшись, выбежала из комнаты.
Алеяндро прорычал, что-то невнятное, и, забрав книги, вышел следом.
В следующей комнате был большой круглый, каменный стол, кувшины и несколько острых ножей. Так же имелись три стеллажа с книгами.
Девушка усмехнулась:
- Их ты тоже потащишь домой?
- Пожалуй, нет. Обойдусь и этими. Что здесь делают?
Он осмотрел ножи.
- Понятия не имею. – Покачала головой она.
Полностью осмотрев комнату, они обнаружили , что на некоторых полках имеются черепа. Некоторая посуда была наполнена непонятными жидкостями. Пахло кровью и смертью. Алеяндро ужасался с каждой минутой.
- У меня сложилось только одно впечатление, - произнесла подруга. – Здесь ни делается ничего хорошего. Здесь живет смерть.
- Но мы не убиваем своих! – воскликнул Алеяндро.
- Значит, сюда приводят жертву и уже по-настоящему карают их. А церемония лишь концерт перед жителями.
Ненависть и злость охватили Алеяндро. Теперь-то он точно знал, что никогда не станет ни жрецом, ни его помощником. И вообще не будет иметь дело с храмом. Если жрецы лгут народу, то не стоит и служить им.
- Кто-то идет сюда, - прошептала Арикалина.
Они потушили факелы. И закрыв дверь, вышли в первую комнату. По лестнице кто-то спускался. Они спрятались в небольшом углублении в углу. Туда как раз вмещались двое, если тесно прижаться. Когда их глаза привыкли к темноте, они стали четко различать предметы и фигуры.
Двое с факелами спустились в комнату, потом открыли дверь в ту комнату, где находился жертвенный стол и зайдя туда, плотно закрыли за собой дверь. Стоило бежать, но они не двигались с места, боясь в любую минуту быть пойманными.
- Разве это не интересно? – прошептала Арикалина. – Стоять в темноте и смотреть, что происходит вокруг?
- Я чувствую себя вором, - признался он.
- Ты и есть вор. – Хихикнула она.
Она посмотрела ему в глаза. Даже в темноте она всегда их видела, даже в толпе она запросто их найдет. Она понимала, что он сейчас в растерянности, так их еще никогда так не прижимали цельтали. Всегда им удавалось уйти быстрее, прежде чем их заметят. К тому же, теперь он не знает, что делать с книгами. Вернуть обратно, или все оставить как есть. Да еще тут девчонка издевается.
Ей это нравилось. Особенно смена цветов его глаз. Это очень красиво и неописуемо. Она все время пыталась его заинтересовать , придумывая новые лазейки, но он был холоден. А теперь зная Коатикуэ, он стал еще дальше от нее. Даже стоя вплотную, он все равно был слишком далеко и почти не досягаем. А как хорошо, вот так стоять и больше ничего не делать, ничего не выдумывать. Что ему не нравиться? Может все, что она делает? Все эти затеи? Но тогда бы он не узнал истинных намеренье жрецов. Ну почему всех хорошим парням нравиться эта кукла жрица, у которой кроме золота ничего нет?! Да, Арикалина не так красива, у нее нет богатых платьев . Но душа у нее добрая, она не отправила бы никого на смерть. Так почему?
Алеяндро не был сильным воином, какие нравятся многим девушкам, но в нем чувствовалась какая-то сила, другая, которую не возможно было понять. От этих мыслей ее отдернул скрип двери. Из комнаты вышли служители храма, они быстро покинули пирамиду.
- Нам тоже пора уходить, - заметил Алеяндро.
Арикалина кивнула и отстранилась.
- Похоже, здесь больше нечего делать.
Поднимаясь по ступеням , они услышали за спиной шорох и громкий возглас:
- Эй! Кто вы?!
- Бежим! – спохватился Алеяндро, и они помчались к выходу.
При беге юбка Арикалины за что-то зацепилась. В темноте трудно было определить за что именно. Она резко дернула подол, чтобы оторваться, от чего раздался треск рвущейся ткани. Освободившись, она выбежала их пирамиды, и они скрылись в лесу.
Уже наступала ночь, сумерки давно кончились, но еще можно было различить предметы. Они шумно отдышались.
Манд только-только поднимался над Майялдом.
- Как он там оказался? - спросила Арикалина.
- Не знаю, их вроде было только двое.
- Да. Значит, он как-то переместился из города.
- Это возможно? – засомневался Алеяндро.
- Вполне. Жрецы все могут.
Тут он заметил, что юбка Арикалины порвана, а из разреза виднелась тонкая прямая ножка. Он быстро перевел взгляд на ее лицо.
- У тебя платье порвалось.
- А, - отмахнулась она, прикрывая ногу. – Дома зашью. Зато было весело.
Алеяндро улыбнулся:
- Завтра еще что-нибудь придумаешь?
- А хочешь?
- Думаю, да.
- Хорошо. – Кивнула она. - Нам пора возвращаться.
Проводив Арикалину домой, Алеяндро вернулся к себе и спрятал книги. И если кто узнает, то ему уж точно не поздоровится.
Придя очередной раз в храм к отцу, Алеяндро обнаружил там Коатикуэ. В золотом одеянии она была равна богам. Не возможно было оторваться от ее божественного лика. Она излучала свет, который грел и манил к себе. Он забыл обо всем на свете.
Коатикуэ улыбнулась, понимая свое совершенство и замешательство юноши. Он потупил свои голубые глаза.
- Ты служишь в храме, - произнесла она мягким сладким голосом. – Но мы не знакомы.
- Я всего лишь помощник отца, который в свою очередь помогает нести службу верховному жрецу.
- Ты сын Миутли? Мой отец много о нем рассказывал. А вот о тебе, нет. Почему?
- Не знаю. Кавиля я тоже ни когда не видел.
Коатикуэ рассмеялась:
- Ты вообще из дому выходишь?
- Да, - утвердительно кивнул он.
- А так не скажешь. – Она склонила голову на бок. – Скажи, что в тебе такого странного, что даже мне не понять? Я не люблю, когда я не понимаю.
- Не знаю, - пожал плечами Алеяндро. – Я обычный парень, и не считаю себя особенным.
- Но что-то, же есть! – возразила она. – Ладно, это не важно. Ты знаешь, что бывает с теми, кто мне понравился?
- Ты отправляешь их на смерть.
- Нет, так говорят завистливые девушки из нижнего слоя. На смерть я отсылаю тех, кто мне сразу же не понравился. А те, кто мне нравятся, имеют честь меня сопровождать. И пока я не узнаю, что в тебе такого странного, ты можешь это делать.
Так он и делал. Он стал меньше видеться с Арикалиной, и больше проводить время с Коатикуэ. Уже с утра он бежал в храм, чтобы увидеться с ней. Потом провожал до хижины.
Миутли был первый, кто узнал о их связи . И был этому рад. Кавилю он ничего не говорил.
Чем больше они были вместе, тем сильнее он к ней привязывался и не желал ее покидать. Однажды она позволила коснуться ее руки, так они, молча, сидели долгое время, потом весь вечер гуляли. Часто смотрели на звезды и Манд. Алеяндро чувствовал, что ее сердце тоже не холодно к нему. Она больше не отталкивала его и сама старалась держаться ближе. В одну ночь, когда над городом повисла тишина, Коатикуэ положила голову ему на плечо и рассказала о себе. После чего, они первый раз поцеловались. И не было ни чего выше, ни неба, ни Манда, тех чувств, которые пылали в них. Так шли дни, годы. Но стоило им немного повзрослеть, как все изменилось и рухнуло ниже сырой земли.
Коатикуэ все же стремилась стать жрицей, не смотря ни на что, а Алеяндро узнав всю правду из книг о жертвах, напротив не принимал веру.
Теперь потеряв все, он стал пустым и разбитым.

Тут загремели барабаны, и Алеяндро открыв глаза, с ненавистью посмотрел на пирамиду. Глаза были черными и злыми. Он ненавидел все, и весь город, даже землю, на которой стоял.
Начинался праздник. Избавление от тяжких грехов и возможность сделать для мира что-то еще хорошее перед смертью. Так говорили в народе. Но для жрецов это значило большее. Принесение жертвы – это соединение мира с богами, дабы получить хороший урожай и здоровый род. А так же ответы на множество вопросов. Кими – так называли праздник жрецы.
В жертву приносились только преступники, идущие против закона и правил. Но таких было мало. Для таких, Кими был спасением их души от прискорбной участи. Умертвлялись они без боли и быстро. Они выпивали специальный отвар и их тела исчезали в свете, так боги забирали их себе.
Но Алеяндро этого не признавал и старался избегать Кими. Никто не достоин смерти. Центали должны жить, как им хочется, а жрецы должны нести порядок, чтобы не случалась преступность. Смерть не приносит пользы. Но так, к сожалению, думал только он. Но это было полбеды, теперь, когда Коатикуэ потребовала шкуру белого ягуара, жизнь совсем стала бессмысленной. Алеяндро знал, что никогда не убьет этого свирепого зверя. Даже самые отважные и то возвращались не все.
Алеяндро не отличался особой воинственностью. С оружием он обращался крайне плохо и в воины не годился. Идти по следам отца и стать жрецом он отказался еще давно. Пока работал его помощником, надеясь еще найти себя в жизни.
Барабаны загремели громче. Цельтали затихли. Жрецы уже находились в храме и ждали жертву. Алеяндро увидел Коатикуэ. Она величаво стояла поодаль от жрецов. Она улыбалась и чувствовала себя богиней.
Один из цельтали отделился от толпы и стал медленно подниматься по великим ступеням в храм. Вскоре он был на вершине. Что было дальше, Алеяндро не видел, так как отвернулся и побрел дальше по тропе.
Тут из одной хижины вышла девушка с корзиной в руках. Алеяндро слегка растерялся, от чего чернота в глазах сменилась легким голубым оттенком. Он знал эту девушку, но не думал, что она тоже не посещает церемониальные праздники.
Арикалина была одним из немногих его друзей. С ней было легко говорить, хотя иногда она и любила помолчать. Веселая девушка редко горевала, и пыталась найти радость в любой мелочи.
Темные волосы волнами были раскиданы по плечам. Она говорила, что длинные волосы ей только мешают работать. На легкое платье был одет фартук.
Она заметила друга. Оглядевшись, она поставила корзинку на землю и быстро подошла к Алеяндро.
- Привет, - сказала она, вытирая руки о фартук. – Ты опять одни?
- Предлагаешь мне находиться там? – Он кивнул на пирамиду.
- Кому как. – Пожала плечами девушка. – Я тоже лучше займусь делами, чем смотреть на смерть очередного несчастного. Кстати, ты слышал, что тирроны опять готовят на нас вылазку?
- Тирроны! – прошипел друг. – У них мозгов не больше ореха на этом дереве. Они съедают все припасы, а когда все кончается, нападают на соседей. Нет, с другой стороны, нашим воинам – хорошие тренировки.
Девушка рассмеялась. Алеяндро, наконец, понял, что день не полностью испорчен.
Арикалина повернулась, кивнул ему следовать за ним, и пошла к хижине.
- Знаешь, я тут подумала, заняться чем-то необычным. Надоело мне стирать белье, да посещать безумные праздники. Тебе ничего такого не хочется?
- А что, это идея. Совершить бы путешествие по миру.
Девушка мечтательно закатила глаза.
- За то и шкуру можно достать, - потом добавил он.
Вся радость исчезла с лица Арикалины.
- Опять эта жрица, что-то выдумала.
Алеяндро произнес про себя непристойное слово, за неосторожность. Арикалине он мог выложить все, раскрыть все тайны. Зная, что они так же останутся в тайне.
- Да, - не стал отрицать он. – Есть предложения?
- На счет того, что делать? Ну, можно ее послать ко всем тирронам вместе взятых. Можно, попросить жреца превратить ее в змею и так далее. А можно, набраться дурости, пойти в горы и убить нечастного зверя.
Алеяндро вздохнул:
- Увы, мне не подходит ни одни из этих вариантов.
- Тогда помоги мне с уборкой, а потом вместе пообедаем. А то пока праздник кончится и вернуться родители, я помру с голоду.
Этот вариант ему понравился больше всего. Он помог внести корзинку в дом.

Когда Кими кончился и солнце начало садиться за горизонт, жрецы ушли в храм для отдыха. Кавиль – верховный жрец, полного телосложения в богатых одеждах, и его помощником Миутли – меньшего роста и сложения цельтали, разместились в маленькой комнате, предназначенной специально для отдыха. Сама комната была сделана из красного кирпича без намека на золото и камни. Чтобы ничего не раздражало после тяжелого дня, а создавало покой. Коричневые шторы закрывали палящее вечернее солнце. Так же здесь находилось два стеллажа с книгами. Стоял большой диван, на котором сидел Кавиль. Миутли сев на небольшой мягкий табурет, смотрел на жреца.
- Сегодняшний день отнял у вас много сил, - произнес он.
- Да, - грустно ответил Кавиль. – Я чувствую, как сгораю изнутри, а силы покидают меня.
- Завтра вы будете чувствовать себя лучше.
Кавиль улыбнулся и посмотрел на Миутли, как на маленького юнца.
- Все, я сделал все, что мог, чтобы Майялд процветал. И последнее, что я еще смогу сделать, это только указать на преемника, который достойно будет продолжать мое дело. Завтра отправлюсь к вождю и назову его.
- Я думал, вождю все равно…
- Да, - кивнул Кавиль, - но он все же должен знать, что происходит в городе. Это надо принимать. Так вот, я уже точно решил, кто он будет.
Миутли в ожидании посмотрел на жреца. Но Кавиль молчал, только не сводил глаз с помощника.
- Вы думаете? – догадался Миутли. – Нет,..я не могу.
- Я надеюсь.
- Кавиль, но я еще не готов, чтобы встать на пост верховного жреца.
- Я знаю тебя хорошо, поэтому я верю в тебя. Ты сможешь. Только верь и ты в себя.
- А как же ваша дочь? – Спросил Миутли.
- Коатикуэ? Нет, она еще слишком молода для этого. Еще не пришло ее время. Ее слепит власть, но ответственности она перед собой не видит. Как и твой сын, Алеяндро. Не думай, он еще поймет свою цель и возможно они вместе будут духовными правителями Майялда. Но сейчас надо отдыхать.
Но Миутли точно знал, что не сможет стать жрецом, поэтому он решил вылечить Кавиля.

2.

Город Исхан окружала огромная с фиолетовым мерцанием аура. Жители города - фэх’он, как они себя назвали, именовали ее – щитом. Он защищал их от неприятелей и капризов природы. Редко кто покидал город, и мало кто заходил в него. Фэх’он имели все, что ин нужно было, и в контакт с соседями не входили. Им это было не нужно.
Они были хорошо развиты. Управлялись с магией, и использовали ее как могли. Конечно, передвигались по городу в каретах, или на конях. Но все больше и больше уходили от этого, развивая технику, сочетая ее с магией. Например, они не пользовались факелами, свет был исключительно магическим. Как можно упрощали себе жизнь, изобретая и делая новые открытия.
Город имел мало растительности, в основном камни и кирпичи были достоянием города. Они почти не рушились, здания были крепки и устойчивы. Имелось, конечно, немного озелененных участков, но только для прогулок или отдыха. Город имел лиловый оттенок, как и щит.
Сами же фэх’он, выглядели своеобразно. Да и роста они были не высокого. У них была смуглая кожа с фиолетовым отливом. А черные густые волосы обязательно украшала длинная, беля прядь. Ее носили, кто как хотел. То отращивали, то кротко обрезали, поддерживаясь какой-либо моде. Эта прядь сильно выделялась на черных волосах, придавая особую экзотичность. Так же, на ладонях имелись белые рисунки. От центра ладони и к кончику каждого пальца шли белые тонкие линии кожи. Так было у всех.
В основном особых правил в городе не было, хотя Повелители и пытались навести порядок. Народ был разгульным и делал все что хотел. Город стоит, значит все хорошо, и беспокоиться не о чем.
Как только наследнику Ахемену исполнилось двадцать, его лучший друг и учитель Ирзу, назначил его Повелителем Исхана. Ахемен был молод и мало чего смыслил в управлении. Ирзу всегда был рядом и направлял его по нужному пути. Ахемен учился.
Друзей у него было много, так же как и девушек, которые без перебою бежали к нему надеясь, что одна из них все же станет его избранницей.
Вскоре покинул его и учитель , сказав что проведет последние минуты жизни в лесах. За то он оставил себе замену, своего мага – Уилфрита.

В этот день к повелителю собиралась Париса – девушка, которая хорошо знала Ахемена и только она могла бы быть его женой. Хотя сам Ахемен ничего подобного не говорил. Многие завидовали ей, но Париса нашла выход. Она говорила, что у нее с Ахеменом те же отношения, что и у других девушек, имеющих дело с Повелителем.
Многие говорили, что Ахемен вообще не собирается жениться, ему и так хорошо. Но девушки надеялись, что он все, же когда-нибудь успокоиться и найдет свою избранницу. Каждая думала о себе. Многие конечно стремились к власти, но большинство любили Ахемена таким, какой он есть. Живой, красивый, обаятельный и очень добрый. Таких надо еще поискать.
Об этом думала Париса. Она нервно теребила перчатки в руках, не отрывая своих черных глаз от быстро пробегающих фэх’он по городу. Они метались из стороны в строну, пытаясь быстрее закончить свои дела.
Подошедшая служанка, накинула ей на плечи легкую накидку, темно-синего цвета, каким было и само платье.
- Вы, как никогда взволнованы, - заметила она, поправляя складки.
- Каждый день боюсь выйти на улицу, боясь, что он последний. Иногда, мне кажется, что не следовало этого делать. Сидела бы и ждала своего счастья, как многие другие девушки.
- Если сидеть и просто ждать, то счастье не прейдет. Вы пытаетесь, добиваетесь, хоть и рискуете. Но это и есть жизнь. А если Ахемен все же выберет вас?
- Боюсь, и думать об этом. – Покачала головой Париса.
Она подошла к двери, и немного помедлив, повернулась:
- Зулика, чтобы ты сделала на моем месте?
Служанка немного замешкалась, потом ответила:
- Если бы я была бы на вашем месте, то не сидела бы на месте и уж точно попытала бы свое счастье, не смотря на что, чем все закончится. Пока вы одна из многих, но возможно станете единственной. Вы любите его?
Париса кивнула.
- Тогда точно все получится. – Улыбнулась Зулика.
Париса улыбнулась ей в ответ и покинула комнату. Как только закрылась дверь за хозяйкой, Зулика заплакала не в силах сдержать слезы. Боль прокралась ей в душу и опалила обжигающим огнем, от которого не возможно было скрыться.
Ахемен был не обычным фэх’он. Хотя он был молод и не относился к вещам серьезно, его душа была добра. Он был не только внешне красив, но и внутренне, хотя и противоречило закону всемирного равновесия. Он всегда улыбался и был приветлив всем. Но, как и любой, мстил врагам и не давал в обиду друзей.
Многие старались быть похожими на него, но Ахемен был один на весь Исхан. Еще он прекрасно пел и танцевал. Часто ему сильно попадало от учителя, когда он вместо того, чтобы изучать дело правления, развлекал народ своими танцами. Часто такие праздники затягивались до глубокой ночи, и казалось, он не уставал никогда. Зулика всегда восхищалась им и любила, как только способны любить девушки, найдя свой идеал и свою вторую половинку. Но она бы никем для него.
Некоторые девушки смирились с тем, что он не досягаем для них и находили счастье в том кругу, в котором находились. Но Зулика не могла с эти смириться. Он нужен был ей. Однажды, когда он очередной раз прогуливался по улицам города, они встретились, он подарил ей самую свою очаровательную улыбку, какая у него только была. С тех пор, она не выпускала его из своего сердца.
Повелителя знали все в лицо, так как он всегда крутился на улицах Исхана и самолично наводил порядки. Ему это нравилось. Он редко когда сидел в замке. Но все же приходилось, и как только это занятие ему надоедало – перебирать отсчеты, он тут же выходил в город.
Его стихия – дело и постоянное движение.

Выйдя из кареты, Париса встала у входа в замок. Она медлила и не спешила заходить. Она заметила, что с Ахеменом ведет себя совсем иначе. Свободно и могла делать все что хочет. Но одной пройтись по улице она уже не могла. Она робела и боялась каждого закоулка. Но как только она оказывалась в комнате Повелителя, она скидывала маску страха и оставалась только одна любовь и желание. Вспомнив эти чувства, Париса подняла голову и вошла в замок.
Ахемен встретил ее распростертыми объятиями, в общем, как и любую другую. Но Париса радовалась и этому. Она скинула накидку и села на край кровати, теперь ей не было страшно, как пять минут назад. Она посмотрела на Ахемена.
Как и говорилось, он был красив. Черные по плечи волосы он зачесывал назад, а белая прядь была длиннее остальных волос и отдельно свисала с левой стороны. Его привычкой была постоянно заправлять ее за ухо, но так как прядь была длинной, то она все равно снова падала на лицо.
Сейчас он мерил шагами комнату и что-то бормотал себе под нос. Парисе не понравилось, что он ее не замечает.
- Что ты делаешь? – спросила она.
Он остановился, и машинально убрав прядь с лица, улыбнулся:
- Я… - Он подошел к окну и выглянул в него. – Я подумал, что сегодня не мешало бы немного поразвлечься.
-Да, и я согласна с этим, поэтому я и здесь.
Он повернулся к ней лицом:
- Это само собой, но я говорил о другом. Хочу опять выступить, как раньше. Станцевать или спеть, это уже не столь важно… но фэх’он немного подустали и им срочно требуется праздник.
Париса сморщила свой хорошенький носик:
- Это тебе, по-моему, требуется праздник, а не им. За тобой опять будет бегать толпа…
- А ты ревнуешь? – улыбнулся он.
- Да, ревную! – возмутилась она.
- Не волнуйся, я стараюсь лишь поднять настроение народу, а не чтобы в меня влюблялись девушки.
- Но почему-то это у тебя получается одновременно.
Он рассмеялся.
- Но я в этом не виноват! К тому же мы уже около года не устраивали ничего подобного. – Взмолился Ахемен.
- Да я что? Я не против, просто не хочу потерять тебя.
Он только улыбнулся, но ничего не ответил.
После продолжительного молчания, Париса сказала:
- Ты знаешь, что все твои женщины уже составляют списки, кто в какой последовательности будет к тебе ходить? Но самое интересное, меня-то в списке нет.
- Тогда у тебя не будет проблемы дожидаться своей очереди, так как ты сможешь прийти ко мне в любое время.
Эти слова Парису развеселили. Она кокетливо потянулась.
- Тогда не будем тратить времени зря, - ласково сказал она. - А вечером устроим праздник и повеселимся. А сейчас давай займемся более насущными делами.
Ахемен снова улыбнулся и утвердительно кивнул.

Зулика сменила служаночное платье на костюм, который составляли черные штаны, высокие кожаные сапоги и фиолетовая блузка с корсетом. Сверху был накинут плащ. А также при ней была небольших размеров сумка со всякой мелочью. Она покинула дом Парисы и отправилась в город. Тем, чем она занималась в свободное время, никто не знал, так как она имела дело с потайной организацией, о которой не знал даже сам Ахемен.
Она занималась следующим. Понимая, что Повелитель не сможет за многим уследить сам, особенно если он постоянно отвлекается на своих фавориток, то, какое дело до политики. Конечно, порядок в городе был, но этого было мало. Поэтому любя Ахемена, Зулика была предводителем этой организации и как могла, помогала ему. И с каждым днем их число увеличивалось, так как все любили Повелителя и всячески пытались ему помочь.
В основном они ловили магов, которые пытались внести свои порядки в город, обходя законы Повелителя. Также, тех магов, которые жаждали занять его место. Но таких было немного.
Ахемен сам был магом и с легкостью разбирался с нарушителями, но что-то он все же упускал. Хотя фэх’он так не думали.
Зулика прошла несколько улиц, и зашла в один из домов, ничем не отличавшийся от остальных домов. Плотно закрыв дверь, она стала спускаться по широкой освещенной лестнице. С этого порога начиналась вторая жизнь Исхана. Девушка спустилась и оказалась в просторном коридоре, из которого вели несколько дверей в другие комнаты. Она прошла к самой дальней, ее личному кабинету.
По пути ее догнал лучший друг и помощник.
- Как дела? – спросила она, открывая дверь.
Свет в кабинете вспыхнул сам, как только открылась дверь.
- Мы продвигаемся, - ответил Волф, заходя следом за подругой. – Изловили несколько магов, которые пытались подстрекать фэх’он на свержение малолетнего Повелителя. Нам удалось, при использовании тактики Повелителя, утихомирить народ. Ты была права, что использование приемов Ахемена приведут нас к успеху. Убедив, что это лишь спектакль, толпа разошлась. Конечно, лучше всего, если бы он сам это делал.
- Ахемен сейчас занимается более важными делами, развлекаясь с Парисой. Он наверно сейчас составляет планы на будущее.
Зулика села в больше кресло, обитое мехом. Волф напротив.
- Ты думаешь, он догадается о том, что нужно строить планы на будущее? - усмехнулся он.
Зулика зло сверкнула глазами, от чего другу пришлось замолчать.
Через некоторое время, он сказал:
- Зулика, я думаю, что твой Ахемен не достоин таких усилий.
- Знаешь, - вздохнула она. – Во-первых, он не мой…пока еще. А во-вторых, я верю что он не дурак и прекрасно оценивает ситуацию, не хуже нас. Для меня честь помогать ему, даже если он этого не знает. И если со мной кто-то не согласен, я того не держу. Это касается и тебя.
- Ты плохо ценишь нашу дружбу, - заметил Волф. – Я всего лишь выразил свое мнение по этому поводу. Хотя я и не доверяю Повелителю, я верю тебе. Этого достаточно?
- Вот и хорошо. – Кивнула она. – Иногда, мне кажется, что лучше ему не знать о нас. Не знаешь, чем все может обернуться. Может он казнит нас, а может ему все равно, чем мы здесь занимаемся.
- Второе мало вероятно. Думаю, он просто нас повесит, ко всем тирронам!
- Да. Как насчет их?
- Вроде ничего, - ответил Волф. – Но наши фэх’он сказали, что наблюдается какое-то шевеление в их рядах. Точнее сказать нельзя. Говорят, это дело магов.
- Ладно, тогда это потом. Как наше оружие?
Волф улыбнулся:
- Тебе лучше самой на это взглянуть. Теперь не только маг сможет обладать магическим оружием.
Зулика встала и они, выйдя из кабинета и пройдя длинный коридор, вошли в лабораторию, где трудились маги. Первым дело ей бросилась в глаза небольшая партия оружия.
К ним подошел маг и улыбнулся:
- Хотите узнать об этом?
Зулика кивнула.
Маг принялся разъяснять, взяв со стола железный корпус непонятного изделия:
- Мы использовали для прочности корпуса железо. Этот материал мало применяется в городе, но он очень удобен для изготовления чего-либо. Корпус оружия удобен для переноса на ноге, на поясе, а так же носить в руках во время боя. При помощи изжесного камня, который имеет способность поглощать энергию, которую мы использовали для создания магического оружия. Этот камень, выторгованный у купцов, позволяет вмещать в себя большое количество энергии, так что его хватит на долгое время. Причем во время боя можно, вот этим переключателем, изменять вид оружия. Огненные шары, непрерывные молнии, туман, сеть для поимки врага. Пока мы остановились на этом, так как они более часто используются в бою. Возьмите.
Зулика взяла в руки оружие. Оно, правда, было удобным. Девушка направила оружие на противоположную стену комнаты и выстрелила. Светящийся шар быстро вылетел и проделал приличную дырку в стене.
- Превосходно, - улыбнулась она. – Продолжайте работать. У нас еще будет время его использовать.
- Мы еще не придумали ему название, - сказал маг.
Зулика задумалась, потом ответила:
- Мы назовем его – монит.
- Что это? – не понял Волф.
- С моего перевода означает Сила Ахемена.
Он обреченно покачал головой.
Маг кивнул и вернулся к работе. Зулика с Волфом вернулись в кабинет. Никогда Волф не понимал действия подруги. Она абсолютно не представляла что делала. Казалось, бы все в порядке, но любой не верный шаг и развал всему делу. Чувства толками Зулику на необдуманные поступки. Она была не осторожна. Возможно, поэтому он не уходил от нее, стараясь обезопасить ее от самой себя.
Зулика нравилась ему, и даже больше. Но он не мог рассчитывать на что-то большее, так как прекрасно понимал, что она ему не ответил взаимностью. Ахемен для нее был всем, она была готова за него жизнь отдать. Зачем? К чему так убиваться, если Повелитель ее даже не заметит? Волф старался это как-то втолковать ей, но без результатов.
- Хорошее оружие, - произнес он, устроившись на диване. – Но зачем оно нам?
- Оборонять никогда не помешает. Если бы я только знала, что знает и что не знает Ахемен. Было бы легче работать. И если бы мне удалось ним поговорить!
- Может, нам оставить это дело?
- Никогда! – вспылила Зулика. – Наш город всегда нуждался в дополнительной защите. Как и он сам…. Послушай, я вижу тебе что-то не нравиться. Давай на чистоту. Выкладывай!
- Я скажу. – Кивнул он. – Зулика, мне кажется, тебе нужно остудить свой пыл, пока не поздно. И подумать трезво. Если Ахемен узнает, чем мы занимаемся, я не думаю, что он сильно обрадуется этому. Он будет зол, потому что мы ему ничего не говорили. И без разговоров нас казнит.
- Мы уже это обсуждали, его право. Можешь успокоиться, ты меня никогда не переубедишь.
Волф только вздохнул.
Сама Зулика была так же не высокого роста, даже ниже обычного фэх’он. Черные волосы были короткими, чуть выше плечей, а белую прядь она зачесывала назад, перемешивая с остальными волосами. Она была стройной и довольно приятной на вид. На редкость глаза ее были светло-карие, когда у остальных исключительно черные.
Волф же, был крупным и сильным мужчиной. Носил очень короткие волосы, а белую прядь полностью срезал, под корень. Это злило Зулику, она знала, что это он делал ей на зло, чтобы выделяться из толпы.
В полной тишине они услышали странные звуки сверху. Ничего не осталось, как только подняться и посмотреть, что происходит. Многие фэх’он куда-то бежали, при этом смеясь и громко разговаривая.
Они пошли следом. И как оказалось после, на белой площади, которая была выложена из белого камня, назревало какое-то представление.
В глазах Зулики вспыхнул огонек. А Волф пробормотал что-то не внятное. Ахемен. Сейчас будет выступать Ахемен. Ей ужасно хотелось протиснуться в первые ряды, но она сдержалась. И от сюда было хорошо видно.
На площади поставили высокую арену, под которой расположились музыканты. В руках они держали всевозможные инструменты: духовые, струнные и многие других, название которых Зулика не знала, так никогда не увлекалась музыкой. Ей нравилось только смотреть, как поет и танцует ее душа, там вдали.
Громко ударили инструменты, заставив толпу замолчать.
На сцене поднялся Ахемен и как всегда широко улыбнулся. Его шустрые и быстрые глаза бегали по фэх’он, которые притихли внизу.
- Скажите! – громко сказал Ахемен, так что его даже Зулика четко слышала, в самом конце толпы. – Когда мы виделись в последний раз, в подобной обстановке? А?
Толпа взревела:
- Давно!!!
- Отлично! А так как это было давно, то нужно непременно наверстать упущенное! Вы готовы?
- Да!!!
- Ночь ждет!!! – вскричал он.
И тут же громко заиграла музыка. Ахемен был одет в яркий зеленый костюм, от света он переливался, так, как будто на нем было множество бриллиантов. Белую прядь он чем-то прикрепил к волосам, чтобы не мешалась, но ее было хорошо видно.
Брюки расширялись к низу от колен, пояс которых был низко посажен на бедра. Обтягивающая зеленая жилетка, была расстегнута до середины, так что хорошо было видно его тонкий сильный торс.
Музыка была очень громкой и резкой, но красивой, поднимающей настроение.
Ахемен стал танцевать. За ним трудно было уследить, так как двигался он очень быстро, и умело, сливая одно движение в другое. Он взмахивал ногами, одновременно прокручиваясь на месте. Танец был быстрый и неуловимый.
Когда музыка смолкала, Повелитель останавливался, и не успевали фэх’он зааплодировать, как музыка снова ударила. Быстрый танец сменялся медленным и плавным. Все замирали. И так продолжалось долгое время. Казалось, в нем не было устали.
Фэх’он танцевали вместе с ним. А Повелитель вдобавок ко всему выпускал в небо разноцветные огни, чтобы было светлее и веселее.
Ах, как же Зулике хотелось к нему на сцену. Танцевать она тоже умела, но так как была всегда занята, не делал этого. Она восхищалась им, и не сводила с него своего пытающего взгляда.
Потом он становился. Все стихло. Ожидание.
Музыка стала медленно и плавно литься по площади, проникая в сердца слушателей. Ахемен запел. Тихо, спокойно. Хотя его голос и был высоким и довольно резким на слух, но пел он так же хорошо, как и танцевал. Он прекрасно его контролировал и сглаживал все неприятные нотки. А как он пел!
Зулике пришлось прослезиться.
Следующая песня была веселой и заводной. Толпа вторила ему в ответ.
Как и было сказано, только под утро все закончилось. Все были уставшими и веселыми, а так же довольными. Редко когда теперь Повелитель устраивал подобные праздники. Но все же находил он для этого время.


3.

Наконец, Миутли окончательно решил, что делать, он добудет лекарство из дальних стран для Кавиля. Он не мог сейчас принять пост жреца, поэтому ему нужна была отсрочка. Все было неожиданно, поэтому он не мог так быстро решить. И только он хотел отправиться к сыну, и сказать все, что он надумал, его вызвал Кавиль. Новости от верховного жреца были не утешающими. Завтра на празднике Эунаб, он провозгласит нового жреца. Домой Миутли так и не попал, Кавиль стал его готовить на главный пост лично.
Кавиль сам пытался всегда делать все как лучше, чтобы потом самому отвечать за свои ошибки. Хотя он никогда их не допускал. Так считали многие, но, ни сам жрец. Для него же все было наоборот.
Его время подходило к концу, и пора было назвать нового жреца. В этот день Миутли не знал, куда себя деть. Его тоже обуревали сомнения, на счет неправильности выбора Кавиля. Он не мог смириться с тем, что уже завтра ему будет внимать целый город и ждать от него приказов. Нет! Это следовало остановить.
Наконец, настал этот роковой день. Миутли все же надеялся, что Кавиль передумает. Или сами бы боги отказались бы от него в момент посвящения.
Даже Алеяндро не мог усидеть дома. Он нашел отца и все же попробовал его отговорить.
- Не понимаю, зачем тебе это нужно, - качал он головой. – Ты не должен это делать.
- Я и не хотел. – Развел руками Миутли. – Кавиль даже не стал слушать мои противоречия. А ты знаешь, что он всегда настойчив.
- Попробуй его отговорить.
- Пытался.
- Не нравиться мне все это. – Вздохнул Алеяндро. – Но ты, же сможешь отказаться, и никто этому не воспротивиться.
- Знаю. Но Кавиль…
- Да что он тебе сдался?! Пошли его ко всем богам!
- Тише. – Нахмурился отец. – Не говори такого. Я сделал все что мог.
Алеяндро больше не чего было сказать, он резко развернулся и направился к выходу из храма. Его злило все, что было связано со жрецами и храмом.
В главном зале, но немного задержался, рассматривая идолы и высокие золотые колоны.
Он не понимал, зачем такую красоту окроплять кровью? Даже самые плохие цельтали не заслуживают смерти. Алеяндро считал, что жизнь должна сама их потом покарать.
Тут его взгляд упал на небольшой пьедестал у дальнего угла зала. Множество камней было вделаны в него.
Алеяндро подошел ближе и заметил, что на золотой подставке лежал странный предмет неправильной формы. Он больше напоминал осколок неизвестного материала. В Майялде ничего подобного не производилось. Но то, что излучал этот осколок, совсем не поддавалось описанию. Он постоянно переливался всевозможными цветами. Они мерцали и сменяли друг друга. Сияние напоминало музыку.
Алеяндро протянул руку, чтобы взять его, но тут же ее отдернул. Он сам не понял, зачем ему захотелось его взять. Нет. Пусть время служения отца будет куда лучше всех других жрецов, даже самого Кавиля.
Он заметил, что раньше не видел этого осколка здесь. Наверно он многое значил, когда переизбирался верховный жрец. Алеяндро пожал плечами. Шутки жрецов.
Когда он покинул храм, то не смог забыть переливание этих дивных цветов.

Дробь барабанов разносилась по всему Майялду, возможно даже и за его границы. Веселый смех о будущем и скорбь по прошлому раздавались у подножия великой Южной пирамиды, где и должна состояться церемония.
Эунаб, так называли жрецы этот праздник, избрание богами нового духовного жреца. Сами цельтали по простоте называли его иначе – Белое Зеркало, так было понятно для всех. В храме жрецы выносили огромное зеркало, в котором открывался проход в Зал Богов, где слышалось имя будущего жреца. И тогда новому жрецу вручалась Золотая Ветвь Правды. Она представляла собой вылитую из золота веточку священного дерева Цта, она была полностью усыпана драгоценными камнями. Жрец обязан хранить ее при себе, чтобы боги могли общаться с ним.
Для самих жрецов этот ритуал не представлял особой сложности, когда для цельтали это было магическим и божественным представлением.

Как бы Алеяндро не хотелось, ему все же пришлось присутствовать на церемонии. Все же отца он уважал, каким бы он не был. Нет, все, что сейчас происходило, было красивым и неописуемым. Единственное против чего он был, это жертвы. Возможно, боги и есть, пусть, но не стоит убивать центали. Вот если бы он смог лично поговорить с теми, с кем общаются жрецы, он бы задал бы пару вопросов. Но об этом не может быть и речи.
Алеяндро стоял по левую руку Миутли, с правой стороны – Коатикуэ. Она была прекрасна, как и обычно. Сейчас на ней было одето золотое платье с белой прозрачной накидкой. Множество украшений, разнообразных цветов. В волосы были вплетены цветки. Глаза слегка опущены, чтобы солнце не слепило, а губы улыбались. Она, как и Миутли, и Алеяндро, все же надеялась, что Кавиль передумает и выберет полноправную наследницу на это пост. И ей, конечно, была она. Мечта дочери верховного жреца могла быть только ода – занять его место. Алеяндро не мог допустить и этого. Он не мог точно решить, что для него будет лучше. Если отец станет жрецом, то он не сможет терпеть того, что его единственный близкий занимается таким безумством. А если же Коатикуэ – то он навсегда потеряет свою единственную любовь. Так как став жрицей он не имеет права выходить замуж и иметь дело с мужчинами. Но если она сначала выйдет замуж, а потом уже ее выберут жрицей, то они вместе становятся главными духовыми путеводителями всех цельтали. Но и это не входило в планы Алеяндро. Он никогда не станет жрецом. Оставалось надеяться на лучший исход. А это значит, ему придется смириться с правлением отца. Это был единственный выход.
Наконец церемония началась. Из храма вышел Кавиль. Увидев старика, Алеяндро стало, искренне его жаль. Выглядел жрец не важно, даже плохо. Но как того требует правило, он держался ровно, и все же пытался улыбаться. Когда Кавиль поравнялся с Миутли, Коатикуэ вытянулась и не сводила глаз с заходящего солнца, как будто сейчас его луч укажет на ее. Алеяндро почему-то это смешило. Такая наивность!
Кавиль поднял руки, и цельтали затихли, ожидая его слов.
- Солнце гаснет! Но тут же зарождается новое! Вы не увидите изменений, так как правила одни для всех и невыполнение правил карается смертью. Боги видят, и сами будут судьями. Мы жрецы передаем каждое их слово вам, мы не обманываем вас, так как нам незачем это делать. Сегодня, восемнадцатый день, который дает мне право избрать нового жреца. Только в этот день, и только в это время! Я верю в вас! Будьте добры к новому жрецу, как и ко мне. Тогда Майялд будет процветать.
Радостные крики наполнили город.
Кавиль повернулся лицом к Миутли.
- Так же я верю и в тебя, - уже тише сказал жрец.
Он достал из-под накидки Ветвь Правды. В лучах солнца она была еще прекрасней.
Коатикуэ резко повернулась к жрецам. Ее глаза были полны ненавистью и злости. Она хотела сделать шаг вперед и что-то сказать, но осталась стоять на месте.
Алеяндро радовало то, что Кавиль все же не передумал.
В глазах Миутли была растерянность, когда Кавиль протянул ему Ветвь, но он все же ее с гордостью взял и поднял над головой.
В толпе опять раздались радостные крики.
Вот и весь праздник.
Когда все цельтали в восхищенном настроении разошлись по своим делам, все жрецы и их помощники разместились в Золотом зале. Алеяндро тоже пришлось там присутствовать.
Как и следует дальше по правилам, на один из золотых пьедесталов поставили Зеркало. Казалось, в нем отражался не только зал, но и весь город сразу же. Алеяндро стоял в стороне и не отрывал глаз от Зеркала. В данный момент они были цвета высокого летнего неба, как и того, которое было у него за спиной. Странное смятение охватило его в эту минуту. Чувствовалось, что он только шагнет и окажется в длинном коридоре, который открывает неизведанное.
Само Зеркало было больших размеров где-то с рост любого цельтали. Оно было обрамлено золотыми кружевами с камнями. А поверхность – гладкая, и казалось, что ее совсем нет. Чувствовался какой-то проход в иной мир. Оно звало, манило, притягивало к себе. Лишь в самый последний момент, когда Алеяндро уже хотел шагнуть, смог отвернутся в сторону.
Минут через пять в зале воцарилась тишина. Кавиль подвел к Зеркалу Миутли и взмахнул рукой. Зеркало помутнело, его поверхность стала рябить, потом пошла волнами. В центре появился свет и стал расширяться по всему Зеркалу. Кавиль положил руку на плечо Миутли и закрыл глаза. Ничего не произошло. Потом свет стал обратно сужаться в точку.
Алеяндро нахмурился, он почувствовал, что что-то пошло не так, как надо. Ритуал должен был произойти иначе. Почему? Он так и не понял.
Кавиль согнулся пополам и упал на колени. Ритуал был прерван. Зеркало приобрело обычный вид. Жрецы подхватил Кавиля, и отнесли в красную комнату. Коатикуэ взволнованно побежала следом.
Когда зал опустел Алеяндро все же подошел к Зеркалу. Он с минуту смотрел на гладкую поверхность, потом, не сдержавшись, коснулся ее. Он почувствовал, как его пальцы прошли вглубь непонятной материи. Он быстро отдернул руку.
Тут его окрикнул Миутли.
- Как он? – спросил Алеяндро, подходя к отцу.
- Плохо. Он умирает. Он потратил последние силы на то, чтобы посветить меня…
- Зеркало. Ритуал , что-то пошло не так, да?
- Не знаю. Боги не дали ответа на мое служение. Возможно, Кавилю не хватило сил представить меня им.
- Но, портал он открыл! – возмутился Алеяндро. – Значит, они тебя видели!
- Откуда ты знаешь?
- Не знаю, - замялся сын. – Просто пришло в голову.
- Я тут подумал, - сказал Миутли. – Нужно чтобы Кавиль продержался и смог представить меня богам, иначе я не могу стать полноценным верховным жрецом.
- И как это сделать?
- Есть одни город, в котором живет могущественный целитель. Другие называют его колдуном. Мы не можем вылечить жреца, поэтому ты должен принести лекарство.
- Не уверен… - засомневался Алеяндро. – Но я все же постараюсь, что-нибудь сделать.
- Хорошо, сын мой. Я дам тебе карту.

Как обычно ранним утром Ахемен находился в постели с очаровательной девушкой. Ее длинная белая прядь переплеталась в длинных до пояса волосах. Париса спала и улыбалась тому, что видела во сне. Ахемен думал, что ей снятся самые красивые сны, которые никому никогда не снились. Он чувствовал, что начинал привязываться к ней, она нравилась ему, даже… Он оборвал себя. Он не знал, что ему делать, если полюбит ее. Конечно, женится! Он злился на себя, что иногда не мог конкретно что-либо решить, особенно в отношениях.
Ахемен посмотрел в окно. Солнце только начало припекать. Он поморщился. Если щит не усилить, то фэх’он будут страдать от жары.
Он только хотел опять заснуть, как в комнату ворвался начальник стражи.
- Повелитель! Простите, но на Белой площади разборки! Какой-то придурок говорит о конце света! Начались побои.
Ахемен вздернул бровь:
- И что? Предлагаешь мне идти и всех раскидать?
- Нет, но…
- Там что больше не кому этим заняться? Леонхард, ты не малый ребенок и прекрасно знаешь что делать. Вызови Олдриха, его могучее тело моментально раскидает все это стадо баранов.
- Да, но Повелитель, он только недавно покинул Исхан. Сказал, что ему надоели побои и решил предаться путешествиям.
- Что?! Кто разрешил?! – вскричал Ахемен. Тем самым разбудив девушку. Она медленно перевернулась на спину, но глаза не открыла. – Когда он ушел? – уже тише спросил он.
- Пару дней назад.
- Почему мне не доложили?
Париса все же проснулась и увидев, что в комнате находится посторонний, быстро зарылась в одеяло и растерянно посмотрела на Ахемена.
- Ладно, - отмахнулся он. – Я сам разберусь с разводящим апокалипсис. Свободен.
Леонхард быстро удалился.
Ахемен скинул с себя одеяло, и горько вздохнув, потянулся за одеждой.
Париса потянулась:
- Опять все дела сваливают на тебя? Сколько можно!
- Обещаю это последний раз, - виновато произнес он. – Потом я найду надежного фэх’он, который будет более ответственный… вон, Олдрих сбежал! Я ему хорошо платил… ладно.
Он встал с кровати и быстро оделся.
- Не волнуйся, я быстро.
- Толку-то, - вздохнула она. – Сегодня будет Аруку.
- Нет, я решил точно, что буду только с одной.
Париса улыбнулась, и перевернувшись на бок, лукаво провела рукой по простыне:
- Наконец, наш ненасытный Повелитель решил успокоиться? Что же случилось?
Но тут же она погрустнела и замолчала.
- Я давно решил, кто это будет.
Девушка посмотрела на возлюбленного Повелителя. Он широко и мило улыбнулся. Париса с радостным криком вскочила с кровати и просилась к нему в объятия. Он со смехом прижал ее к себе, потом поцеловав, слегка отодвинул ее в сторону.
- Но это остается только между нами. Я не хочу, чтобы все мои бывшие девушки что-то из ревности тебе сделали.
- Конечно, - пообещала она, опять обнимая Ахемена.
- Тогда дождись меня, и скажи, чтобы подали завтрак. И я как раз вернусь.
Ахемен послав воздушный поцелуй, исчез, в созданном им телепорте.
Белая площадь была огорожена такими же белыми домами. Телепорт Ахемена появился прямо посередине площади, рядом с безумным, тем, кто начал весь этот утренний переполох.
Ахемен скрестил руки и огляделся. Картина была не из приятных, особенно, когда только подняли с постели. Огромная толпа народу окружила одного фэх’он, который, чуть не крича, рассказывал о каких-то пришельцах, и о смерти всех, кто попадется под их горячую руку. О жреце, создавший хаос во всей Куэльо.
Когда Ахемен понял все что хотел узнать, стал громко хлопать в ладоши.
- Ух, какие речи! Думаю, твое представление как раз приобрело то состояние, при котором слушатели начинают верить во все эти сказки. Я понимаю, что есть два вида представлений. Чтобы рассмешить, и чтобы напугать. Это приемлемо. Но я думаю, что пора всем браться за работу или по домам. День идет, а дел у всех по горло. Давай мирно разойдемся, а?
Предсказатель напыжился, как будто его оскорбили и тихо произнес:
- Это вам не шутки! Вы еще увидите, как низко вы падете! Город будет на гране гибели. Вы все будете бегать как маленькие мышки, ища, где бы спрятаться. Вы увидите гнев богов!
Он исчез. Ахемен почесал подбородок, поправил прядь, потом содрогнулся:
- У, напугал! У меня даже мурашки по коже побежали. Мне кажется, ему нужно отсыпать побольше золотых. Какой эффект!
Фэх’он рассмеялись.
- Один минус, - продолжил Повелитель. – Не было магических фокусов и все такое. Что ж, не все бывает складно.
Толпа начала расходиться. Ахемен облегченно вздохнул. Оказалось не так сложно, как он предполагал. Но все же неприятные сомнения прокрались в душу. Что-то заставляло беспокоиться и сомневаться, что он не псих.
Площадь освободилась в считанные минуты. Фэх’он все же поверили своему Повелителю, в общем, как и всегда в подобных ситуациях. Но Ахемен не знал только одного, что за углом дома стояла та, которая давно подарила ему свое нежное и доброе сердце. Зулика не сводила с него своих темных глаз. Он что-то почувствовал, и повернулся, где стояла незнакомка, но ее и след простыл.
Она опять огляделся и исчез в телепорте.
Повелитель телепортировался к начальнику стражи, который занимался очередными распоряжениями. Когда Ахемен появился в кабинете Леонхарда, начальник отправил вон двух слуг. Те скрылись.
Ахемен внимательно изучил лицо начальника стражи, потом огляделся и наконец, устроился в большом кресле, закинув ногу на ногу.
Леонхард был грузным фэх’он, с короткими волосами, белую прядь было еле заметно. Круглое лицо и умные внимательные глаза. На вид ему больше тридцати.
Кабинет был полностью завален бумагами и доносами, а так же многочисленными папками.
- Вам наверно интересны новые события в городе? – догадался Леонхард.
- Это конечно тоже. – Кивнул Ахемен. – Но больше меня сейчас интересует сегодняшний инцидент на площади. С чего все началось?
Начальник вздохнул:
- Я мало чего узнал, но…
- Так, Леонхард, - взмолился Ахемен. – Давай рассказывай все, даже свои предположения, а я уж решу, правильные они или нет.
- Хорошо. Как только мне доложили о происшествии, я тут же был на месте. Я стал расспрашивать, что произошло. Этот фэх’он не из города, он как-то прошел через щит и получив немного магии тут же телепортировался на площадь. Он начал орать и рассказывать о конце света. Все тут же столпились, и разинул рот. Но я одного не пойму, почему он не использовал угрожающие выпады? Это произвело бы больший эффект.
- Значит мало опыта, - предположил Ахемен. – Или ему это не нужно было во все.
- Думаю, - сказал Леонхард. – Это было не больше, чем посланием. Я спрашивал у магов на площади, они сказали, что он не может использовать магию, а значит его сюда переместили.
- Посланник? – уточнил Повелитель. – Похоже на то. И кто же этот добродетель? Явно он появится в городе еще не раз. Расставь посты по всем площадям, не забудь магов, побольше ловушек. А если он умеет только телепортироваться, значит поймать его не сложно. А там посмотрим. Чего еще новенького?
- Кроме небольших побоев на рынке…
- Ой, - скривился Ахемен. – Только не надо про рынок. Знаю, сейчас будешь рассказывать, кто кого рыбой или тухлыми фруктами забил. Спасибо, не хочу портить себе аппетит.
- Ладно. – Пожал плечами Леонхард, откладывая в сторону стопку бумаг.
Ахемен прикусил губу и быстро убрал белую прядь за ухо. Потом указал пальцем на огромную стопку, которую начальник стражи переместил на край стола.
- Это все о рынке?
- Угу. – Грустно кивнул Леонхард.
- Ты меня заинтриговал. Что же там еще такого происходит, что накапливается целая стопа доносов?
- Да как вы и сказали рыба, фрукты…
- Они что по одуревали там! Пора делать второй рынок. Скажешь об этом моему магу Мехилиду, пусть он этим займется, а то скоро совсем магию забудет от нечего делать. Это все?
- Да.
- Вот и хорошо. Ладно, я у себя. Если что, позовешь.
- Стойте, чуть не забыл!
Только приготовившись телепортироваться, Ахемен опустил руку.
- Я ведь выполнил, то, что вы просили.
Повелитель расплылся в улыбке:
- Это то, о чем я думаю?
Улыбнувшись, Леонхард открыл ящик стола и вытащил несколько маленьких предметов, больше напоминавшие побрякушки и положил их на стол.
Ахемен сорвался с места, чуть не снеся стол.
- Неужели?
Он сгреб все в руки и опять сел в кресло:
- Так что тут у нас?
Он взял в руку маленький предмет, напоминающий голубую слезу в железном обрамлении. Он поднес ее к глазам.
- Ага, дельная штука. Похоже это мгновенная телепортация.
- То есть? – не понял Леонхард.
- Ну, только подумаешь, куда тебе надо и ты уже там, без всяких взмахов руками. Так, а это, - следующий был в виде толстого кольца с множеством огоньков. – Это для того чтобы быть невидимым. Правда что ли?
Ахемен надел кольцо на свободный палец левой руки. Потом прикосновением активировал его.
- И как, меня видно?
- Нет, - честно признался Леонхард.
- Хорошо, - сказал Ахемен, снова появляясь в кресле.
Следующий тоже был кольцом, только более изящной работы. У Ахемена были заняты все пальцы на руках кольцами. Это кольцо оказалось для того, чтобы видеть ночью. Повелитель незамедлительно одел его на палец. Так же на нем было полно амулетов и разных браслетов, половину из которых не работали, а некоторые он сам не знал для чего.
Потом он поднял амулет в виде солнышка:
- А это мне зачем? – удивился он. – Это же для, того что быть неотразимым и красивым.
- Похоже поставщик считал, что вы не достаточно красивы. – Улыбнулся Леонхард.
Ахемен скривился:
- Но ведь я мужчина! Зачем мне это?! Идиоты. Ладно, остальные у меня есть. Пусть будят запасные, не помешают.
Остальное он засунул в карман.
- Я доволен, - наконец произнес Ахемен. – Теперь проси все что хочешь.
Начальник даже растерялся:
- Не знаю…
- Нет, вот сейчас, в данный момент, ты все равно чего-то хочешь.
- Хочу… ваших фруктов, и вина. Я ведь знаю, что недавно вы получали партию лакомств дальних стран.
Ахемен улыбнулся и тут же исчез. Леонхард огляделся, не шутит ли Повелитель.
Чрез минуту Ахемен вернулся. В одной руке он держал корзинку с фруктами, в другой кувшин с вином.
- Вы с ума сошли. – Леонхард вскочил с места.
- Сиди уж, - улыбнулся Повелитель, ставя все на стол начальника стражи. – Ты же знаешь, я всегда за магические побрякушки все отдам, даже землю копать пойду.
Он опять занял свое кресло, заложив руки за голову.
- Слышал, - сказал он. – Есть у одного народа такая способность, что они могут видеть ночью. Вот только забыл как они называются…по-моему эль-мирадорцы…. Да они. Всегда мечтал с ними встретиться. Но это так, мечты, мечты. Ладно, я у себя.

Ахемен, наконец, оказался в своей комнате. На меленьком столике уже стоял завтрак, а на кровати в красивом вызывающем наряде сидела Париса. Она медленно расчесывала волосы.
- Прости, я задержался. Но у меня для тебя есть подарок.
Он забрался к ней на кровать. Достал из кармана амулет в виде солнышка на длинной цепочке, и надел ей на шею.
Ее лицо просияло:
- Где ты это взял?
- Ну, я же Повелитель, и прекрасно знаю, как удивить свою женщину, особенно ту, которую люблю.
- Не подмазывайся, я знаю, что все подарки к тебе попадают случайно.
- Ты меня раскусила. – Улыбнулся он.
Ахемен коснулся руками ее лица и поцеловал.


4.

На следующий день, Алеяндро взял карту у отца и попрощавшись отправился у путь. Он не стал заходить к Арикалине, так как собирался тут же вернуться домой, как только получит лекарство. К тому же, ему нужно было побыть наедине и подумать о будущем. И решить, что делать дальше. Пора начать жить заново. Трудно было отпустить Коатикуэ, но нужно было это сделать как можно скорее, так как будет легче потом.
Теперь от него зависела и жизнь жреца. А если он не успеет? Значит, его смерть будет лежать на нем? Он не хотел этого, поэтому стоило торопиться.
Миутли дал ему хорошего коня, так что его цель с каждым днем все приближалась и приближалась. А он еще точно не решил, что ему делать и как быть дальше. Конь словно летел, равняясь с безумным полетом мыслей его хозяина.
Из оружия у Алеяндро были только деревянные маленькие палочки с заостренными каменными концами. Это единственное чем он мог пользоваться в бою. Он метко их метал во врага. Однако, с другими видами оружия управляться но не умел.
Однажды вечером он вспомнил Майялд, его высокие почти нескончаемые водопады и как легко дышалось.
Но стоило торопиться. Алеяндро старался ехать как можно быстрее и не отвлекаться на мелочи. Возможно, первый поход в большой мир стоило провести иначе, но значит этому не бывать, еще будет случай налюбоваться красотами Куэльо.
Карта, которую ему дал отец , была до мелочи достоверна. Каждый холм или небольшая роща четко прорисованы и указаны. Поэтому цель его медленно, но верно приближалась.
Теперь он стоял и смотрел на ауру, накрывающую весь город. По карте его название было Исхан. Алеяндро не понимал, зачем эта аура нужна. И при случае он обязательно спросит что это. Он спешился и немного привел себя в порядок. Погладив коня, он двинулся прямо на город.
Он увидел высокие ворота и стену, которая окружала весь город. Из чего были сделаны ворота, он не знал. Не известной природы материал. На вид гладкий и не особо прочный, хотя на деле наверно не совсем так.
Алеяндро понятия не имел, как дозваться до местных жителей через эту ауру. Насколько он помнил, по рассказам, здесь жил народ фэх’он, довольно причудливого цвета кожи, фиолетового. Их язык был самый распространенный, и жрецы хорошо его знали. Миутли однажды заставлял и его учить этот язык. Говоря, что для жреца он еще пригодится. Это было давно. Но язык Алеяндро знал.
Тут его увидели со стены. Стража. В воротах открылась небольшая калитка, из которой вышел фэх’он, стражник, облаченный в легкие доспехи, а так же с блинной белой прядью. Теперь Алеяндро видел их в живом виде. Так они выглядели более причудливо.
- Что вам нужно? – сухо и по делу спросил стражник.
Алеяндро улыбнулся:
- Я держу путь из Майялда. У меня очень важное дело к вашему целителю.
Фэх’он удивленно расширил глаза.
- К какому именно? – поинтересовался он.
- А что, их у вас много? Ну, мне бы к любому…
- Понимаете, - растерялся стражник. – У нас в городе сейчас проблемы и мы…
- Эй, Ралф! – кто-то крикнул со стены. – Хватит трепатья! Веди его сюда, Повелитель разберется!
- Ага! – отозвался Ралф. – Как будто Повелителю нечем заняться! К тому же, хочешь, чтобы он подверг опасности Ахемена?!
- Поверьте, у меня абсолютно благие намеренья, - отозвался Алеяндро.
- Посмотрим, - буркнул Ралф.
Он подошел к ауре и кивнул гостью:
- Заходи.
Алеяндро незамедлительно прошел через ауру, ведя на поводу коня. Стражник повел его в город.
- Что это? – не удержался цельтали.
- Щит, - ответил стражник, не уточняя, что имел в виду гость. – Защищает нас от таких как ты, которые бродят без присмотра.
- Послушайте, мне нужно спешить…
- У всех нет времени, - оборвал его Ралф. – Вот сначала поговоришь с начальником Леонхардом. Тогда он и решит.
Алеяндро разочарованно вздохнул, но больше ничего не спрашивал. Его посадили на скамью у входа. Коня увели, пообещав, что о нем позаботятся. Ралф отошел к остальным стражника, оставив Алеяндро в гордом одиночестве. Он рассмотрел город и его жителей. Все было по -другому, никак в Майялде. Дома имели лиловый оттенок, иногда белый. Растительности было мало, редкие деревья были и то не высокими, больше напоминавшие кустарники. А народ был более свободный и развязанный. Но у каждого свои правила.
В данный час, Ахемен находился в своем кабинете, и медленно листал бумаги, принесенные Леонхардом. Это занятие Повелитель считал самым скучным и не достойным для Повелителя. Для него, лучше было бы прыгать в телепорте и наводить порядок в городе. Но, по словам начальника стражи, изучение бумаг – это неотъемлемая часть правления.
Если бы Ахемен, хоть раз собрался бы с мыслями и быстро все изучил, возможно, на это уходило меньше времени и оставалось больше свободного. Но сегодня Ахемену совсем не хотелось этим заниматься, как и всегда, когда приходилось к этому возвращаться. После получаса усиленного труда, он отложил один листок в сторону, и со вздохом откинулся на спинку кресла. Если бы у него были сао, то он сейчас бы закурил. Но его старый учитель запрещал ему это делать, так как это не достойно для Повелителя.
Тут Ахемен вспомнил своего учителя. Когда умерли его родители старый Ирзу взял маленького наследника к себе и учил его всему, что знал. Ахемен не помнил родителей, так потерял их слишком давно. Он знал, что они были сильными правителями, в отличие от него. Учитель тоже вскоре умер, тогда Ахемену пришлось взяться за ум. Доброта помогла ему завести много друзей, которые ему с радостью помогали.
Иногда Ахемену хотелось бежать из города и стать изгоем. Он не мог больше видеть эти стены, замок, город. А постоянно вешающиеся красотки не давали покоя. Поэтому он решил, наконец остановиться на одной. Париса была единственной, которая ему больше всех нравилась. И только она могла его утешить и понять. Это его и держало.
Наконец, собравшись с мыслями, он снова взял в руки бумаги, как в комнате появился из телепорта с сопровождением мага Леонхард. Его лицо было очень взволновано.
- В чем дело? – тут же спросил Ахемен, откладывая бумаги.
- Ничего криминального, но думаю, это вас заинтересует. К нам пришел незнакомец, цельтали. Утверждает, что он из Майялда и требует, чтобы его оправили к магу.
Ахемен улыбнулся:
- Цельтали? Интересно. Я хочу с ним побеседовать. Приведи его сюда.
Леонхард кивнул и они с магом исчезли из кабинета.

В это время Алеяндро все так же сидел на месте и рассматривал все вокруг, что попадалось на глаза. Терпение его уже кончалось, но он понимал, что бурными истериками здесь не поможешь, оставалось только ждать, хотя время было не на его стороне.
Начальник стражи переместился прямо к стене. Маг был рядом. Это действие удивило Адеяндро. Такого он тоже еще не видел, чтобы появлялись прямо из воздуха. Леонхард подошел ближе.
- Вы пойдете с нами, - сказал он. – Повелитель желает с вами говорить.
Алеяндро только кивнул. Странное ощущение охватила его в следующее мгновение. Его тело потеряло вес, и готово было вылететь в небытие. Но что-то удерживало на месте. В следующее мгновение Алеяндро стоял в большой комнате с книгами, столами и широкими креслами. Через высокие окна проходил свет, освещая все помещение.
В одном из кресел сидел фэх’он невысокого роста. Алеяндро удивило, насколько он был молод. Даже моложе его самого. Если он Повелитель, то каким чудом он им стал?
- Оставьте нас, - мягким голосом произнес Повелитель, ставая с места.
Маг с начальником мгновенно исчезли. Алеяндро опять растерянно огляделся.
- Не пугайтесь, - сказал Ахемен. – Это телепортация. Перемещение с одного места на другое. Может потом, если вам будет интересно, я расскажу подробнее. Я Ахемен, Повелитель Исхана. – Он протянул руку. Алеяндро нерешительно пожал ее. – У нас в городе сейчас немного усложнилась ситуация и мне пришлось принять некоторое меры. Позвольте вам задать пару вопросов, и вы будете свободны.
Алеяндро опять кивнул. Повелитель пригласил его присесть, он повиновался.
- Скажите кто вы и откуда?
- Я Алеяндро, сын Миутли жреца города Майялда. Сюда пришел, чтобы попросить вашей помощи. Мне нужен целитель, чтобы помочь умирающему жрецу.
Ахемен улыбнулся. Он чувствовал, что он говорил правду. Это было видно.
- Хорошо. Я знаю одного хорошего мага. Я сам вас к нему отведу.
- Почему вы это делаете? – поинтересовался Алеяндро.
- Люблю помогать. – Развел руками Ахемен.

Алеяндро опять почувствовал легкость в теле. На этот раз она прошла быстрее, чем в первый раз.
Теперь же они оказались в небольшом помещении, заваленным столами, книгами непонятными предметами и банками. Так же, в комнате стояло одно кресло и пару небольших окон. Алеяндро с интересом оглядывался по сторонам. Столько предметов он не видел даже в храме Верховного жреца.
Повелитель, не преставая улыбаться, медленно повел головой.
- Надеюсь, он здесь, - произнес он. – Уилфрит!
Из-за полок вышел маленького роста фэх’он, на вид ему было не больше пятнадцати лет, хотя черные глаза были умными и прекрасно знали свое дело.
Черные волосы были короткими, а белая прядь ниже плеч. Алеяндро заметил сходство, между Повелителем и магом, их белые пряди были одинаковой длины и свисали с левой стороны.
Маг скрестил руки и облокотился спиной о стол.
- Повелитель , что вас привело ко мне? – спросил он.
- Ни что, а кто, - поправил его Ахемен. – Этот цельтали нуждается в твоей помощи. Будь добр, помоги ему.
Мальчик изучил пальцы на правой руки, и спросил:
- Зачем мне это делать?
- Слово Повелителя для тебя ничего не значит? – удивился Ахемен.
- Ха! - хмыкнул маг. – Повелитель! Цыпленок не общипанный!
Маг отвернулся. Ахемен виновато опустил голову. Алеяндро не преставал удивляться тому, что видел. Повелитель робел перед мальчишкой. Но он промолчал и покорно ждал, хотя спросить так и хотелось.
- Прости, - произнес Ахемен. – Мне, правда, нужна твоя помощь.
- Ладно, ладно, что у вас там?
Ахемен посмотрел на гостя. Алеяндро понятливо объяснил ситуацию, старясь ничего не пропустить. Когда маг пообещал в этом разобраться, Ахемен поблагодарил его.
- За мной должок, - произнес он.
- Ты хоть один бы отдал!
Повелитель улыбнулся и исчез.
- Все Повелители дети. – Вздохнул маг.
Алеяндро представил Кавиля и промолчав, решил что разница в культурах.
- Знаете молодой цельтали, - писклявым голосом, сказал маг. – По вашим словам, вашего жреца охватила не болезнь, а обычный фактор жизни – старость. Ему просто пора представиться.
- Я понимаю. – Кивнул Алеяндро. - Но мы бы хотели хоть немного продлить его жизнь.
- Так, - задумался маг, расхаживая по комнате. – Говорите, продлить жизнь,… увы, простое лекарство здесь не помогут. Ладно, придется идти с вами. Останьтесь здесь, я пока соберу вещи, а потом схожу к Ахемену и предупрежу его.
- Это вы о чем?
- Чтобы помочь вам, мне необходимо видеть больного. Поэтому я должен отправиться я вами.
- Как? В Майялд?
- Майялд? Да туда.
Алеяндро минуту молчал, потом кинул.
- Вот и хорошо.
Маг взял небольшую сумку и стал быстро в нее складывать какие-то светящиеся предметы. Перед тем, как положить предмет в сумку, он внимательно его осматривал.
- Скажите, - наконец произнес маг. – Майялд, город золота?
- Да, его там предостаточно. Но оно у нас ничего не стоит. Мы его используем, как вы то, из чего сделаны ваши ворота.
- Понятно. Но по вас не скажешь, что вы из Майялда.
- Почему? – не понял Алеяндро.
Маг пожал плечами:
- Внешний вид не особо соответствует этому народу. – Он положил очередную склянку в сумку. – Насколько я помню цельтали смуглые и черноволосые.
- А вы там были? – усмехнулся Алеяндро.
- Читал. А глаза?
- Почему вас это интересует?
- Молодой цельтали, меня интересует абсолютно все. И с этим ничего не поделаешь.
- Мой отец чистокровный цельтали, - ответил сын жреца. – И сейчас Верховный жрец Майялда. Я никак не могу быть из другой расы.
- А мать? – улыбнулся маг. – Ладно, это не мое дело. Я быстро. Там за стеллажами есть койка, и если вы устали, то можете меня подождать там.
Маг исчез.
Алеяндро сел на указанную кровать, так как ноги больше не желали стоять. Мысли хаотически закружились в голове. Этот маленький целитель, правда, много знал. Это было видно в его мудрых глазах. Почему он спросил он матери? Алеяндро всегда чувствовал себя лишним и никак не вписывался в жизнь цельтали. Не только внешним видом, но и духом он не принимал этот народ. Что-то другое его тянуло и звало. Что, он не понимал.

Уилфрит телепортировался в кабинет Повелителя. Его превосходительство спал в кресле с листам в руках. Нуги закинуты на столик, стоящий перед ним. Маг внимательно изучил картину, потом громко стукнул по столу. Ахемен дернулся и открыв глаза быстро скинул ноги и сел подобающе Повелителю. Потом увидев Уилфрита, опять расслабился и закинул ноги на столик.
- Как вы можете! – сморщился маг, и жестом руки скинул не только ноги, но и перевернул через кресло всего Повелителя.
- Ой, - отдернул руку маг. – Что-то я сегодня не в духе. Наверно слишком много всего сразу.
Ахемен с шипением поднялся на ноги.
- Поаккуратнее махай руками! – огрызнулся он. – А то я тебя испепелю, не смотря на твой возраст!
- Какой именно? – хитро улыбнулся маг.
- Обоих! – Повелитель обратно устроился в кресле.
- Ладно, - вздохнул Уилфрит. – Я решил, что мне пора прогуляться, да и помочь этому бедолаге.
- Хочешь уйти?
- Только не большой отпуск. Зато причина есть, жрец там помирает.
- Скажи, что он не излечим, - взмолился Ахемен.
- Увы, парень нуждается во мне.
- Нет, я тебя не отпущу! – возмутился Повелитель.
- Ха, а я тебя не спрашивал.
- Нет, пожалуйста, не оставляй меня. Я один не справлюсь.
- Ты и так неплохо без меня справляешься, - заметил маг. – Давай держись, я не долго. Туда и обратно.
Ахемен ничего не ответил. Уилфрит исчез.

Маг, забрав Алеяндро, запер дом, и они покинули город. Как сказал цельтали, до Майялда несколько дней пути верхом. Маг взял и себе коня, в Исхане было их полно. Алеяндро подсчитал, что на весь путь ушла неделя, и он наделся, что он еще не опоздал. Поэтому стоило спешить.
Дни шли быстро и почти не заметно. Вскоре вдали показались золотые пирамиды. Они величаво охраняли подступы у городу. Густой лес окружал их. А облака медленно опускались на их вершины.
- Вот он великий город! – восторженно произнес Уилфрит. – Не многие могли найти его.
- Почти никто, - поправил Алеяндро. – Даже никто. Но мы всегда рады гостям.
- Как ты можешь быть в это уверен, если вас никто не находил?
- Мы ведь были всегда добрыми.
- Да? Надеюсь на это.
К вечеру они достигли города. Уилфрит постоянно оглядывался по сторонам. Алеяндро усмехнулся, понимая, что так же выглядел и он в Исхане. Он повел мага к храму через лес и хижины. Они спешились, и оставили коней на краю леса.
Путь лежал по узкой тропинке между хижинами. На пути им встретилась Арикалина. Ее лицо было заплаканным. Она подбежала, и взяв его руки, прижала к себе.
- В чем дело?
Она не ответила. Тогда он высвободил руки, и слегла, тряхнул ее за плечи:
- Скажи, что случилось?
- Ужасное, - только и сказала она, так как слезы не дали ей договорить.
Алеяндро огляделся.
- Видно, что-то со жрецом, - предположил Уилфрит.
Девушка всхлипнула и только хотела убежать, но Алеяндро ее задержал и прижал к себе. Наконец, прейдя в себя Арикалина, отстранилась и вытерла лицо руками.
- Извини, никого больше не было…
- Я понимаю, не извиняйся. Так что произошло?
Она посмотрела на мага.
- Это Уилфрит, - сказал Алеяндро.
- Фэх’он? Никогда вас не видела. Но ладно, я даже не знаю с чего начать.
- С начала. – Подсказал друг.
- Когда ты ушел. Буквально через пару дней умер Кавиль. Шло все хорошо. Потом нам сообщили, что скончался и Миутли. Что точно там произошло, никто не знает. Сейчас правит Коатикуэ. Мне так жаль.
- Где она? – строго спросил Алеяндро.
- В храме. Она не выходит оттуда.
Он сорвался с места и помчался в храм. Все чувства мигом перемешались. Он не знал даже о чем думать и что предположить по этому поводу. Единственное, что он мог решить это то, что смерть отца не случайна.
Алеяндро заметил что ни слуг, ни стажи в храме не было. В золотом зале он заметил, что осколка на пьедестале больше нет. Из города постоянно доносились крики и громыхание оружия.
Он прошел в красную комнату. Она лежала на широком диване в окружении шелком и фруктов.
Коатикуэ сначала удивилась, потом вскрикнув, бросилась к нему.
- Алеяндро! - Она хотела его обнять, но он оттолкнул ее. – Как? Где ты был?
- Это мое дело. Где мой отец?
- О, это ужасно! Не знаю, как объяснить. Цельтали подняли бунт и свергли Миутли. Это были немногие. Только жрецы и их помощники. Как мне сказали, Миутли стал изменять законам и вводить свои правила. Так как больше поставить было не кого, пришлось мне стать жрицей. Я не знаю, почему так Миутли поступил.
Мысли Алеяндро закружились в бешенном темпе.
- Коатикуэ, где осколок с пьедестала?
- Что? – растерялась она. – Его нет? Понимаешь, как только начался бунт стали происходить множества грабежей. Мне пришлось покинуть хижину и поселиться здесь. Но теперь, когда ты вернулся, все может измениться к лучшему. Ты можешь стать моим советником.
- Нет, извини, но мне здесь делать не чего.
Алеяндро почти бегом спускался с пирамиды, чуть не спотыкаясь о ступени. Его душа была полна болью и печалью, которые никогда никто не утешит. Он больше не знал к кому обратиться и кому довериться. Мир стал пустым и безжизненным. Вокруг чувствовалась смерть и чернота, наполняющая не только сердца, но и сам город, даже мир. Он хотел спрятаться, или как можно скорее скрыться от этого места и больше никогда не возвращаться. Но куда бежать? Где его теперь примут? Чужого. Скитания, и только скитания смогут утешить горящее сердце и успокоить душу. Теперь только бескрайние равнины и густые леса примут его к себе и сочтут родным.
Он нашел друзей там, где и оставил их ждать. Они тихо о чем-то говорили, боясь, что их услышат. Подойдя к ним, он изучил их лица, в них таился не высказанный вопрос, о котором он и сам догадался. Но начал с другого.
- Что вам сказала Коатикуэ, после смерти Миутли? – спросил он.
Арикалина задумалась, потом произнесла:
- Точно не знаю,… я старалась держаться от храмов подальше, и не попадаться жрецам на глаза. Когда проводили Кавиля к богам, Коатикуэ объявила себя жрицей, сказав что, Миутли по не известной причине скончался. Она сослала все на болезнь, порчу злых богов.
- Мне она сказала совсем иное. На самом деле, произошел бунт жрецов. Они решили, что Миутли не достаточно хорошо выполняет обязанности и решили его убрать.
- Я не знаю, какая из версий правдива, - покачала головой Арикалина.
- Где твои родители? – поинтересовался Алеяндро.
- Когда Коатикуэ стала жрицей, в городе поселился хаос, - с трудом ответила она. – Моего отца призвали к защите храмов и наведению порядков, там он и был убит, – она немного помолчала. – Мать погибла от болезни несколько дней назад. Что-то подхватила в чаще леса.
- Интересно, - произнес Уилфрит. – Все ссылаются на болезни. Меня обуревают странные сомнения, или город поразил вирус, или это абсолютно разные случаи. Прости, дитя мое, но мне необходимо осмотреть тело твоей матери.
Арикалина опешила больше не от просьбы незнакомого фэх’он, а от того, что этот малец назвал ее дитем.
- Сколько тебе лет? – не удержалась она.
- Уж поверь, больше чем тебе, - огрызнулся маг.
Больше Арикалина спрашивать не стала. Так как мать она похоронить не успела, Уилфрит с легкостью обнаружил причину скорой смерти не столь старой женщины. Цельтали в основном живут долго, и умираю в очень глубокой старости.
Убрав все свои предметы в сумку, он произнес:
- Она погибла от простой болезни, которая распространена во всех городах. Мы ее называем желтой смертью, когда потерпевший надышится желтых спор растения Акидии. Они закупоривают дыхательные пути и жертва погибает. Увы, мне жаль, но это происходит часто и со многими. Вот если бы мне так же осмотреть и жреца.
- Его отправили к богам, - сказала Арикалина.
- Это я понял. А тело, где оно?
- Нет.
- В смысле? Утопили, сожгли или закопали?
- Они исчез в свете, и боги забрали его. Только жрецы так умирают.
- Веселые у вас ритуалы, - покачал головой маг. - Здесь я уже ничем не помогу.
- Уилфрит, - обратился Алеяндро к магу. – Из храма украдена одна вещь, ты бы мог ее найти?
- Смотря, что и каких размеров.
- Небольшой, напоминающий осколок кристалла, постоянно мерцающий разными огнями.
- Для тебя это важно?
- Да, - кивнул Алеяндро.
- Попробую. – Пожал плечами Уилфрит.
Маг вышел наружу и, закрыв глаза, вытянул вперед руки. Через минут пять, она повернулся к цельтали.
- Он в городе, где-то среди народа. Точное расположение дать не возможно, так как он постоянно перемещается. Похоже, из-за него началась потасовка.
- Я должен найти его. Арикалина собери все, что найдешь у себя, мы покидаем город. Нам здесь не чего делать. Мы проводим Уилфрита обратно в Исхан, потом подумаем, что делать дальше.
Девушка только кивнула и принялась за дело.
- Может мне с тобой, - предложил маг. – Вдруг нужна будет помощь.
- Хорошо.
Они вошли в город.
То, что творилось в центре, не возможно было описать. Даже глаза не успевали все воспринимать и уловить. Цельтали как обезумившие, шныряли с места на место, что-то кричали, дрались. А в глазах было видно, что они не знали что делали, как будто их души высосали, а телами кто-то управлял.
Маг часто терялся, так как его просто задавливали могучие тела воинов. Но все же он юрко шнырял между ними. Наконец, когда магу надоело постоянная беготня, он выпустил в темное небо несколько ярких вспышек, цельтали мигом остановились и не могли отвести взгляда от подобного чуда.
Алеяндро почувствовал, как время остановилось. Движения стали медленными, плавными. Сам он стал двигаться медленно. Тут он заметил огонек в толпе, который тут же потух. Он ринулся туда. Он знал, что это осколок. Алеяндро был близко, он уже видел его. Рука машинально потянулась к нему. Когда он выхватил его, из чьих-то рук, время стало идти обычным ходом.
Какой-то цельтали резко повернулся к Алеяндро. Он только хотел замахнуться на обидчика, но когда их глаза встретились незнакомец вздрогнул и тут же метнулся в толпу.
Алеяндро не понял, что же его так напугало, но если бы он видел сейчас свои глаза, то понял. Черные как смерть глаза испускали холод, даже смерть. А в глубине виднелись искорки той ненависти и боли, что окутывали в данный момент его душу.
Он стиснул осколок и помчался обратно. По пути найдя мага, он сказал, что нашел то, что искал, и они покинули город.
К тому времени, когда они вернулись, Арикалина закончила сборы и даже сменила обычное платье на походный костюм. Многие девушки посчитали бы это ужасным, но Арикалину это не волновало. Для нее удобство превыше всего.
Перед тем как уйти, Алеяндро надежно спрятал кристалл у хижины Арикалины. Завернув в черную плотную ткань, он закопал его в землю и засыпал листвой. Никто не имел право его трогать, даже Коатикуэ. Раз ей нравиться этот хаос, пусть в нем и живет.
Они ушли в лес. Они шли, сколько могли, освещал путь маг. Потом разбив лагерь, уснули.


5.


Тем же вечером в Исхане было ничуть не лучше. Беспорядки больше нарастали. И не было им числа. Повелитель сбился с ног. Он не знал что делать, он не успевал перемещаться по городу и успокаивать взбесившийся народ. Не возможно было их умирить. Наконец полностью обессиливший, он сидел на кровати и, закрыв лицо руками, раскачивался из стороны в сторону.
- Ну почему меня все оставили?! Почему?
Сзади тихо подкралась Париса и нежно его обняла.
- Не стоит так убиваться, милый. Вот увидишь, все образуется.
- Но как? – он опустил руки. – Они специально что ли? Всем одновременно потребовался отпуск, в самый сложный момент. Как я один справлюсь? Олдрих ушел даже ,ничего не сказав, Уилфрит вообще ушел незнамо куда, помогать каким-то жрецам. А мне помогать, кто будет?!
- Я помогаю, как могу.
Она медленно поцеловала его в ушко. От неожиданности он дернул головой, потом встал.
- Прости, мне сейчас просто не когда отдыхать и заниматься чем-то другим кроме работы. Понимаешь?
- Конечно, - тихо протянула она, и соблазнительно перевернула ногу на ногу.
- Париса, не начинай. Вот на минуту отвлекусь и пропущу что-то важное.
- Если ты не отвлечешься хотя бы на минуту, то точно свихнешься. И тогда даже я не помогу. А сейчас еще не поздно.
Она полностью забралась на кровать и медленно сняла с себя серебристую ночную рубашечку, оставшись полностью нагой. Она откинула ее на пол.
- Я тебя умоляю! – закатил глаза Ахемен.
- Плохо умоляешь. Если ты сейчас же не разденешься, я сама это сделаю, только после этого не думаю, что ты сможешь еще раз одеть свою одежду.
Наконец Ахемен задумался. Новую одежду ему было жалко. А зная бурную страсть Парисы сомневаться, не приохотилось в том, что оставшееся тряпье пойдет на выброску. Теперь он сдался, и стал стягивать с себя одежду.
Париса радостно взвыла и распласталась на кровати.

Утро было на редкость холодным и моросливым. Легкий туман окутывал лес, придавая ему отчужденность и легкий страх. Но Алеяндро здесь знал каждый пенек, и с легкостью вывел их из чащи в более светлую часть леса, где и устроили привал. Теперь им предстояло решить, что делать дальше и чем заниматься. Где теперь искать им цели в жизни, они не знали.
Уилфрит их понимал, но не знал, как им помочь. А оставлять в столь трудную минуту не хотелось. Опытный маг им будет крайне полезен, куда бы они не пошли. Ведь в Исхане ему пока делать нечего, а молодому Повелителю пора самостоятельно принимать решения и править городом. У мага теперь заслуженный отдых.
Когда молчание затянулось, а все приготовления были закончены, маг, перекладывая пожитки, поинтересовался:
- Там в городе, когда я запустил в небо огни, ты ничего странного не почувствовал?
Алеяндро слегка задумался, потом пожал плечами:
- Не знаю, я думал это твои магические трюки. А что?
- Мне показалось, - Уилфрит провел рукой по воздуху. – Что как, будто время замедлило свой ход, и мир стал иным.
Арикалина наклонилась к уху друга.
- Где ты нашел этого психа?
Алеяндро улыбнулся.
Уилфрит, конечно же, это услышал и, не обидевшись, скрестил руки:
- Так ты ничего странного не заметил?
- Заметил, - признался цельтали.
Маг склонил голову на бок, и ожидающе уставился на молодого друга.
- Я не знаю, как это произошло. Когда я увидел твои шары, я заметил, как все замерли на месте. Я думал, это ты сделал, чтобы отвлечь цельтали. Потом я увидел осколок в руках незнакомца, и когда я его забрал время пришло в норму. Понятия не имею, как это произошло.
- Могу сказать одно, я этого точно не делал, - Уилфрит немного помолчал, потом спросил. – Ты жрец?
Алеяндро посмотрел на мага так, как будто его оскорбили.
- Нет, и никогда им не буду.
Это заявление увлекло юного мага.
- Как? Насколько я знаю по письменам, в Майялде все действует по единому закону. Пост на жреца получают по наследству. Или когда жрец сам выберет своего приемника.
- Именно так, - кивнул Алеяндро.
Уилфрит поудобнее устроился на подушке.
- Так что там было?
- Тебе то что?
- Ну, возможно станет легче.
Алеяндро вздохнул и все же рассказал, что было на самом деле в храме.



Исхан превратился в огромную яму отходов и разбоев. Повелитель хватался за голову, не зная как все утихомирить. Раньше он успевал везде, и все было в более менее порядке. Но сейчас все валилось из рук, и не возможно было за всем уследить. Это был крах. Теперь уже не помогали даже утешения Парисы. Ее ласки не давали покоя и отдыха.
Ахемен после нескольких десятков перемещений в телепорте, наконец, устроился в любимом кресле у начальника стражи. Сам же Леонхард был не в лучшем состоянии. Бумаги и донесения заполняли весь стол, даже пару стопок находилось на полу.
Леонхард схватился за голову стараясь привести мысли в порядок.
- Что случилось с миром? Кто задал ему такую бешеную скорость?
- О, если бы я знал! – Повелитель, не сдержавшись, закурил, и с наслаждением затянулся. Несколько минут наслаждений и все вернулось в тот же бешеный круг.
Окурок он испарил в воздухе, помахав рукой.
- Что делать?
- Вы у меня спрашиваете? – удивился Леонхард. – Я понятия не имею что делать с этой грудой бумаг. Может мне в отставку пойти?
- Только попробуй! – вспылил Ахемен. – Вы что решили все меня бросить, в самую трудную минуту? Ну, нет, больше я никого не отпущу! Когда я вернусь, чтобы ты перебрал все бумаги и составил мне короткий список всего того, что нужно сделать в первую очередь, остальным займешься потом. Где Мехилид?
- У себя.
- Этот бездельник, ничем никогда не занимается, кроме своих опытов!
- За дело!
Ахемен исчез в телепорте.
Леонхард улыбнулся, понимаю что, наконец, Повелитель пришел в чувства и займется порядком. Только так нужно воспитывать молодняк, а то расслабились и делай все за них. Начальник стражи вытянул из маленькой упаковочки сао, которые оставил Ахемен, и закурил. Одно хорошо, Повелитель всегда здесь чего-нибудь забывает, что потом переходит к начальнику.

Ахемен появился в покоях придворного мага, и сразу же потоком воздуха все скинул на пол, что было на столе мага. Потом припечатав мага к стенке, зло спросил:
- Чем вы тут занимаетесь?
- Пытаюсь навести порядок, - еле выговорил Мехилид.
- Да? Что-то не заметно.
Он отпустил мага.
- Почему в городе еще хуже становится, от вашего порядка! Думаете, мне легко одному?
- Нет, конечно, но я делаю все, что в моих силах. Я пока занимался строительством второго рынка, по вашему приказу.
- К тирронам второй рынок! Вы фэх’он уймите! Что вообще на них нашло? Вы смотрели?
- Это не магов рук дело, здесь что-то иное.
- К примеру?
- Возможно, высшие силы…
- Н-да? Что-то мало вероятно. Ладно, сделайте хоть что-нибудь, а то я вас выкину на площадь к разъяренной толпе.
- Непременно, ваше превосходительство.

После рассказа, Уилфрит долго молчал, смотря не мигающими глазами на сына жреца. Холодный ветерок заставил путников закутаться в шкуры и больше развести костер. Пламя зло шипело и постоянно выплевывало искры.
- Так значит, ты наследный жрец?
- Да, но я не собираюсь это обсуждать, так как никогда им не стану.
- Не говори ничего заранее, - предупредил маг. – Все возможно. Все живое в мире имеет привычку меняться.
- Только не я. И я не хочу больше об этом говорить. Давайте лучше подумаем, чем займемся дальше. Тебе наверно следует вернуться в Исхан.
- Это уже мое дело, куда мне лучше вернуться. Я подумываю, совершить небольшое путешествие. Вам ведь тоже пока не куда податься.
- Да. - Кивнула Арикалина. – Вы можете, что ни будь предложить? Вы знаете, куда можно отправиться?
Уилфрит внимательно посмотрел на горе-жреца, потом закусив губу, кивнул:
- Знаю, и думаю, это будет вам интересно. Не знаю как на счет вас, милая, а вот вашему другу это будет даже полезно.
- И куда? – поинтересовался Алеяндро.
- К эль-мирадорцам.

Близился важный день для всех цельтали. Они окружили храм в предвкушении, того что должно сейчас произойти. Начиналась новая неделя и новые дни, в которые стоило столько всего сделать. Но Коатикуэ это не радовало. Она была не готова и вообще не могла провести этот праздник. Ее непосвященность не давали право на это. Она не была избрана богами и не могла передать их пожелания цельтали.
Манник – так назывался этот обряд. Даровал верховному жрецу говорить с богами и слушать их речи. Узнать чего они хотят, и получить ответы на вопросы. Но Зеркало молчало и не пропускало ее в вечный Зал богов.
Коатикуэ была зла, и никого не допускала в храм. Она боялась, что цельтали опять учинят бунт и свергнут ее. Казалось, все отвернулись от нее и конец близился. Ей следовало все взять в свои руки, но что-то останавливало и не давало ей править. Она была скована, и это еще больше ее выводило из себя.
Она, сжав кулаки, не сводила глаз с заходящего солнца, ее слепило, но она не отрывалась. Злость переполняла ее, и не могла она себя успокоить.
Манник должен вот-вот состояться, но она не была готова. Что сказать? Как солгать цельтали?
Забежавший помощник жрецов, шумно дышал.
Коатикуэ повернулась и внимательно изучила лицо парня, и вспомнила Алеяндро. Он был таким же. А теперь его нет. Она почувствовала тоску и сильную боль в сердце. Теперь, когда его нет рядом, она поняла, что все то, что говорила ему, была ложь. Она любила его, но не хотела в этом признаваться. Ей нравилось с ним играть. Как оказалось, она зашла слишком далеко и потеряла его. Это было ужасно! Что делать? Где его искать?
- Жрица? – тихо произнес парень. – Вы меня слушаете?
Она горько вздохнула:
- Да. Скажи жрецам, что первый разговор с богами меня выбил из сил, и я не могу нести речь для цельтали. Передай жрецам, что боги в смятении, и конкретного ответа дать не могут. Но обещали помочь нам, и все будет хорошо.
Парень кивнул и быстро удалился из храма.
Коатикуэ схватилась за голову. Она ненавидела себя, но отказать от поста не могла.
Но все было еще хуже.
Воины не были готовы. Нападение произошло быстро и мгновенно. Тирроны – племя сильных и огромных существ, почти полностью покрытые шерстью. Ума у них хватало только для естественных инстинктов. Цельтали всегда с легкостью отбивали их нападения, но сейчас все сложилось иначе.
Как только солнце скрылось за верхушками деревьев, тирроны вышли из леса и ринулись в атаку. Все же опыт воинов не дал полностью развалить Майялд, они отбивались, как могли. Но удача была не на их стороне. Оставшиеся войны заперлись в храме, охряняя жрицу. Войско тирронов расположилось в городе, окружив пирамиду. Но в храм они не поднимались.

Яркие вспышки сменялись темнотой и холодом. От света слепило глаза, а от темноты сознание отключалось и ни желало ничего воспринимать. Его охватывал то же ощущение, которое он испытывал, при телепортации в Исхане. Только теперь его ничего не удерживало, теперь он свободно летел в неизвестности. Вспышки были разными, то синими, зелеными, красными. Они манили к себе, притягивали как магнитом.
Алеяндро чувствовал себя свободным от проблем и тяжких мыслей. Душа летала и отдыхала. Все начинало забываться. Тяжесть уходила из груди. Он летел высоко, и казалось, конца не будет. Но он все же настал.
Алеяндро завис в пространстве и резко упал вниз. Ударившись о какую-то поверхность, он не стразу встал, так как от удара выбило все дыхание. Придя в себя, он попытался встать. Поднявшись, огляделся.
Огромному Залу не было конца. От кристально прозрачного пола вздымались колонны и уходили в неизвестность. Они так же были прозрачными. Все заливал желтый свет, но он не слепил и даже моргать не хотелось. Свет был приятным. Хоть Зал был пустым, но чувство одиночества здесь не было. Сам свет казалось, был живой, который все слышал и понимал. Алеяндро не мог на это насмотреться. Он никогда не видел подобного места. Сила и могущество переполняли Зал, чувствовалось, как они пронизывали Алеяндро насквозь, придавали ему несравненную мощь. Казалось, он всемогущ.
Тут он заметил движение. Две тени медленно летели прямо к нему. Они были бесформенными пятнами, от них ничего не исходило, ни зла, ни добра. Алеяндро это не понравилось. Он стал отступать. Тени настойчиво наступали, стараясь прогнать не прошеного гостя. Они гнали его к краю Зала. Алеяндро наполнил безумный страх, который сводил с ума. Хотелось бежать без оглядки и кричать. Он отступал. Тени приблизились вплотную, окутав собой Алеяндро. Он метнулся в сторону и открыл глаза.
Рассвет только занимался, но лес уже был светлым. Ветви деревьев медленно покачивались от легкого ветерка. Утренняя прохлада остудила взволнованное лицо Алеяндро. Он привстал на локте и посмотрел сначала на Арикалину, потом на мага. Они спали. Юный жрец опять лег на спину.
- Что-то приснилось? – послышался тихий голос Уилфрита.
- Я думал, маги все же спят по ночам. – Улыбнулся Алеяндро.
- Спим. Только хорошо чувствуем, когда на нас смотрят перепуганные глаза.
- Я не напуган, - попытался отвертеться цельтали, хотя руки слегка дрожали.
- Ага, он мне рассказывает. Пойми, мага никогда не обмануть. Ладно, что там было?
Алеяндро перевернулся на бок и посмотрел на друга.
- Почему тебе всегда все интересно?
- Не знаю, а ты как думаешь?
- Думаю, тебе просто нечем заняться, как только копаться в личных чувствах других.
- Нет, эта версия не для меня. Так что?
- Думаю, причина подобных снов, результат нервных срывов. И резкой смены обстановки. Хотя, одно меня заинтересовало…
Он встал и, дойдя к остывшему костру, что-то нарисовал на песке.
- Посмотри.
Уилфрит вздохнув, поднялся и сел рядом. Он внимательно изучил рисунок. Это был зал с высокими колоннами. Потом маг минуту молчал, смотря куда-то вдаль.
- Я не знаю этого.
Алеяндро стер рисунок.
- Почему ты многое умалчиваешь? Ты же знаешь, где находится этот зал, и как объяснить мой сон. Ты знаешь.
- Это следует тебе узнать не от меня, - тихо ответил Уилфрит.
- А от кого?
Маг опять промолчал. Алеяндро начинал злиться. Утайки мага ему не нравились. Фэх’он точно знал многое, но почему-то не говорил. А упоминание о его матери?
- Что ты знаешь? – все же не отставал Алеяндро.
- Ничего. Скоро ты все сам поймешь. Мои слова только еще больше запутают тебя. Послушай. - Мальчишка посмотрел цельтали в глаза. – У меня только одни предположения. Я не знаю ровно ничего, только догадки. Высказав свою версию, ты закидаешь меня вопросами, ответы на которых я не имею понятия. Потом, у тебя может сложиться не правильное впечатление об истине. Понимаешь?
- Я могу пообещать, что не буду заваливать тебя вопросами.
- Не можешь, - усмехнулся маг. – Сам только запутаешься.
- Пожалуйста…
- Не начинай! Я не скажу. Скоро все узнаешь.
- Ладно.
Минут через пять проснулась Арикалина. Она, вылезши из-под шкур, улыбнулась спутникам.
- Вы не спали?
- Только встали, - с улыбкой ответил друг детства.
- Понятно, - кивнула она. Она пригладила волосы, и, вытащив пару фруктов из сумки, кинула их друзьям. – Это фроу, ягода, она нагоняет аппетит. Нужно хорошо позавтракать, до обеда будет далеко.
Парни спорить не стали.
- Скажи, - произнесла девушка, обращаясь к магу. – По тебе ведь не скажешь, что ты несмышленый мальчишка. Почему ты так молодо выглядишь?
Уилфрит внимательно изучил свою фроу и, откусив кусочек, ответил:
- Да съел не тот фрукт.
Кусок застрял в горле у Алеяндро. Он закашлялся. Уилфрит залился смехом. Арикалина тоже улыбнулась, поняв шутку.
- В смысле ?не тот фрукт?? – переспросил Алеяндро.
- Я пошутил, - улыбаясь, ответил маг. – На самом деле пытался разработать смесь вечной молодости и похоже немного переборщил. Стал слишком маленьким. С кем не бывает!
- И почему все старики стремятся стать молодыми? – пожала плечами Арикалина. – Ведь все уже видел, и все сделал.
- Я задам тебе этот вопрос, когда ты состаришься, - пообещал Уилфрит, выкидывая огрызок.
- Если ты доживешь до этого времени. – Хитро улыбнулась девушка.

Вдобавок ко всему, на Исхан напали. Огромное племя тирронов. Как-то пробив защиту, они окружили город и стали продвигаться вглубь, уничтожая все на своем пути. Они стирали город под чистую. Злобные существа летели как ураган не жалея и не задумываясь ни о чем.
Ахемен полностью выбился из сил, и уже ничего не мог предпринять. Он сказал только одно – друзья, держитесь, мы все вместе. И даже если мы погибнем, все пройдет не зря, восстанут и другие.
Сейчас он находился у себя, и, забравшись в кресло с ногами, обхватил колени руками. Он тихо плакал. Он даже не мог больше перемещаться, так как руки просто не поднимались, а голова отказывалась думать. Мысли путались.
В комнату тихо зашла Париса. Закрыв за собой дверь, она подошла к Повелителю.
- Я узнала, что многие маги перебиты, а оружие воинов не берет врагов. Ахемен, все кончено?
- Я не знаю. Я позор семьи, я не достоин жить. Многие Повелители должны до смерти сражаться на поле битвы не жалея сил. А я? Уходи, я не достоин тебя.
Он уткнулся в колени. Она улыбнулась и провела рукой по его голове.
- Я так не думаю. Ты сейчас отдохнешь и опять ринешься в бой. Вот увидишь, ты даже победишь. Всем нужно немного отдыха.
- Нет, я трус. Я слаб и больше не могу.
В комнату ворвалась стража с криками.
- Повелитель! Спасайтесь!
Стражу смело десятком тирронов. Ахемен вскочил с кресла и пустил в ход магию. Несколько нападающих полегло, но они наступали.
- Париса! Беги! – крикнул Ахемен. – Прячься!
Она побежала к потайному ходу, но из него вышел королевский маг Мехилид, и схватил ее.
- Ахемен! Сдавайся!
Повелитель остановился, уставившись на мага.
- В чем дело? Ты спятил?
- Ничуть, - усмехнулся маг. – Теперь я контролирую город. Если не сдашься, она умрет.
Ахемен опустил руки:
- Что ты делаешь? Зачем?
- Ах, Ахемен, мальчик мой, ты не понимаешь, я всегда мечтал взять этот город и править в нем. Он может дать все! Мне повезло, тирроны собрали большую армию, и мне стоило только стать их предводителем, пообещав хорошую награду.
- Значит, ты убрал щит?
- Да. Но это не важно. Тебя я продам в рабство, а твоей подружкой буду развлекаться.
Зло, сверкнув глазами, Ахемен приготовил заклинание, но Мехилид его опередил. Он, освободив одну руку, потоком энергии припечатал Ахемена к стенке.
- Ну зачем? Ты ведь только все усложняешь. Похоже, ты не совсем это понял.
Отпустив бывшего Повелителя, маг достал кинжал и вонзил его в грудь Пасисы. Ахемен закричал, срываясь с места. Мехилид отпустил девушку и отошел к ожидающим приказаний тирронам.
Ахемен обливаясь слезами, склонился над Парисой. Он сжал ее руку.
- Париса…
- Нет, не говори,… слушай, - прошептала она. - Найди Зулику,…она может помочь. Сейчас она прячется с оставшимися воинами и небольшим количеством фэх’он в городе. Я не хотела тебе о ней говорить, боялась, что потеряю тебя… Ты замечательный Повелитель.
Девушка затихла. Ахемен аккуратно положил ее голову на пол и укрыл ваяющимся на полу плащом. Он больше ничего не мог для нее сделать.
- Ну что? – сказал Мехилид. – Как тебе работа на рудниках, по добычу металла? Он мне очень нужен.
- Никак.
Ахемен исчез в телепорте.
Маг рассмеялся:
- Найдите его.
Тирроны удалились.
Ахемен образовался на пустой улице, и, прижавшись к стене дома, огляделся. Ненависть пылала в его груди, он обещал, что отомстит Мехилиду. Он вернется и убьет всех, кто причастен к войне. Хотя сейчас он мечтал больше всего сдаться и пойти на эти проклятые рудники. Но надежда была. Зулика? Кто она?
Кто-то схватил его за руку и потянул в сторону. Ахемен успел заметить только длинный плащ и капюшон. Это была девушка. Встав у стены, она скинула капюшон и, оглядевшись, быстро заговорила.
- Повелитель, простите за дерзость, но вам нужно спрятаться, и немедленно, пока нас не заметили. Я знала, что вы появитесь на этой улице. Так сказала Париса.
- Подожди, откуда ты ее знаешь? И кто ты?
- Меня зовут Зулика. Я была служанкой у Парисы. Но редко появлялась во дворце. Она подслушала разговор придворного мага, и знала, чем все кончится. Я, конечно, не понимала, почему она не сказала об этом вам. Она знала, что в кабинет ворвутся тирроны, но не приняла меры, а только решила поговорить с вами. Видно, она все же погибла.
- Да. – Кивнул Ахемен. – Я намерен отомстить.
- Это само собой, но у нас сейчас нет сил, чтобы им противостоять. Уж поверьте.
Он схватил ее за плечи:
- Почему она мне ничего не сказала? Почему?
- Я не знаю.
- Почему она не рассказывала о тебе раньше?
Девушка взглянула ему в глаза, потом отвернулась:
- Я только служанка и не расспрашивала ее об этом. Нам нужно уходить.
Ахемен кивнул.
Зулика повела его потайными ходами в их логово. Они миновали несколько постов, но под самый конец, когда девушка уже почти привела его в нужное место, их поймали. Зулика вытащила из-под плаща тонкий меч, и первая ринулась в атаку. Ахемен не отставал. Ловушка была разбита.
Они опять прижались к стене.
- Нам нужно пересечь улицу, - трудно дыша, сказала она. – Но как только мы выйдем на открытое место, нас заметят. Вам нужно покинуть город. А я пока их отвлеку.
- Нет, так не пойдет.
- Не спорьте. Они разоблачили нас, и мои воины отбиваются сейчас, как могут. Видите. Пойдете, вдоль этой стены, увидите калитку, откройте ее, и бегите из города.
- Пошли вместе. Я не хочу терять последнего друга.
- Иначе нельзя, - эти слова дались Зулике с трудом. Она любила Ахемена и была готова пойти с ним хоть на край света. Но сейчас было не до чувств. – Идите. Мне жаль. Вы наберете сил и вернетесь, тогда победа будет за вами. Здесь вы только глупо погибнете. И от города ничего точно не останется. Исхану нужен Повелитель. Прощайте.
Чтобы больше не затягивать момент, она выскочила на улицу и ее тут же окружили. Оставшиеся воины пришли ей на помощь. Ахемен не мог решиться. Он должен, не раздумываясь ринуться в бой и отбиваться, но с другой стороны она права. Этим ничем не добьешься.
Он побежал к указанной калитке. Быстро ее, открыв, он только хотел выбежать, но остановился. Что он делал? Трус! Нет!
Он, набрав сил, побежал обратно. Нападать стали мгновенно, он отбивался. Но его остановил сам Мехилид. Маг, стиснув его магической сеткой, не давал ему пошевелиться.
- Как смело, но как глупо. Рудники тебе заказаны.
Маг одел на запястье Ахемена какой-то прибор.
- А так же попрощайся с магией.
Два тиррона взяли Повелителя под руки и стали ждать. Маг отправил их в телепорт.


6.

Опять день и опять дорога. Они уже неделю как были в пути. Но Уилфрит знал цель, поэтому Алеяндро был спокоен. Хотя он не мог смириться с тем, что маг что-то знает, а он нет. Это настораживало, но не беспокоило.
По словам Уилфрита, оставалось не долго до их цели. От силы еще один день пути. На вопрос, почему он не перенес их телепортом, маг отвечал, что никогда там мне был, только по рассказам и изученным карта он примерно знал, где находится этот народ. Он был не уверен, как они примут путников, но надеялся на их разум и правду.
Эль-мирадорцы народ добрый и честный. Они всегда за правое дело и стараются удержать порядок. Но не только честность была их знаменитостью, сам их вид внушал доверие и надежность.
По внешнему виду они чем-то напоминали фэх’он, только цветом другим. Золотистая кожа сияла на солнце, поэтому в яркий день легко было скрыться в его лучах. Они слепили врагов своим светом. Так же длинные волосы имели золотой цвет, переливающийся как прозрачный ручей на закате.
Но, ни это прельщало многих, а возможность видеть металлы и драгоценные камни в земле. Поэтому на них часто нападали, и забирали в рабы. Защищался этот народ только ослеплением врага. Иногда приходилось использовать оружие, но крайне редко. Они пользовались рукопашным боем или длинными прочными тайо – сделанное из ствола тонкого дерева. На тайо имелось несколько зарубин для удобства его держать, а на обоих концах острые шипы отравленного куста. Жертва умирала быстро и безболезненно. Они не любили убивать, но все же приходилось.
Вместо обычных глаз у них были хрустали с желтым зрачком, который и позволял им видеть.
Это был самый красивый и честный народ во всем Куэльо.
Так рассказал Уилфрит друзьям в этот вечер. Когда солнце село, они легли спать, надеясь уже завтра увидеть сказочный народ.
Алеяндро опять приснился сон.
Теперь он больше не летал в не бытие, он почти сразу же оказался в стеклянном Зале. Чувство легкости, и он уже стоял на прозрачном полу. От прошлых страхов он немного сжался и с опаской огляделся. Теней не было. Зал пустовал. Теперь он мог спокойно осмотреть это непонятное место. Он даже в книгах ничего подобного ни читал.
Зал был огромен, и как оказалось, в нем не было ничего интересного, кроме яркого света. Он обошел Зал раза два, но ничего так и не нашел.
Потом он увидел вдали остров, который одиноко парил в пространстве. На нем было сооружено какое-то здание, или простая беседка для летнего отдыха. Она была сделана из белых прутьев, оплетенных цветущими растениями. Внутри на высокой подставке что-то стояло.
Алеяндро прищурился, чтобы разглядеть, что стоит на ней. Он заметил, как стал приближаться к острову. Он оглянулся. Зал медленно удалялся.
Он коснулся ногами земли рядом с беседкой. Медленно, как бы чего-то, опасаясь, он зашел внутрь, и был удивлен подобным изяществом. На подставке стоял цветок сделанный, или, скорее всего вылитый, из разноцветных кристаллов. Цвета мигали и переливались. Цветок был большой и очень красив, такого он нигде не видел.
Широкие лепестки были отогнуты в стороны, будто он уже несколько дней цветет. Так же были тонкой работы тычинки и пестик. Вся эта композиция была однородной, и не было в ней изъян. Но все же он нашел, то, что не доставало ей – не было кусочка одного лепестка. Он был, как бы отколот. Невозможно! Потом, цветок стал мерцать сильнее и понемногу прекращать менять цвета. Он потемнел и стал разваливаться. Кусочки со звоном падали на землю и земля чернела. Алеяндро почувствовал, как ему стало тяжело дышать, он стал задыхаться. Он схватился за горло. Его что-то душило, он погибал.
В следующее мгновение он проснулся и увидел звездное небо. Тишина, и только потрескивание ветвей в костре. Алеяндро перевел дух и сел. У костра так же сидел и не спал Уилфрит. Он внимательно следил за язычками огня. Его глаза не мигали, отражая пламя. Наконец он моргнул и посмотрел на цельтали.
- Опять сон?
- Да, - кивнул Алеяндро.
- Когда они начали тебе сниться?
- Когда мы покинули город. Думаешь, повлияло действие с замедлением времени?
- Не знаю.
- Я видел странный сон. Там был цветок из кристаллов, они сиял, как живой,… но потом он стал умирать, и я с ним. Все началось с того, что я увидел, как цветку недостает одной части. Осколок… Уилфрит, тот осколок из храма в Майялде, и есть кусочек того цветка из моего сна. Это так?
Маг долго смотрел на огонь, потом тихо сказал:
- Я опять же ничего конкретного не знаю, одни догадки. Я слышал об подобном цветке. Я конечно же его не видел ни наяву, ни во сне. Читал древние записи… давно. Что два брата, создали его для каких-то целей, каких история умалчивает.
- А Зал? – ухватил момент Алеяндро.
- Многие говорят, что там Верные разговаривают с этими братьями и узнают судьбу мира. Опять же, кто знает, что на самом деле это все значит.
- Кто мог бы знать ответы?
- Все ответы в Леконте, городе эль-мирадорцев. Они все знают, так как они Верные. Знаешь Алеяндро… - маг первый раз почувствовал себя неловко. – Когда ты мне рассказал о цветке и осколке, я подумал что этот цветок и правда существует, а значит, наш мир зависит от него. Я чувствую, что происходит что-то страшное. Это звучит странно, но мне страшно.
- Мне тоже. Будем надеяться, что эль-мирадорцы нам помогут.
На рассвете они двинулись дальше. Они почти бегом преодолевали расстояния, как будто сама смерть бежала за ними по следам, готовая накрыть их своим огромным черным плащом. Чувство спокойствия их охватило, только когда они зашли в лес народа эль-мирадор. Казалось, сети смерти не коснулись леса и отступили, поняв, что до этой жертвы ей не достать.
Наконец отдышавшись, они огляделись.
Большой город окружала, как стена, полоска не густого леса. Лес был светлым, его деревья уходили прямо в небо, почти касаясь его макушками. Яркий свет солнца заливал все вокруг, казалось, что даже листва не зеленая, а золотая. Они попали в кусочек мира, который его живет в этом мире.
Сам город был из камня, который изливал свет. Он светился. Множество клумб, цветов и маленьких беседок заполняли пространство. Клумбы были в виде квадратов, а в каждом квадрате еще меньший. В центре располагался лабиринт из зеленных дорожек. А также множество фонтанов. Все изливало жизнь и порядок.
Сами домики были также небольшими. Аккуратные квадратные сооружение, больше напоминавшие хижины.
Не успели они налюбоваться красотами этой страны, как их взяли в кольцо. Эль-мирадорцы были одеты в широкие накидки, на которых прицеплялись длинные тайо. Высокие сапоги, свободная рубашка и широкие штаны. Они стояли, не двигаясь, как изваяния, но глаза пристально следили за не прошеными гостями.
Что-то знакомое показалось Алеяндро в этих существах. Его голова пошла кругом, и он упал без чувств. Арикалина еле его успела подхватить.
- Нашел время, - огрызнулся Уилфрит.
- Что с ним? – взволнованно спросила девушка, укладывая друга на землю.
- Обморок, - ответил маг, положив руку ему на лоб. – Смена обстановки… или что-то еще. Я не знаю. Они не пропустят нас, пока не придет их военачальник и не обыщет нас.
- Что? Ты же сказал этот народ доброжелательный и чтит законы природы?
- Может так было раньше, несколько тысяч лет назад. Я сюда никогда не заходил.
Не прошло и пяти минут, как к ним вышел высокий эль-мирадорец и внимательно изучил гостей. Он долго смотрел на Алеяндро, потом обратился к остальным:
- Идемте, вам не причинят вреда.
Он развернулся и пошел прочь. Трое вышли из строя и подняв Алеяндро, понесли следом. Арикалина держалась рядом, ей не хотелось выпускать друга из виду.

Цельтали несколько минут не отводил глаз с вздымающегося ввысь стены леса. Насколько он знал, что только пирамиды Майялда имели такую высоту. Он крутил головой, пытаясь охватить весь лес, но это было не возможно. Они были не то, что равны, даже превосходили пирамиды. Деревья, как стражи не допускали никого в великий город.
Еще некоторое время он, не отрываясь, смотрел на вздымающиеся деревья, потом все же вошел в великий город Леконт. Яркий свет мгновенно его ослепил.
Его встретили. Сопровождающие были высокими и с золотистой кожей, желтыми волосами. Но цельтали это не удивило. Он знал их. Он знал этот народ.
Посреди вечно зеленого лабиринта стоял эль-мирадорец, его глаза были закрыты, а рот улыбался.
Цельтали слегка поклонился. Тот повернулся.
- Мудрейший Густаво, - произнес гость. – Я пришел с просьбой. Наш жрец Кавиль просит вашей мудрости и знаний для поддержания города Майялда.
- Добрый Миутли, я знаю ваше стремление к процветанию, как и наше. Но какие именно вам знания нужны?
- Искусство вашего боя на тайо. Мы знаем, что вы самые искусные с этим видом оружия. И нет вам равных. Мы просим обучить нас этому, за что мы принесем вам дары.
- Не нужно даров, - покачал головой Густаво. – Я согласен. Я отправлю с тобой в Майялд воина, который будет учить вас. Единственное, что я попрошу, это остаться у нас и быть гостем.
- Для меня это будет честью.

Миутли выделили маленький домик с одной комнатой. Ему очень понравилось здесь, вдали от забот. Несколько дней спустя утренний луч был еще более теплым, чем обычно.
Как всегда утром он прогуливался по редкому лесу и наслаждался приятными запахами.
Часто девушки эль-мирадорцы кружили в танцах по лесу и городу. Так они встречали следующий день и также они его провожали.
Миутли заметил одну девушку, которую он раньше не видел. На ней было легкое белое платье, а длинные волосы от движений разлетались в стороны. Она тоже заметила цельтали и слегка смущенно улыбнулась. Ей было интересно, что он здесь делает, так как гостей у них было мало. Она была очень смелой и Миутли это понравилось.
Отделившись от подруг, она подошла ближе:
- Здравствуй. Почему ты одни и скучаешь?
- Я не скучаю, а наблюдаю за вашими танцами. Очень красиво.
Она опять улыбнулась.
- Как тебя зовут? – спросил он.
- Гресия. А тебя?
- Миутли. Я из Майялда.
Девушка перестала улыбаться.
- Город золота? Там наверно очень красиво. Возьми меня с собой, я могу драться и быть учителем твоих воинов.
- Не знаю, - замялся Миутли. Он понятия не имел, как к этому отнесется Кавиль, так как женщины у них никогда не держали оружия в руках.
- Ты не волнуйся, - поняла Гресия смятение цельтали. – Густаво не будет против, он мне всегда все разрешает.
- А кто ты ему?
- Я его дочь.
Миутли это удивило еще сильнее. И что теперь? Он заигрывает с дочерью вождя Леконта. А если он узнает? Он только развел руками.
- Я все устрою, - заключила она. – Знаешь, мне еще никто так не нравился как ты. К тому же я никогда не покидала Леконт и хотела бы повидать Куэльо. Можешь думать все что хочешь, но я пойду с тобой.
- Я ничего не думаю. Ты веселая и жизнерадостная девушка, которая никогда не упустит своего.
- Это точно. Ведь Густаво не отпускает меня никуда, боится. Я его понимаю. Но у меня будет защита, да и сама я могу, не плохо за себя постоять.
- Мне было бы в радость путешествовать в такой компании, - признался он.
- Пойдем, я покажу тебе наш город, и что в нем есть интересного. – Предложила она.
Он согласился.

Густаво тоже любил прогуливаться по саду, и между великими могучими деревьями. Он не переставал улыбаться и наслаждаться своим городом. С ним был также его советник. Они молчали. Густаво, конечно же, почувствовал, что советник что-то не решается сказать.
- Тебя что-то беспокоит? – догадался Густаво.
- Да правитель. Ваша дочь, Гресия, сблизилась с цельтали. Как вы на это смотрите?
- А что я? Все идет по воле Судьбы, и я не имею права вмешиваться в их отношения. Если она его избрала, я не собираюсь ей мешать, значит, так было угодно богам. И я только буду рад, если она будет счастлива.
- Но он из другого народа.
- Да. Я смотрел в будущее, как всегда смог только почувствовать атмосферу того что будет. Как бы долго не пришлось его ждать, но он светлое и счастливое. И этот свет яркий, лучистый, исходящий от самой души Куэльо.
- Вы думаете, они приведут нас в свет?
- Может и не они.
Густаво хитро улыбнулся.

Очередное утро и очередная прогулка с Гресией. Миутли даже позабыл обо всем, и всех проблемах, которые окружали его раньше. Он чувствовал свет и доброту от нее, он любил ее. Поначалу он старался отдалиться от нее, но не получилось, так как она еще больше его манила к себе. Он хотел быть с ней всю вечность.
Однажды они сидели на мягкой, как шелк, траве под высоким дерем. Пели птицы, слышался шорох животного. Они держались за руки и смотрели на город.
- Скажи, ты правда возьмешь меня с собой? – спросила она.
- Конечно, ты увидишь Майялд, его золотые пирамиды. Он понравится тебе. Но боюсь, что жрец наш совершает ошибку, научив воинов вашему искусству. Возможно, мы изменимся. Мы станем более агрессивными.
- Нет. Этого не будет. Добрые всегда ими остаются. – Она повернулась к нему лицом. – Ты добрый и я уверена, ты таким и останешься.
Миутли обнял Гресию и поцеловал. Там они и встретили рассвет, который был нежнее всех цветов Куэльо.

Когда пришло время отправляться обратно, Густаво не был против того, что Гресия отправится с Миутли. Так же он отправил с ними еще два воина. Но не суждено было свершиться задуманному. В город ворвались вооруженные чонтали.
Раса злых и холодных существ. Они были разумны и сеяли смерть по всюду. На них были тяжелые доспехи и могучие мечи. Они забирали эль-мирадорцев в рабы для своих нужд. В основном для поиска металлов и драгоценных камней. Эль-мирадорцы не всегда могли с ними справиться.
Нападение произошло неожиданно, что было на руку чонтали. Уже прощаясь, Густаво замер на месте. Рука машинально потянулась к тайо, висевшее у него за спиной. Нападение произошло незамедлительно. Пришлось отбиваться. У Миутли было несколько кинжалов и копье. Он умело им управлялся.
Густаво окружили шестеро чонтали. Миутли не мог ему помочь, так как сам отбивал атаки. Но краем глаза он заметил, что эль-мирадорец стоит неподвижно и ждет. Чонтали атаковали первыми. Густаво умело и красиво отбивался тайо, чонтали падали замертво отравленные ядовитыми шипами. Бой Густаво завораживал, тайо то взлетала в воздух, как птица, то обрушивалась вниз, как молния.
Вскоре атака была отражена. Густаво собрал оставшихся воинов.
- Это только первая атака, - говорил он. – Скоро последует второй удар, но мы будем готовы.
Воины разошлись и приняли оборону.
Густаво подошел к Миутли. Чрез минуту к ним подбежала Гресия. Что-то в ней было не так, но цельтали пока не понял, что именно.
- Вам нужно уйти, - сказал Густаво.
- Я не могу. – Покачал головой Миутли. – Я буду сражаться.
- Не надо, мы сами справимся. Лучше позаботься о Гресии, она не должна принимать участия в бою, так как она носит твоего дитя.
Теперь Миутли догадался о резкой перемене в Гресии. Она была беременна. Она устало улыбнулась.
- Идите на юг, - продолжал эль-мирадорец. – Достигните год и, поднявшись по тропе, увидите золотой город.
Миутли теперь не стал отпираться, он не хотел тереть ни ее, ни своего ребенка. Простившись с Густаво, они покинули Леконт.
Проводив их взглядом, Густаво принялся обороняться.
С ними пошли еще двое воинов, как приказал правитель. Но на выходе из леса их ждала засада. Воины и Миутли сражались, как могли. Но воины погибли, а Гресия была серьезно ранена. Миутли пришлось взять ее на руки и бежать в горы. За ними был Майялд.
Как оказалось, Гресия была на последнем сроке беременности. Миутли, конечно же поинтересовался, почему так происходит.
- Как мы считаем, - объяснила она. – Мы довольно совершенный народ в духовном смысле. Густаво единственный, кто их, нас может видеть будущее и выходить в Зал. Из-за того, что на нас постоянно нападают, он попросил у богов эту возможность. Чтобы успевать пополнять наши редеющие ряды. А так, возможно, нашей расы уже не было бы.
Вскоре рана не давала ей больше идти. А долго нести ее Миутли не мог. Спрятались они в неглубокой пещере. После родов Гресия умерла, успев дать только имя малышу. Миутли так и сделал. По просьбе умирающей матери, он назвал сына Алеяндро. Что означало – несущий свет. Оплакав Гресию, Миутли похоронил ее в горах, и отнес малыша в Майялд. Вместе с ней он похоронил и искусство боя на тайо. Цельтали так и не смогли овладеть этим боем.
Малыш увидел золотые пирамиды и высокие ниспадающие водопады.
- Смотри, Алеяндро, это твой дом.

Яркий свет застелил всю картину. Алеяндро открыл глаза и сразу же зажмурился. Снова открыв глаза, он повернул голову на бок.
Он находился в маленькой комнатке и лежал на мягкой кровати. В комнате было три окна, на которых стояло по три цветка, листья достигали пола. Так же здесь был очень маленький стол и пару скамеек. На одной из них сидела Арикалина. Она, не отрываясь, смотрела в окно. Почувствовав взгляд друга, она повернулась и, улыбнувшись, встала и села к нему на кровать.
Алеяндро тоже улыбнулся:
- Привет. Что произошло?
- Я думала, это ты нам скажешь, в чем дело. С чего это ты, с того ни сего теряешь сознание? На тебя так смена обстановки влияет?
- Не думаю. – Он сел. – На самом деле, я понятия не имею, что произошло. Я даже не помню. Зато я видел странный сон. В нем были мои родители… и так странно. Все как в тумане. Там был Миутли.
Алеяндро схватил Арикалину за руку:
- Он был здесь! Отец был здесь! Где Уилфрит?
- Сказал, что пошел налаживать отношения с местными.
- Идем.
Они вышли из домика. Алеяндро заметил, что все было как в его сне. Тот же сад, фонтаны, цветы. По центру зеленый лабиринт.
Неподалеку стояли эль-мирадорец и Уилфрит, они о чем-то говорили. Алеяндро замедлил шаг, всматриваясь в него, потом совсем остановился. Он знал его. Но откуда? Желтые волосы по пояс, золотистая кожа и хрусталики в глазах. Он тоже был во сне, он видел и слышал его.
Эль-мирадорец повернул голову и посмотрел прямо в глаза Алеяндро. Что-то больно кольнуло в сознание цельтали. Его глаза тут же сменили цвет на ярко зеленый, потом мгновенно сменился на голубой.
Эль-мирадорец кивнул Уилфриту, и подошел к гостям.
- Приветствую вас в нашем лесу, - сказала он Арикалине.
Девушка улыбнулась и слегка поклонилась.
Потом он обратился к Алеяндро:
- Ты наконец-то вернулся домой.
Цельтали опять в обморок падать не стал. Он только склонил голову на бок, и изучил лицо незнакомца, пытаясь понять, когда нужно будет смеяться и поблагодарить за учтивую шутку.
- О чем вы говорите?
- Мое имя Густаво…
Он замолчал, давая время Алеяндро самому все вспомнить. И он вспомнил. Красивый и великий город, в центре зеленого лабиринта Густаво, его дочь Гресию, которая весело смеялась и танцевала… Миутли. Он был здесь!
- Вы… - Выдохнул Алеяндро.
- Да, - улыбнулся Густаво. – Моя дочь Гресия была твоей матерью, и я прихожусь тебе родственником.
Алеяндро покосился на Арикалину, чтобы немного прийти в себя и точно решить, что это не продолжение сна. Девушка пребывала в том же удивленном состоянии. Она молчала, но видно было, что еще чуть-чуть и она начнет расспрашивать друга о том, что он никогда об этом не рассказывал.
- Подождите, - растерялся Алеяндро. – Но если вы мой дедушка, то вы не особо походите на старца.
- Внешность наша это дар от богов. Мы всегда молоды и умираем молодыми. Ты познаешь нашу мудрость и пойдешь по ступеням судьбы и света. Ты жрец не только Майялда, но в тебе и великий дух эль-мирадорцев.
- Вот тут попрошу вас приостановиться. – Поднял руки Алеяндро. – Я никогда не стану жрецом и не собираюсь нести смерть. Да вы хоть знаете, чем они там занимаются?!
Алеяндро развернулся и пошел вдоль тропинки, ведущей в сад. Арикалина побежала следом.
- Да, я забыл сказать. – Сказал Уилфрит Густаво. – Когда речь заходит о жрецах, он становиться просто психом, и даже лечение здесь не поможет пока сам не успокоится. Увы, жрецом становиться он и вправду не собирается.
- Ему нужно время, - ответил Густаво. – Он все поймет. Уилфрит, у меня для вас есть печальные новости.

7.

Алеяндро вышел в лесок и сел под деревом. Он скрестил руки. Глаза были черны от злости и ненависти. Он ненавидел Майялд и никогда не собирался туда возвращаться. Возможно, теперь он останется здесь, теперь у него нашелся еще один давний родственник. Это радовало.
Арикалина села рядом. Ей не хотелось его оставлять в таком состоянии.
- Не злись, - сказала она. – Они хотят только лучшего тебе.
- Они хотят! Он не был в Майялде и понятие не имеет, что там происходит! Или он хочет, чтобы я приносил смерть?
- Думаю, здесь должно быть объяснение. Может, он не знает про пирамиду черепов, или же верит, что ты станешь лучшим жрецом.
Алеяндро минут мять молчал, потом сказал:
- Ты мне давно сказала, что нужно принимать все как есть и не бежать от судьбы.
- Это было раньше. Сейчас я думаю, что нужно поступать как тебе велит сердце. В таком выборе тебе никто не поможет. Даже я.
- Ты мой самый лучший друг.
Он обнял ее за плечи и прижал к себе. Арикалина сначала немного подобралась. Она не ожидала, что Алеяндро сам ее когда-нибудь обнимет. Потом расслабилась, так как всю жизнь об этом только и мечтала. Этот вечер самым приятным из всех, хотя он и прошел в молчании. Лишь птицы весело заливались в кроне деревьев.

Когда стемнело, они расположились в домике у Густаво. Он был больше других, но в основном ничем не отличался. Те же окна, цветы. Большой стол был накрыт разнообразной едой, а мягкие стулья располагались вокруг него.
Говорить начал Густаво, а сказал он о грустном:
- Я хочу вам сообщить, о том, что сам узнал лишь недавно. Заглянув в будущее, я увидел хаос. Куэльо рушится на части. Все началось с Майялда, когда тирроны захватили золотой город. Сейчас в нем нет света. Я сожалею. Скажи Алеяндро, кто сейчас верховный жрец в Майялде?
Он немного помолчал, потом ответил:
- Жрица Коатикуэ.
Густаво не смог сдержать удивления.
- Как? – спросил он. – Я не видел этого. Как же Миутли?
- Отец погиб, не успев толком стать духовным путеводителем. Жрецы взбунтовались и свергли его. Говорят он начал изменять правила.
- Нет! – воскликнул Густаво. – Миутли никогда бы на такое не пошел. Я хорошо его знал. Я был однажды в Майялде…
Он осекся. Алеяндро встрепенулся.
- Когда вы там были? Я не знал. – Покачал он головой.
- Ты был слишком мал. – Улыбнулся Густаво. – Поэтому не мог помнить. Я пришел ночью и долго говорил с твоим отцом. Он мне рассказал о смерти твоей матери. Я узнал все о цельтали, и даже знал когда погибнет Кавиль и взойдет на пост Миутли. Я видел Коатикуэ,…в ней нет правды. Она живет обманом и жаждой власти. Я так же знал, что следующим должен стать ты и вести народ к свету. Но будущее изменилось. Значит, до света еще слишком далеко. Я видел, как ты спал в кроватке. Тогда я даровал тебе эти глаза, чтобы ты не терял смысл в жизни и искал себя. Как только ты встанешь на свой путь, ты приобретешь единый цвет глаз. Какой, я не знаю. Решать только тебе как поступить.
Алеяндро молчал.
- Почему он мне ничего этого не рассказывал? – наконец, проговорил он.
- Значит, он считал это правильным. Это было его право.
- Я рад, что вы есть у меня, - произнес Алеяндро. – Я думал, что потерял всех, кто когда-то были у меня. И пока я хотел бы остаться здесь.
- Конечно, - улыбнулся Густаво. – Теперь ты узнаешь все.
- Скажите, что произошло после того, как отец покинул вас? Вы были атакованы…
- Да, чонтали тогда много забрали нас. Мы понесли большие потери. Но все же смогли отбиться и снова воссоздать Леконт. За это время чонтали больше не нападали на нас.
- Понятно.
- Уилфрит, - обратился Густаво к магу. – Я должен вам сказать, что Исхан пал. Его атаковали тирроны. Их направлял маг из самого города. Не знаю кто именно.
Уилфрит неподвижно сидел на месте, и, не моргая, смотрел в окно.
- А Ахемен? – почти мертвым голосом, спросил маг.
- Не знаю. Его я не видел. Будем надеяться, что он бежал.
- Нет. – Покачал головой Уилфрит. – Он бы не бежал. Мне нужно вернуться туда.
- Бессмысленно. Город в руинах. Думаю, Ахемена убили, как только взяли город и вообще сомневаюсь, что так кто-то еще остался. Голые камни. А если он и жив, то его куда-нибудь сослали…куда, даже камни, оставшиеся в городе, не смогут вам сказать. Я не представляю, что повлекло к подобному разрушению. Боги молчат, они не разговаривают со мной. Может…
Густаво посмотрел на Алеяндро.
- Нет. Вы что? – опешил он. – Я в жизни ничего подобного не делал.
- Мы тебя научим, - тут же сказал Уилфрит. – Наш город тоже верят в богов и мы общаемся с ними.
- Да почему я?
- А кто? – хитро поинтересовался маг. – Они не только нас не послушают, но и войти в Зал не позволят.
- Зал? Тот, который я видел во сне?
Уилфрит кинул.
- Тебе снились сны? – спросил Густаво.
- Да и каждую ночь, - огрызнулся Алеяндро. Его начинал доставать вечно спокойный тон родственника. – Да и еще со всеми ужасами , которые я вижу каждый день в мире.
Густаво понимал, почему он злился. Все эти перемены произошли слишком быстро для него.
Он спросил следующее:
- Если ты видел Зал, то должен был видеть и цветок жизни?
- Вы про цветок из разноцветных кристаллов? Увы, я думаю, что его больше нет. В последнем сне я видел как он погиб. Он потемнел и рассыпался по кусочкам.
- Это не возможно! – воскликнул Густаво, вскакивая с места. – Его невозможно уничтожить! Это сама жизнь, это само существование Куэльо! Что же так разгневало богов?
Он облокотился о подоконник открытого окна и смотрел в ночь.
- Почему вы не можете войти в Зал? – поинтересовалась Арикалина.
- Нас туда больше не допускают, - пояснил Густаво. – Значит, они все решили. Но если это был бы конец, они не стали бы медлить. Все кончилось давно бы. Значит, еще есть надежда. Последняя надежа осталась только на Алеяндро.
- Не думаю, что я готов. – Покачал головой цельтали.
- Конечно, нужно отдохнуть. Идемте спать.
Каждому отвели по домику, где они забыли о проблемах и погрузились в глубокий и спокойный сон.

Яркие огни костров окружали Майялд. Дома были уничтожены, а цельтали превращены в рабов. Но никто не решался подняться в храм, все же боясь гнева богов. Толпа тирронов вызвали своего главаря, который заставил вождя цельтали подняться в храм и поговорить с жрицей. Скоро должен был настать Манник, и тогда Коатикуэ будет говорить с богами, а потом расскажет о будущем всем.
Вождь осмелился подняться в храм. Коатикуэ так же была в красной комнате. Хоть она и держалась ровно, но в глазах стоял страх. Вождь поклонился.
- Что тебе нужно, вождь? – спросила она.
- Жрица, в городе царит смерть. Цельтали просят помощи. Поговори с богами, пусть они скажут, сколько нам еще это терпеть?
- Я поговорю, только потом, когда буду готова.
- Жрица, мы больше не в силах.
- Ждите!
Вождь замолчал.
- Скажи, что-нибудь слышно о Алеяндро? – спросила она.
- Нет. Его и дух пропал, когда началась война. Никто не знает, куда он пропал. Я посылал за ним, но говорят, что его следы уходят далеко за лес, а дальше не известно.
Коатикуэ вздохнула и отвернулась.
- Скажите всем, что я буду готова к Маннику.
Вождь кивнул и покинул храм.
Передав ее слова главарю тирронов Бозеду, вождь вернулся к своим цельтали.
Бозед созвал совет.
- Я знаю, что наши труды не пропадут зря, - говорил он. – Боги видят, как мы могущественны. Наша армия растет. Уже захвачен Исхан, почти Майялд. Скоро все Куэльо будет наше! Тирроны будут править миром! Но для этого нам нужен храм. Знаю, это священное место, но когда настанет Манник, то боги будут за нас, и жрица должна будет отдать храм нам.
Торжественные крики наполнили город.

Густой туман и черные тучи нависли над Исханом. Город больше походил на заброшенные руины, чем на какую-то цивилизацию. Щита больше не было, его убрали, чтобы новые группы тирронов заходили и опустошали город. Ярких звезд больше видно не было. Сырость и темнота царили здесь, а так же смерть преследовала на каждом углу. Конец, и нет надежды на спасение.
Зулика стояла в тени с оружием в руках и старалась увидеть хоть какие-то движение в темноте. Она все же надеялась, что Ахемен вернется и спасет их, и все будет по-прежнему. Эти мысли все время были у нее в голове, и она не отпускала их. Она ждала и сражалась.
Уставшие руки еле держали оружие, а в глазах боль. Она уже около часа стояла у дома и ждала. Вот почудилось движение. Три тени тирронов вышли из-за угла и прошли мимо ее. Зулика выждала минуту, потом одним выстрелом ярким шаром уложила варваров. Она со всех ног помчалась вдоль улицы и забежала в деревянную дверь. После спустилась по ступеням и облегченно вздохнула. Она дома.
У кабинета ее встретил Волф.
- Ваши действия очень опасны, - заметил он.
- С каких это пор мы перешли на ?вы?? – устало огрызнулась она, устраиваясь в кресле.
- А как же еще? Ты взяла город в свои руки. Еще немного и ты станешь Повелительницей. Ахемен вернется в снова отстроенный город и женится на тебе.
- Не говори ерунды! – вспылила она. – Если ты все еще ревнуешь, то не стоит всю злость выплескивать на меня. Запомни, Ахемен вернется с силами и разгонит всех тирронов, он отомстит Мехилиду и снова станет Повелителем. Да я стараюсь сохранить Исхан, но только для того, чтобы было что отвоевывать. И если тебе это не нравиться, можешь покинуть город. Если конечно хватил духу подняться наверх.
- Зулика прости, - сказал Волф. – Я погорячился. Поверь, я сильно беспокоюсь за тебя, а ты сильно рискуешь.
- Я знаю.
В кабинет вошел один из рабочих.
- Мы составили точный план замка. Можно попробовать туда проникнуть и пополнить запасы.
- Хорошо. – Кивнула Зулика. – Как насчет Михилида?
- Мы работаем над этим, но пока точно ничего не можем сказать. Сначала нужно проникнуть в замок. Мы предполагаем, что он там.
- Завтра попробуем проникнуть туда.

Утром Алеяндро разбудили не привычные для него звуки. Звуки ударяющихся палок, скорее всего можно было так назвать. Но чтобы не мучиться догадками, он вышел из домика и застал довольно интересную, даже красивую, картину.
Неподалеку на небольшой площадке сражались на тайо Густаво и Арикалина. Эль-мирадорец давал уроки боя, и девушка успешно с этим справлялась. Было видно, что им обоим это нравится. Арикалина всегда отличалась от остальных девушке Майялда. Она была более воинственной и сильной. Она никогда не отступала перед трудностями. Арикалина менее умело, но все же красиво отбивала удары Густаво, и сама старалась вести атаки. Но в каждой атаке он все равно ее побеждал.
Похоже, учения шли давно, Арикалина изрядно устала и отбивалась с трудом. Густаво ударил и она упала. Пора было прекращать учения. Что он и сделал. Эль-мирадорец помог ей подняться и похвалил за старания, а также сказал, что она может достичь многого в этом бое. Девушка была счастлива это слышать. Заметив Алеяндро, она улыбнулась ему и, забрав свое тайо, ушла к себе в домик.
Алеяндро заметил, что Арикалина снова сменила наряд. Она стала больше похожа на эль-мирадорцев, так как была одета в их традиционный костюм воинов. Многие женщины тоже сражались рядом со своими мужчинами. Серые свободные штаны были заправлены в высокие сапоги. Обтягивающая кофта заканчивалась широкими, почти воздушными рукавами. Также и низ кофты имел несколько лоскутков того материала из чего были сшиты и рукава. На Арикалине это смотрелось превосходно. Казалось, она также была частью и этого народа, как и сам Алеяндро.
Густаво повесив тайно за спину, подошел к родственнику.
- Она хорошо сражалась, - заметил цельтали. – Я раньше не намечал за ней ничего подобного.
- Наверно потому что она не говорила тебе об этом. Она рождена для этого искусства. Думаю, пора менять все правила…
- Какие? – не понял Алеяндро.
Густаво загадочно улыбнулся, но промолчал.
Они пошли вдоль сада, по одной из тропинок, вымощенной маленькими камешками. По сторонам тянулись клумбы, цветы которых так и красовались своей неотразимостью.
- Что ты знаешь о жрецах? – спросил Густаво после.
- Все, – не колебля, отозвался Алеяндро. – Их службы, веру, жертвы и как они все же обманывали нас. Я был в пирамиде черепов, где они жестоко убивали жертвы.
- Только это тебя отвернуло от целого народа, когда все они были тебе братьями?
- Они жестоки! Но…я не злюсь на народ, лишь жрецы больше не внушают мне доверия. Майялд замечательный город и я его люблю, так как он родной мне. Но я ненавижу веру и то, что жрецы так с нами поступали, убивали и лгали нам в глаза. Возможно, они и не выходили в Зал. Что теперь можно считать правдой.
- Это они так поступали. Но каждый жрец имеет вносить свои правила на улучшения жизни своего народа.
- Правила едины. – Покачал головой Алеяндро.
- Ошибаешься, - улыбнулся Густаво. – Ты наверно все же не все книги прочитал, раз этого не знаешь. Жрец имеет право изменять правила. Я думаю, тебе стоит подумать об этом.
Больше они не говорили. Оставшееся время Алеяндро обдумывал все, что он узнал на сегодняшний день, а так же вспоминая Майялд и рассказы отца.
После обеда Алеяндро все же решился попробовать. А раз суть мира на гране разрушения, стоит узнать, что все же повлекло к этому и можно ли это изменить. К тому же другого выхода пока не было. Алеяндро решил пока смериться с тем, что было. Возможно, это не столь и ужасно. Ведь Зеркало в храме его даже манило к себе, и он был готов шагнуть за его грань. Значит это все не пустое.
Уйдя в лес, они решили быть подальше от города и шума, чтобы ничего им не мешало. Конечно же, это предложил Густаво, так прекрасно знал, как лучше войти в Зал.
Алеяндро сел на траву и принялся слушать.
- Для начала, - сказал Густаво. – Тебе нужно научиться входить в Зал. И если то, что я видел несколько лет назад, правда, то именно ты поведешь народ к свету. Главное не бойся. Мы это проделывали множество раз. Теперь, тебе нужно окружить себя светом и почувствовать его теплоту…
- Ой, только не начинай! – не удержался Уилфрит. – Зал никогда не был связан со светом и тем более теплотой. Наоборот, нужно тянуться к темноте и ярким звездам, к глубинам своего страха и неописуемой силы, которую можно только почувствовать самому сильному разуму. А так же тому необъятному пространству, которое окружает Зал.
Алеяндро вздернул брови. Явно маг чего-то не понимал, так как невозможно искать суть жизни и саму вечность в смерти.
- Нет, - возразил Густаво. – Без света невозможно представить Зал и его сверкающего существа.
- Скорее всего, оно угнетает светом, чем сверкает как солнце. Нужно окружить себя мощью и силой богов, чтобы выйти с ними на один уровень.
- Нельзя приравнивать себя к богам! – возмутился эль-мирадорец. – Иначе они разгневаются. Нужно из света тянуться к ним, чтобы они увидели твои светлые мысли. Открой им душу, иначе боги проклянут тебя.
- По-моему они уже прокляли всю Куэльо, - отмахнулся маг.
- Послушайте, - наконец сказал Алеяндро. – Не нужно спорить, вы правы каждый по-своему. У всех свой способ связи с богами. Во снах я ощущал это чувство и все видел. Возможно, у меня получится, а если нет, то попробую каждый из ваших вариантов.
Густаво посмотрел на Алеяндро уже не как на мальчика потерявшего смысл в жизни, а настоящего жреца, ведущего в свет все Куэльо.
- Но вы не сильно на меня рассчитывайте, - добавил он. – Я могу и не подойти на роль миротворца.
Густаво молча, кивнул.
Алеяндро ничего не оставалось, как вздохнуть и закрыть глаза. Он вспомнил, что ощущал при телепортации в Исхане. То безграничное пространство и вечный полет вне куда. Нескончаемый круговорот мыслей и чередование света и тьмы. Яркие вспышки опять стали сменяться темнотой. Только чувствовалось все теперь настоящими истинными чувствами, а не во сне. Он постоянно чувствовал, что пытается оторваться от земли, а голова шла кругом. Он падал. Сердце забилось сильнее. Он открыл глаза, чтобы успокоиться, но увидел перед собой не лес с друзьями, а Зал. Само великолепие и неповторимость, того что есть сутью Куэльо, и всего живого. Яркий свет слепил, но Алеяндро не мог отовраться он такого великолепия. Хотелось вечность смотреть на Зал. Это было неописуемо, красота перемешивалась со страхом.
Его ноги ступили на зеркальную поверхность, но твердость они не ощутили. Алеяндро стал проваливаться сквозь пол. Страх охватил его полностью. Хотелось бежать, но он не мог, что-то держало. Он провалился по пояс, и тут заметил две тени. Хотелось кричать от страха, но он держался изо всех сил. Тени тучей нависли над его головой и стали проникать в само сознание. После чего там поселилась тьма и безмолвие.

Арикалина в гневе схватила мальчишку, даже не смотря на то, что он маг, за шиворот и подняв над землей, принялась его трясти, так, что тот мало чего мог сказать.
- Говори немедленно, куда вы дели Алеяндро?! Куда он пропал? Что с ним произошло?!
- О-тпу-сти…
- Говори сейчас же, фиолетовый недомерок! Да как тебя еще магом называют! Недоучка мелкий!
На глазах девушки выступили слеза. Она зарыдала, но все, же не отпустила Уилфрита, продолжая его трясти. Наконец опомнившись, Густаво попытался оторвать цепкие руки Арикалины от несчастного мага.
- Послушай, если ты будешь его трясти, то он точно ничего не может тебе объяснить, куда делся Алеяндро. Отпусти его, пожалуйста.
Она разжала руки не преставая плакать. Уилфрит еле удержал равновесие, чтобы не упасть. Он схватился за сердце.
- Нельзя так со старыми, - выдохнул он. – Я тебе не мешок какой-то. Вон лучше бы Густаво потрясла.
Что Арикалина и сделала. Она ту же переключилась на эль-мирадорца. Она крепко схватила руку Густаво и сильно ее дернула:
- А ну, отвечайте маги тирроновские, чтобы вас безмозглые тулновы затоптали! Зачем мы убили Алеяндро?!
- Да никто его не убивал, - попытался оправдаться Густаво. – В Зале произошли какие-то изменения, и он переместился.
- Как это? – Она перестала плакать и наконец, отпустила руку вождя.
- Это назевается телепортация, - ответил Уилфрит. – Он переместился в другое место. Какое, понятие не имею. Он ведь попал в Зал, да?
Густаво кивнул.
- Значит, - продолжал маг. – Боги сами его и переместили.
- Да что это все значит?! – Арикалина скрестила руки.
- Есть только два варианта, или он мертв, или ему строили испытание, перенеся на другой уровень или место. Точно не знаю.
Уилфрит замолчал.
- Ладно, - отмахнулась она. – Мне все равно, что вы тут мелите. Я пойду его искать, даже если придется одной все Куэльо обойти.
Она быстро побежала к себе в домик.
- Ты видел?! – возмутился маг. – Она чуть меня не убила!
- Это понятно, - развел руками Густаво. – Она испугалась за близкого ей друга, а ты попался под ее горячую руку.
- Ага, а тебе она ничего не сделала, хотя и виноват ты не меньше меня. Ты ей нравишься?
- Нет.
- Нравишься. – Улыбнулся маг.
- Нет. Она любит Алеяндро.
- Кто сказал? – опешил Уилфрит.
- И так видно. Она ведь чуть тебя не убила – первый признак.
- Да? Почему я не догадался?
- Потому что мой народ совершенней. – Понял голову эль-мирадорец.
- Кто сказал?
- Я сказал!
- Да ну, великий нашелся. – Скривился фэх’он.
- А ты как думал.
- Кто из нас старше еще поспорить надо.
- Подсчитай на досуге, а сейчас пойдем собираться.
- Куда? Я не собираюсь шляться где попало и попадаться на глаза тирронам. Пусть сама его ищет.
- Пойми, - сказал Густаво. – Ей нужно успокоиться и понять, что ничего страшного не произошло. Боги только дали Алеяндро узнать себя и найти свою цель.
- Как ты догадался? Почему мне не сказал?
- Ты же великий, сам должен знать. Идем.
Они вернулись в город. И все же решили сделать небольшую прогулку, для того чтобы дать время успокоиться подруге.

8.

Когда долгий и тяжелый сон кончился, Алеяндро почувствовал что ему очень жарко и совсем нечем дышать. В горле пересохло, и постоянно хотелось кашлять. Он открыл глаза, и обнаружил, что лежит не на мягкой траве в Леконте, а на раскаленной голой земле, которая была покрыта многочисленными трещинами.
Алеяндро сел и огляделся. Куда бы он ни посмотрел везде эта желтая безжизненная голая земля. Даже сухой травы и то не было. Горячий воздух затруднял дыхание. Цельтали был растерян и совсем не понимал, что он здесь делает, и как отсюда выбраться. Он вспомнил, как умирал в Зале, потом темнота. Тени…
Он вспомнил, как две тени пытались его убить. Возможно, и нет. Они перенесли его сюда. Но зачем? Его наказали? Но за что?
Конечно, он непрошено поднялся в Зал, за это его и покарали. Значит, Густаво ошибся? Он зря возлагал на него такие надежды. Может боги совсем перестали общаться с Куэльо. А Густаво подумал, что должен быть хотя бы один посредник между Куэльо и богами. Нужно было разбираться, прежде чем чего-то пробовать.
Алеяндро покачал головой. Сейчас это не важно. Нужно думать, как теперь вернуться в Леконт, они наверно волнуются. А Арикалина? Что она думает? Нужно идти. Но куда? Это тоже, не важно, ли ж бы куда. Может из этой пустыни есть выход. А может, его вовсе нет. Все равно стоило это проверить, не сидеть же здесь вечность.
Страшно хотелось пить, но совладав с этим, Алеяндро поднялся и медленно поплелся, куда глаза глядят. Это было пока единственное разумное решение. А там видно будет.
Так шли часы. Идти и не видеть перед собой цели, не видеть того что могло придать сил и веру в удачу. Тут он подумал, что все же Густаво сошел с ума от постоянных воин и завоеваний. Теперь же он хватается за случайность и ищет спасения во всем. А Алеяндро не считал себя спасителем. Это он знал точно.
А если нет? Вдруг он сможет сделать Майялд лучше? Изменит, все правила и поведет народ к свету и миру. Цельтали будут процветать и не знать больше войны.
Тут Алеяндро поднял голову и посмотрел в небо:
- Я знаю, что вы хотите. И если вы уверены в своем решении, то я стану жрецом. Но я не знаю, что мне делать. Скажите?! Куда идти?!
Ответом была темнота и глубокий сон.

Арикалина почти ничего не взяла с собой в дорогу. Лишь немного еды и тайо. Она не собиралась более медлить. Алеяндро мог быть в опасности, поэтому стоило спешить. Уилфрит не переставал возмущаться о безумстве ее действий и отсутствия конкретного плана. На вопрос, где она собиралась искать горе-жреца, девушка отвечала злым взглядом. Густаво молча, собрал все самое необходимое, а так же не забыл оставить в городе главного эль-мирадорца, чтобы он приглядел на Леконтом в его отсутствие. Густаво очень надеялся на то, что с городом ничего не случится за это время.
В ближайшее время они покинули Леконт, и, выйдя из окружающего города леска, они углубились могучий лес, расположенный на западе от эль-мирадорцев. Они решили первым делом проходить поселения и деревни, если там и появлялся незнакомец со странными глазами, точно нельзя такого пропустить. Арикалина на это надеялась.
Остановившись на привал, они решили немного перекусить. Но стоило Густаво положить свой мешок на землю, как он замер на месте и закрыл глаза.
- В чем дело? – тут же спросила Арикалина.
- Леконт, - сказал Густаво, открывая глаза. – Город атакован.
Тут послышался шорох в ветвях кустарника.
- Это ловушка. – Выдохнул эль-мирадорец, хватаясь за тайо.
Арикалина незамедлительно последовала его примеру. Уилфрит встряхнул руками.
Их окружили воины чонтали. В руках они держали тяжелые мечи, один удар которых мог с легкостью разрубить любую жертву. Они были полностью облачены в доспехи, даже на голове имелся шлем. Эти скалообразные мужчины внушали лишь страх и уверенность в проигрыше. Победить их не мог никто. Эль-мирадорцы навсегда останутся их рабами, а Леконт перестанет скоро существовать. Но Густаво думал иначе. Он медленно поднес тайо к губам и что-то прошептал. Потом ринулся в атаку. От нескольких неуловимых ударов три чонтали отлетели в сторону.
Арикалина видя действие тайо в бою, тоже взмахнула оружием и ударила одного из противников. Но воин с легкостью отбил ее выпад и девушка вместе с тайо упала на несколько метров дальше того места, где стояла.
Уилфриту приходилось вспоминать все, что когда-либо умел. Завязался бой, но чонтали было слишком много, даже искусный Густаво с трудом справлялся. Наконец, ему удалось уложить на спину одного чонтали, при этом шлем с лица воина был сорван. На обидчика уставилась пара злых черных глаз. Но бой все же был проигран. Когда он почувствовал, как к его спине приставили несколько острых мечей, ему пришлось опустить свое оружие. Его не убили.
- Сдавайтесь! – раздался грубый резкий голос. – И тогда возможно останетесь живы, но может и умереть. Хотя в первом случае возможно у вас еще будет шанс на жизнь.
Густаво откинул тайо, выпрямился. Остальные сделали так же. Пораженный воин быстро поднялся, подобрав свой меч.
- Что прикажете, командир? - спросил он, у воина, который вышел в центр места боя.
- Я главнокомандующий Берхард, и вы мои пленники. Вас отведут к королю в Трир и там он решить вашу дальнейшую судьбу. Вяжите их.
Последнее он сказал воину, которого победил Густаво.
- И надень шлем, униженный, - добавил Берхард. – Думаю, что король не должен знать об этом, иначе мне пришлось бы тебя убить. Мы уходим, оставить Леконт!
Главнокомандующий ушел в лес.
Воин опять зло пробуравил взглядом эль-мирадорца и надел шлем. Чонтали забрали их оружие и связали руки. Магу надели специальный браслет, чтобы он не мог пользоваться магией.
Уилфрит внимательно изучил браслет.
- Наши технологии! – не удержался он. – Откуда он у вас?!
- Молчать! – рявкнул воин, при этом ударив железной перчаткой по спине мага. – Дети будут проданы королю в слуги.
- Дети?! – опять воскликнул маг.
- Или убиты ежесекундно, - еще злее прошипел чонтали.
Арикалина в ужасе оглядывалась по сторонам, пытаясь найти хоть чью-нибудь помощь, но друзья только смиренно молчали.

- Зулика!
Девушку разбудил стук в дверь и возбужденные крики. Она вскочила с койки и быстро открыла дверь. В подобной ситуации приходилось спать одетой, чтобы при случае не отвлекаться на мелочи.
- Вас срочно требуют маги! – сказал один из рабочих.
Зулика прикрыв дверь быстро, почти бегом зашла в лабораторию, чуть не сбив дверь с петель.
- Что случилось? – спросила она.
- Разведчики доложил, что в город проникли чонтали. Воины под чистую опустошают Исхан. Мы знаем, что зачинщик войны был Мехилид, где он находится сейчас не известно. Наши пытаются защищать центр города, но сил мало.
- Чонтали, - проговорила она. – Только их не хватало. Что их сюда привело?
- Говорят, маги вступили с ними в сговор, чтобы свергнуть Мехилида и отдать власть фэх’он. Маги хотят уничтожить замок.
- Но мы никак не можем этого допустить. Если Мехилид слаб, то для начала нам нужно навсегда от него избавиться, а потом заниматься и очисткой города от не прошеных гостей. Мы должны захватить замок. Как у нас с оружием?
- Мало, но на одну быструю операцию хватит, - ответил маг. – Волф сейчас делает вылазку, пока все в городе спят. Он надеется точно узнать расстановку сил.
- Что? – удивилась Зулика. – Волф вышел сражаться? Интересно, что же его заставило это сделать? Ладно, я отправляюсь в город. Готовьтесь, в обед мы должны захватить замок и сохранить его как можно больше, пока не вернется Повелитель.

Зулика проверила все свое снаряжение и вышла в просыпающийся город, а точнее то, что от этого города осталось.
Теперь можно было действовать. Мехилид забит в угол и никуда не денется, пока чонтали сами не разберут замок по камням. Поэтому о маге больше беспокоиться не придется. А с чонтали разобраться куда легче, они ведь лишь горстка воинов в железном облачении, а мозгов у них все равно нет. Они вряд ли чем-то отличаются от тирронов. Так на протяжении долгого времени думали фэх’он.
Крепко сжав оружие в руках, Зулика огляделась по сторонам и перебежала улицу.
Волф. Да, она часто о нем думала. Он очень хороший друг, но слишком считаем себя правым во всем, и, то, что его действия всегда безошибочны. Так же он срезал свою белую прядь, что еще больше бесило Зулику. Если он хотел выделиться, это не значит что нужно идти против национального вида. А возможно это протест. Но кому? Ей? Зулика уже никогда его не выберет, так как давно посвятила свою жизнь городу и его Повелителю. Даже если Ахемен мертв, то город стоило спасти, это их долг. И она в это верила, даже если все кончится не наилучшим образом.
Она выглянула из-за угла дома. Пусто. Кто-то тронул ее за плечо. Она дернулась и быстро повернувшись, выставила оружие.
Волф прижал палец к губам.
- Ты меня напугал! – прошептала она.
- Нервы я явно у тебя не в порядке, - заключил он.
- Будут тут в порядке. Что ты здесь делаешь?
- Помогаю тебе. Я тут кое-что узнал. Знаю, где находится их блокиратор щита.
Зулика расплылась в улыбке:
- Как тебе удалось?
- Я же не бегаю с обезумившими глазами и мыслями : ? О мой Ахемен, я защищу твой город!?. И не стреляю во всех подряд.
Зулика посмотрела на друга, как на раздавленного тиррона под ногами чонтали.
- Ты жалок, - произнесла она.
- Ладно. Блокиратор находится на окраине города. Его сторожит целый рой магов. Теперь туда добрались и чонтали. Я так и не понял, что их привело в Исхан.
- Я тоже. – Кивнула девушка.
- Нужно взять немного наших и разнести все там. Если над городом будет щит, то у нас явно вырастут шансы в победе, так как больше никто сюда не проникнет.
- Это хорошо. Этим и займемся, а потом мы планируем отвоевать замок.
- Ты совсем спятила?! – воскликнул Волф.
Их услышали и несколько тирронов кинулись в атаку. Фэх’он пришлось отстреливаться. Так же в схватке они уложили и парочку чонтали. Друзья после убежали в безопасное место.
- Ты соображаешь что делаешь? Как мы возьмем замок?
- Мехилид сейчас прижат, - попыталась объяснить Зулика. – Поэтому отвоевать замок будет не так сложно как раньше. А если мы это не сделаем, то чонтали его попросту развалят, и тогда нечего будет спасать.
- Хорошо, - кивнул Волф. – При помощи чего ты собираешься это сделать?
- При помощи этого. – Она тряхнула своим оружием. – И этого. – Зулика ткнула пальцем в голову. – А если у тебя ни то, ни другое не работает, то боюсь, ты нам не поможешь.
Волф с минуту смотрел на вздымающиеся вдали башни замка.
- Этого будет мало, - наконец произнес он. – Нам нужны еще силы.
- Их у нас нет. – Вздохнула девушка.
- Заключим мир с Мехилидом.
- По-моему, это ты немного сошел с ума. Как только он получит замок и город, он с легкостью разделается со всеми нами. А на переговоры он не пойдет. Может он сам сюда чонтали позвал.
- Тогда нам нечего там делать.
- Хорошо, давай по – твоему, - сдалась Зулика. – Сойдемся мы с Мехилидом. Очистим город. Он маг, не забывай это.
- Наденем на него браслет.
- Что ж, это уже похоже на план, - согласилась она. – Тогда нужно быстрее разобраться со щитом.
Волф кивнул.
Взяв нескольких фэх’он с собой, они незаметно пробрались туда, где Волф видел блокиратор щита. Магов и впрямь было много, но ничего здесь не поделаешь, пришлось пробиваться силой.
Началась перестрелка. Маги были наготове, поэтому сразу же принялись отбиваться. Пока они отвлекались на нападающих, Зулика прокралась к механизму и попыталась разобраться, как его отключить. Ничего подобного она раньше не видела. Небольшая коробка с кнопками и мигающими огоньками. Она разбиралась в механизмах, но что делать с этим она не знала.
- Зулика, стреляй! – закричал ей Волф.
Девушка долго не думая, начала палить по коробке всем, что имелось в арсенале оружия. Блокиратор был взорван. Волной Зулику отбросило в сторону. Она на некорое время оглохла и совсем не понимала, что происходит вокруг.
Кто-то ее схватил и, подняв на ноги, потащил за собой. Она пообедала следом, так как поняла, что это был Волф. Затащив ее за дом, он что-то ей говорил, но она не слышала. Она показывала на уши, и пожимала плечами. Волф показал ей на небо. Она подняла голову и увидела, что город опять покрывает лиловый щит. От радости она закричала и обняла друга. После они вернулись в убежище, забрав всех, кто уцелел.

Мысли начинали путаться, а огромной пустыни все не было конца. Ноги больше не слушались и отказывали идти. Усталость и боль не оставляли его. Алеяндро был изможден и вымотан как никогда. Он бухнулся на раскаленную землю, не в силах больше передвигаться. Он пытался снова войти в Зал, но сил не было.
Он понял, что этой пустыни не будет конца. Это ловушка, которую боги устроили ему за его недостойность. Он ведь обычный послушник, не больше. Ишь, в жрецы захотел, к богам на чай собрался! Да кто он такой?! Алеяндро истерически рассмеялся. Жрец нашелся! Вот теперь и грызи эту землю! Вот что ты заслужил, несчастный полукровка!
Алеяндро зарыдал, когда в сознании всплыло милое лицо Арикалины. Она всегда была рядом и помогала в трудную минуту, а так же развлекала, как могла. А он только отпирался от ее советов. Арикалина всегда была рада ему, и говорила только хорошие слова. Как он мог полюбить Коатикуэ, которая кроме власти ничего не видела перед собой. А с ним она только развлекалась и, издеваясь над его чувствами, и каждый раз утверждалась в своем превосходстве в красоте. Настоящих чувств она к Алеяндро никогда не испытывала. Лишь ложная игра. Раньше он не понимал этого, но теперь он понимал и знал, как бывает, жестока любовь, и как можно в ней запутаться.
Арикалина. Он повторял ее имя, и становилось легче. Дышалось свободнее, и появлялись новые силы. Но Алеяндро чувствовал, что больше не сможет встать.
Теперь же прекрасно знал, что настоящая любовь всегда была рядом с ним, стоило только открыть глаза и увидеть ее. Он понял, что Арикалина тоже что-то к нему испытывала. Он вспомнил, как она тянулась к нему и пыталась завести более близкие отношения. Но он отталкивал ее. И лишь в этот момент, когда она так далеко от него, его разум открылся. Он прозрел и увидел всю правду жизни и чувств.
Он любил Арикалину. И эти чувства были настоящими и искренними. Теперь он чувствовал не только интерес и тепло, что испытывал когда-то к Коатикуэ, а его обжигал огонь высоких чувств. Это дало ему сил и надежду.
Алеяндро решил больше не сдаваться. Надо было кончать грустить о том, что было, пора было думать, что делать дальше. Хотя он идти больше не мог, но начинали мысли приходили в порядок. Он снова воззвал к Залу , и когда он показался в его сознании, Алеяндро больше не жмурился от яркого света. Через боль в глазах он терпел освещение Зала. Его ноги коснулись стеклянного пола. Чувство страха опять наполнили его душу. Но он быстро собрался с мыслями.
- Я здесь! – крикнул в пустоту.
Снова показались две тени, которые стали быстро приближаться. Страх брал вверх, начинал угнетать. Но Алеяндро сопротивлялся, стараясь смотреть сквозь тени на свет Зала. Но все же он не выдержал и сознание кануло во тьму.
Когда он очнулся, то почувствовал под собой мягкую, приятно пахнущую траву. Свежий ветерок ворошил волосы. Алеяндро открыл глаза и тут же сел, оглядываясь. Лес. Светлый не густой лесок таил свежесть и легкую прохладу, которая приятно холодила кожу. Это было раем после той изнуряющей жары.
Алеяндро рассмеялся и снова упал на траву.
- Да. Я вернулся, - сказал он. – Я сделал это!
Он замолчал. Что-то было не так. Это был не Леконт. Поняв это, ему больше не захотелось здесь задерживаться. Нужно было найти друзей и наконец, решать, что делать дальше с Куэльо и богами. И почему они его выгоняют?
Теперь путешествие проходило по лесу. Здесь он находил себе еду и воду. Стало легче.
Он чаще стал пытаться выйти в Зал, но все кончалось тем же: темнота и сон, новые места, но пустыни больше не было.

Город, которому уступал даже Исхан, располагался посреди огромного озера на острове. Он был огромен и полностью выстроен из белого камня. Лес вокруг озера на несколько десятков метров был вырублен, для лучшей видимости при осаде.
Трир , как называли город чонтали, был не преступен и не победим. Пленники в этом уже убедились. Их почти не кормили и не поили. Уилфрит поддерживал себя лишь внутренними силами, так черпать силу из окружающего мира ему не давал браслет. Это был магический предмет, и снять его мог только тот, кто его надел. Иначе если попробует кто-нибудь другой снять его, то погибнет и пленник и спаситель.
Густаво постоянно медитировал, как он однажды объяснял Алеяндро. Это ему помогало продержаться без пищи.
А вот Арикалине повезло меньше всех. Она не привыкла к дальним путешествиям, особенно в такой спешке. А без пищи она почти выдыхалась. Она постоянно запиналась и чуть ли не падала от бессилия. Друзьям было жаль ее, но они ничем не могли ей помочь.
Однажды, на привале, когда Арикалина совсем была выбита из сил, Густаво обратился к одному воину, который вел их в Трир. Главнокомандующий сказал, что еще задержится в Леконте. Это сильно расстраивало эль-мирадорца.
Главного завали Рейнер, именно его Густаво повалил в последней битве. Теперь его честь и свобода были запятнаны.
- Послушай, - сказал Густаво.- Хочешь совет?
- Молчи, раб, - огрызнулся воин. – Побереги язык для заклинаний, когда будешь железо искать.
- Не хочешь вернуть себе честь, не надо. – Пожал плечами эль-мирадорец.
- Чего хочешь? – не выдержал воин.
- Напои девушку. Ох, как ваш король обрадуется, когда ты приведешь к нему молодую и прекрасную цельтали. Развлекаться он с ней будет очень долго. Ты знаешь, как горячи девушки из золотого города? А она, кстати, может привести вас к богатству, которого вы еще не видели. Трир сможет быть центром Куэльо. Понимаешь? Но если она умрет, то так и останешься униженным на всю жизнь.
Рейнер посмотрел на девушку, потом опять уставился на Густаво. Немного подумав, он кивнул своим воинам.
Арикалина была поднята и уведена в палатку к командующему. Она не слышала, что сказал Густаво, поэтому была уверена, что сейчас ей очень не поздоровится. Рейнер зашел следом.
- А что, сработало, - сказал Уилфрит по эль-мирадорски. – Как догадался, что клюнет?
- Жадность и золото у них в крови. Не сложно использовать их желания против них же. Арикалина умница и сделает все как надо. А терять друзей я не собираюсь.
- А ну молчать! - рявкнул один из воинов.
Густаво опят погрузился в медитацию.
Арикалину посадили на маленькую подушечку у выхода из палатки. Подали еды и воду. Она, не мешкая, стала жадно все поглощать. Рейнер с интересом за ней наблюдал.
- Цельтали, - произнес он. – Ты понимаешь наш язык?
- Вы говорите на фэх’он. Я понимаю его.
- С чужестранцами мы всегда так говорим. Не все в силах знать абсолютно все языки в Куэльо. Золото. Откуда ты, там его много?
Арикалина помедлила перед ответом. Как? Она ведь не могла раскрыть ему секрет великого города. Но если она ему не скажет, то, но ее точно убьет, или хуже того. Ничего не осталось, как сказать правду:
- Да, там много золота…. Возможно получив наш город, вы станете равны богам, господин. Зачем вам равняться на короля, если вы сами можете им стать.
- Это хорошо.
Тут она, наконец, поняла, что с ним возможно можно поиграть и использовать в своих планах. Возможно, он поможет им бежать. Но. Вдруг ему станет мало только золота, он вдобавок потребует и ее. Она старалась об этом не думать, надеясь, что что-нибудь придумают.
- Скажи, - прищурился воин. – Ты, правда, невинна?
Она слегка опешила от такого вопроса, но потом ответила:
- Да. Но мы девушки всегда мечтаем о сильных воинах, как ты. Мы можем уйти и зажить вместе.
- Нет. Не мне это решать. Король за тебя много даст. Ни с кем не смей! Поняла? А то я сам тебя убью.
- Неужели золото для тебя важнее женщины?
Она прокляла себя сотню раз. Что она делает. А если он не удержится? Это воин и от него можно ждать все, что угодно. Но она надеялась, что ее хитрая игра пройдет.
- Я… - начал, было, он, и только хотел ее схватить, как снаружи его кто-то позвал.
Арикалина закатила глаза и глубоко вздохнула. Повезло. Она молилась, чтобы Алеяндро поскорее нашелся и спас их. Она не хотела быть изнасилованной воинами, когда мечтала только о Алеяндро.

Они, наконец, достигли города и стояли у берега озера, дожидаясь пока к ним причалит лодка. Город массивно вздымался в дали. Рейнер не отпускал Арикалину ни на шаг. Она понимала, что все еще решал, как ему лучше поступить. Оставить ее себе без награды или отдать королю. Сама же Арикалина лучше бы выбрала воина, чем старого короля. Но скоро у нее не будет этого выбора, если они что-нибудь не предпримут.
Один раз на привале, Арикалина все же уговорила Рейнера покормить друзей, пообещав не только золотой город, но и груду драгоценных камней. Воин согласился.
Погрузившись в лодки, они медленно поплыли к городу. Уже на середин пути были слышны звон оружия и крики сражающихся. Трир – город воинов, неустрашимых и с холодными сердцами. Их женщины так же принимали участие в войнах и носили тяжелые мечи.
Войдя в город друзей, тут же разделили, Арикалина пыталась сопротивляться, зачем, она сама не понимала. Она рвалась к Густаво, боясь теперь и его потерять. Он тоже пытался оттолкнуть воинов и пробиться к ней. Но их связали, не дав сдвинуться с места. Густаво крикнул по-эть-мирадорски, что найдет ее и вытащит.
Их увели. На Уилфрита надели кандалы.
Он только фыркнул:
- А еще говорил, что она ему не нравится.
Но Густаво так сказал, потому что понимал, что Арикалине страшно и чуждо. Она должна была верить, что ее друзья рядом и как только появится шанс, то тут же заберут ее отсюда.
Рейнер все же отвел ее к королю. Вернуть честь для него было дороже всех девушке на свете. Король бы крайне благодарен такому подарку. Такая девушка была диковинкой среди прочих его жен. Смуглая девушка горных кровей была очень кстати. Рейнер получил награду и покинул дворец. Арикалине отвели отдельную комнату, так как жены не жили вместе, дабы не случился несчастный случай среди них. Король дорожил каждой свей женой.
Все женщины носили короткие волосы, чтобы не мешались в бою. Но Арикалина так и не дала остричь свои, а доспехи все же одела. Больше она ни с кем не разговаривала, и ни к кому не обращалась.
Густаво отправили на шахты, находящиеся на окраине города. Шахты уходили глубоко под землей, чтобы вода из озера при несчастном случае не залила рабочих и выкопанные туннели. Здесь добывалось железо, а так же разную руду. Так сами чонтали не утруждали себя этим, то они заставляли, работали эль-мирадорцев, так как они могли с легкостью видеть руду в земле. Чонтали порабощали эль-мирадорцев. Густаво пришлось работать, пока не было точного плана.
Уилфрита же, как мальчишку посадили в клетку для детских забав. Фэх’он корил себя за то, что оставил Исхан и отправился с горе-жрецом в Майялд, лечить таких же недоделанных жрецов.

9.

Когда Алеяндро надоело постоянно испытывать страх и падать во тьму, он собрал все оставшиеся в нем силы и снова вошел в Зал. Он стоял неподвижно, даже осмелился скрестить руки. Натиск был огромным, почти невыносимым. Снова хотелось забыться и сунуть во тьме, но он сопротивлялся и как мог, терпел.
Наконец он произнес медленно, чтобы экономить силы:
- Может, хватит? Давайте спокойно все обсудим. Мне порядком надоело отключаться в страхе. Если вы меня сюда пустили, значить вам что-то нужно.
Тени, как ни странно, остановились, потом стали изменяться. Через мгновение перед Алеяндро стояли двое мужчин, лет тридцати. Они были чем-то похожи друг на друга. Острые черты лица, черные глаза и длинные темные волосы. Они были довольно приятной наружности, хотя глаза были и холодны. На них были одеты длинные халаты, скрывающие ноги. У одного был голубого цвета халат, у другого золотой. И так же оба скрестили руки.
- Мы тебя сюда не звали, - ухмыльнулся в золотом. – Ты сам пришел, поэтому нам от тебя ничего не нужно. А то, что у тебя наглости хватило пробиться, это твоя вина.
- Скорее всего, воли, - поправил Алеяндро.
- Не важно! – огрызнулся тот же. – Тебе здесь не чего делать, низший.
- Подождите, вы вообще видели, что твориться в Куэльо?
- И что? – сказал, в синем. – А если это все мы сделали. Войны, смерть.
- А ты думал, что боги только мир несут? – усмехнулся в золотом халате. – Вот захотим и уничтожим Куэльо.
- Тогда уничтожайте, чем заставлять страдать.
- А это не тебе решать.
- А вот и мне, - разозлился Алеяндро. – Вот возьму и остановлю все ваши дела, и понесу мир в Куэльо.
- Полукровка, узри, с кем ты разговариваешь! – возмутился в золотом. – Мы уничтожим тебя.
- И что? Да что тут происходит?
- Ладно, наглое дитя. – Вздохнул в синем. – Мы скажем тебе. Идет Великая Игра. И никто не в силах ее остановить.
- Что за Игра? – спросил цельтали.
- Наша Игра. У нас с братом пари, кто выиграет тот и бог в Куэльо.
- Здорово. – Это заявление сильно удивило Алеяндро. – Но вы раньше вместе неплохо справлялись. С чего это вдруг?
- Колыбель Цветов умирает. Когда один из нас ее воссоздаст, станет единственным богом.
- Какая Колыбель?
- Не тебе это понять.
Они вместе взмахнули руками, и Алеяндро открыл глаза. Он сидел, там, где и находился в последний раз. Они не стали ее перемещать. Алеяндро взвыл и схватился руками за лицо. Опять! Снова он не смог им противостоять, снова его выкинули из Зала.

Сырость и запах смерти проникал в саму душу и пытался уничтожить все то, что осталось от прежней жизни и счастливых временах. Память начинала отказываться вспоминать что-то приятное и вечное, когда смотришь на огромную зияющую пещеру. Когда входишь в нее, кажется, что идешь в сам ад, и его цепкие и склизкие лапы захватывают все, что в них попадало.
Ахемен потерял все, что когда-либо считал своим. А так же он потерял и надежду на спасение, и возвращение к прежней жизни. Исхан остался не больше чем сладким сном. И когда Ахемен засыпал, то видел все, что когда-то было его жизнью, теперь оно было лишь во сне. Улицы, замок, танцы и долгие ночи с Парисой. Вспоминая те ужасные ее последние минуты, Ахемена бросало в дрожь, и не хотелось более жить. Слезы рекой текли по его щекам. Где она?
Он знал, что не заслуживал ничего хорошего в жизни. И возможно пребывание в этих пещерах, как раз его наказание. Он был плохим Повелителем, и нет ему прощения. Он вспомнил безумного мага, который предвещал ему о конце его правления. Вот оно и сбылось.
Так же у Ахемена забрали все его магические амулеты. Браслет не позволял использовать магию. Он пытался его снять, но толку не было. Если его надел Мелихид, то только он и может его снять.
Ахемен стал грязным и изможденным на рудниках. Теперь его никто не узнает, но и не кому было это делать. Никто даже не говорил с ним.
Однажды, он попытался учинить бунт, подговорив еще нескольких рабов. Но это кончилось полным провалом. Без магии он был ничем. Он просто ни на что не годился.
Его привязали к столбу у входа в пещеру и уже несколько дней не кормили. Теперь жизнь медленно его покидала. Вот и пришел конец Повелителю. Не самая достойная смерть для фэх’он покинуть мир привязанным к столбу. И чтобы каждый проходящий мимо тиррон обсмеивал его.

Теперь Алеяндро понимал, что ему никогда не противостоять богам, а значит, мир будет уничтожен. А всего лишь из-за нелепой Игры. И что за Колыбель? И как ее восстановить?
Эти вопросы метались в его голове хаотически. Но ничего не оставалось, как снова отправиться в путь. Нужно было вернуться в Леконт и все рассказать друзьям. Может Густаво знает, что нужно делать и куда отправиться дальше. Трудно было ориентироваться, когда после каждого выхода в Зал его относило в разные места, и понять в какой стороне Леконт было сложно. Но сидеть на месте не было смысла.
Алеяндро шел и думал.
Если братья боги поссорились то помирить их уже не возможно, только жизни сам лишишься. Они хотят доказать кто из них сильнее. Дети, а не боги. Алеяндро удивляло, как можно ставить на кон весь мир, уничтожая множество жизней. Если это Игра, то у нее должно быть два конца. Или бог в золотом, или в синем.
Тут Алеяндро понял все, чему учил его отец. Миутли рассказывал о богах братьях создавших Куэльо. Великий Зал. Как же их завали? Эритэ и Кольо. Да именно так их и звали. Эритэ бог моря, погоды и урожая. Отец просил у него, чтобы злые ветры не побили урожай. А Кольо – бог любви, богатства, здоровых детей. Конечно, Алеяндро не нашел сходства между богами и идолами в храме. Может, на самом деле цельтали не видели богов вообще. Если Кавиль лгал на счет жертв, то возможно и вера ложная. Но это пока не ему решать. Но может потом.
Значит, если выиграет Эритэ, то в мире будет царить только природа. А живые существа и нации погибнут. А если будет повелевать Кольо – останутся только народы, тогда погибнет природа, а следом за ней и остальные. Получается, что народы в любом случае погибают. Значит, Игра бессмысленна!
Хорошо, здесь стоит становиться. Они не должны выиграть ни один, ни другой.
Сыграть вничью!
Алеяндро вдохновился и зашагал быстрее по мягкой душистой траве. Лес скоро кончился, и началась голая равнина. А за ней горы. После долгого перехода через горы, должен был показаться город эль-мирадорцев. Наверно.
Ничья! Именно то, что нужно Алеяндро. Если он сам сможет воссоздать колыбель, то Игра закончится и все вернутся на свои места. Но как? Он даже не имел понятия, что это за Колыбель. Тогда он решил этот вопрос оставить на потом. Все равно он не знал на него ответа.
Лес кончился. Впереди высились горы. Они полукругом охватывали равнину. Путь лежал только к ним, а там дальше. К вечеру он добрался до подножия скал и остановился на ночлег. Но уснуть ему не удалось. Постоянно слышались крики, громкий гул и звон цепей.
Сначала Алеяндро думал, что это ему снится, но когда он проснулся, крики продолжились.
На темное небо наползли густые тучи, но дождя не было. Поняв, что снова уснуть не удастся, Алеяндро решил проверить что же там происходит.
Вход в пещеру оказался неподалеку, и он полностью освещался магическим огнем, так как факелом светящуюся сферу трудно было назвать. Алеяндро затаился за скалой и стал наблюдать.
Тирроны. Множество мохнатых варваров шныряли вокруг пещеры. Они кого-то приводили, кого-то уводили. Тирроны брали пленников. Алеяндро это не только удивило, а вогнало в ступор. Невозможно было представить, что кто-то мог попасть в плен к тирронам, к низшим варварам. В жизни ничего подобного он еще не видел. Из-за темноты трудно было определить кто именно пленники. Алеяндро ничем не мог помочь несчастным рабам. Он не воин и не маг. У него даже оружия никакого не было. Он не вникал в их разговоры, так не знал их языка. А на фэх’он они не говорили.
Неподалеку от входа он заметил чью-то тень. Кто-то сидел на земле привязанный к столбу. Похоже, он чем-то провинился и тирроны решили его наказать. К какому народу он принадлежал Алеяндро не смог увидеть. Нужно было узнать, что тут происходит, а лезть в само логово у него ни духу, ни особого умения не было. Это не по Майялду от стражи убегать. Он наблюдал.
Через пару часов тирроны все разошлись, при этом уведя всех рабов в пещеру, кроме того кто сидел у столба. Похоже, ночная смена закончилась и все ушли спать. И все же в неохраняемый вход Алеяндро пойти не решился. Оставалось одно.
Быстро перебежав на другую строну входа, Алеяндро встал за спой раба. Оглядевшись, он сел на корточки и проверил узлы на веревке.
Раб дернулся и повернул голову:
- Кто ты?
- Сейчас это не имеет значения, давай убежим, а потом и познакомимся.
Пленник замолчал.
С узлами Алеяндро пришло порядочно повозиться, так как без ножа порвать тугие веревки в темноте, было делом не из легких. Когда руки были свободны, раб принялся сам развязывать себе ноги.
- Зря ты это затеял, - прошептал пленник. – Меня ведь хватятся.
- Ничего. Нас не найдут.
Как только он развязался и поднялся, он тут же рухнул без чувств. Алеяндро еле успел его подхватить. Ну вот, спас на свою голову. Ему пришлось самому его тащить до своей ночлежки. До утра оставалось пару часов, а в сон клонило беспощадно. Так что поудобнее уложив спасенного, Алеяндро сам погрузился в глубокий сон.
Ему снился Майялд. Его пирамиды залитые золотом. Веселая Арикалина с всегда улыбающимся лицом.
Утро было жарким и сухим. Горы быстро нагрелись, и от них шел жар. От него Алеяндро и проснулся. Вспомнив про ночного спасенного раба, он быстро сел и огляделся.
Пленник оказался молодым фэх’он. Длинные волосы были запутаны, а из-за грязи еле виднелась белая прядь. Он, обхватив, руками колени, и положив на них голову раскачивался из стороны в строну. Он что-то шептал. Алеяндро прислушался.
- Я плохой Повелитель, я плохой Повелитель…
Так он повторял раз десять. Наконец цельтали вспомнил, кого он ему напоминал.
- Ахемен? – произнес он.
Фэх’он резко поднял голову и, сощурив глаза, всмотрелся в лицо цельтали:
- А ты кто?
Алеяндро грустно улыбнулся. Вот куда привела его власть. В рабы к тирронам. А ведь он не плохой парень. Теперь его звонкий и веселый голос сменился хриплым и низким.
- А мы ведь знакомы, - сказал Алеяндро, прислонившись спиной к скале.
- Жрец. Тот жрец из золотого города? Я помню. – Ахемен немного оживился. – Как жрецы? Где Уилфрит?
- Да, - кивнул Алеяндро. – Теперь я жрец, но не по своей воле. А с Уилфритом все в порядке , сейчас он в Леконте с эль-мирадорцами. Я туда и направляюсь.
- Понятно.
Ахемен замолчал.
- Как же ты оказался здесь? – не удержался Алеяндро.
- Меня предали и отдали в рабство. – Поморщился фэх’он. – Скажи, Алеяндро, что происходит?
- Это вообще-то я хотел у тебя узнать. Я сам ничего не знаю.
- Я тоже. Мехилид мой придворный маг отключил щит и впустил в город тирронов. Как оказалось ему хотелось власти. Но он не знал, что править после тирронов уже не чем. Идиот.
- К несчастью, - проговорил Алеяндро. – Исхан полностью пал. Почти одни руины.
- Да, похоже, я больше не Повелитель.
- Ну, я пока тоже не жрец, так как Майялд в таком же состоянии, как и Исхан. Но мы надеемся вернуться на свои места. Вот Уилфрит обрадуется, узнав, что ты жив.
- Спасибо тебе. – Улыбнулся Ахемен.
- Не благодари, я понятия не имел, кого спасал, я хотел только узнать, из-за чего тирроны стали такими умными.
- Увы, этого как раз я и не знаю.
- Но я спас друга.
Фэх’он опять улыбнулся.
- Ты пойдешь с нами? – спросил Алеяндро.
- А куда мне еще идти? Я твой должник.
- Забудь. – Отмахнулся жрец.
- Слушай. – Ахемен поправил свои волосы. – У тебя ножниц или ножа не найдется?
Алеяндро похлопал по штанам:
- Все что я имею, это ничего кроме несколько кусочков мяса и воды. Извини.
- Я ведь тоже тебя не узнал. Волосы отрастил, да исхудал немного. Давно скитаешься?
Алеяндро провел рукой по голове и до концов волос. Они были куда длиннее, чем в Майялде. Концы касались плеч.
- Это долгая история, - отозвался он. – Я тебе по пути расскажу.
- Хорошо.
Быстро позавтракав, они перешли хребет и стали спускаться с гор на равнину, за которой опять начинался лес. Но там еще не было Леконта. Алеяндро ошибся. Идти оказалось куда дольше, чем он предполагал. Хотя теперь он не один, а значит, путешествие будет не столь угнетающим.
Ахемен в подробностях рассказал, что с ним произошло, как он хотел бежать из Исхана, но все, же вернулся и был пойман магом. Алеяндро тоже поведывал другу свою историю. Рассказал об Игре богов. Сначала Ахемен рассмеялся, но потом понял всю серьезность дела и пообещал помочь, как сможет. Алеяндро был этому рад и сказал, что вернет его на трон в Исхане, если он при этом еще станет жрецом. Помечтав о хорошем будущем, они ступили на раскаленную равнину. Все мечты мигом куда-то испарились.

Бурно обсудив возвращения щита над городом, фэх’он принялись готовиться к новому делу. Пора было освобождать замок и защищать город оттуда. Оружия было достаточно, а его производство продолжалось. Чонтали не особо мешали, они лишь грабили и когда здесь ничего не останется, они сами уйдут. Если смогут. Сложно было решиться на такое не легкое дело. Но риск того стоил. И Зулика на это надеялась.
Замок был единственным убежищем и возможность располагать больше фэх’он чем в подвале. Можно больше нанять магов. Магическое оружие – это единственное что помогало им в борьбе. Но Зулика как всегда была решительна и бесповоротна. А если Ахемен не вернется, то все труды будут потрачены зря.
Собрав все силы и выдав каждому фэх’он по два оружия, они решили штурмовать замок.
Волф, конечно же, был против, но спорить с Зуликой он не стал. Он старался делать так, чтобы она была довольна, и пытался только оградить ее от опасностей. Но Зулика всегда лезла в самое пекло. Как и сейчас.
Теперь, когда у них есть щит, то можно не опасаться, что в город проникнуть еще захватчики. Конечно, есть опасность, что блокиратор опять поставят, и пока это не сделали, стоило торопиться. Зулика все еще надеялась на возвращение Ахемена, и эта надежда начинала понемногу покидать ее сердце. Но она верила.
Их было немного, от силы фэх’он тридцать-сорок, но неожиданность и маневренность давали надежду на успех. Дождавшись пока улица перед замком опустеет, фэх’он ринулись в атаку. Они окружили замок и, стараясь не наделать шуму, проникли внутрь. Тут их ждал отпор. Чонтали не желали его отдавать законным хозяевам. Бой длился долго и жестоко. Но фэх’он отбивали зал за залом.
Зулика с Волфом держались вместе.
- Нужно найти Мехилида, - крикнул он.- Иначе мы можем не пройти. Мы не знаем, на что он способен.
- Хорошо. Ищи его в верхних комнатах.
Волф отправился к запасной лестнице, ведущей к верхним этажам.
Девушка стала пробиваться через парадный вход.
Поднявшись выше, Волф стал осматривать комнату за комнатой. Лишь одна дверь в комнату была заперта. Ему не составило труда ее взорвать огненным шаром. Войдя внутрь, он обнаружил там незнакомую фигуру в черном плаще. Не сводя с него оружия, Волф встал напротив него.
- Пока ты будешь плести заклинание, я уже несколько раз взорву твою никчемную голову.
- Я и не двигаюсь, - глухо ответил маг.
Только теперь Волф заметил, что маг неподвижно стоит посреди комнаты. Он был больше похож на статую, чем на живого. Только глаза зло бегали по комнате. Волф расслабился и опустил оружие.
- И что с тобой произошло?
- Тебе это так интересно? Поди, проблем-то у тебя полно, а ты тут тратишь свое драгоценное время.
- Как стоить свое время я сам знаю. Я тебя конкретно спросил, что означает, ты должен конкретно ответить.
- Что ж, я отвечу. Меня прокляли, как раз в тот момент, когда я хотел отдать приказ тирронам о перегруппировки. Видите ли, в город проникли чонтали.
- Я думал это твоих рук дело.
- Больно надо. Я и с тирронами неплохо справлялся, за пару дней город бы стал моим. А вот кто чонтали позвал, понятия не имею.
- Говоришь, прокляли? Ахемен наверно, кто ж еще.
- Если бы это был он, то я уже был бы мертв, - ответил маг. – Кто-то здешний, причем, не зная, что имеет способность к закрытой магии. Ха, ученик! Недоумок!
- Закрытая магия? В смысле?
- Только темная. Проклятия, усыпления, умертвления. Понял?
- И что? – продолжал допытываться Волф.
- В основном, когда маг не учится магии, эта способность только приобретается. То есть по ситуации. В основном если он слишком зол.
- И как это заклинание снять?
- Хочешь отпустить меня?
- Никогда! – воскликнул Волф.
Мехилид усмехнулся, потом ответил:
- Снять его можно только путем прощения. Заклинатель должен простить меня.
- Ладно, я тебя не убью, - пообещал Волф. – Но ты должен рассказать пре все свои лазейки в городе.
- С чего это?
- А иначе я отколю твою голову от онемевшего тела и поставлю на окно, чтобы ты наблюдал за своим телом вечность.
Маг помолчал минут пять.
- Хорошо, - согласился он. – Только потом, когда отвоюете город, ты меня расколдуешь.
- Посмотрим, как ты будешь себя вести.

Всех жен короля Гоззо вывели в главный зал перед огромным троном. В нем восседал сам король. Зал был таким же белым, как и весь город. Множество доспехов и щитов украшали помещение. Трон был обит красной кожей, что придавало воинственность и силу городу.
Жены короля были воинами и одеты в тяжелые доспехи, как и мужчины. Волосы кроткие, глаза холодные. Вместе с Арикалиной их теперь было пятеро. Ей казалось, что они все на одно лицо.
Сам Гоззо был высок, силен. Короткие волосы, небольшие усы. Одет в белые доспехи.
- Жены мои! – провозгласил Гоззо. – Сегодня именно тот день, когда вы докажите мне кто из вас самая лучшая и достоянная быть первой и единственной. Конечно же, позже, вас опять будет столько же. Но это уже не ваша забота. Останется только одна из вас, которая вкусит плоды славы и богатства. Остальные же с честью погибнут. Вы это знаете. Идите и готовьтесь к сражениям.
Жены отдали честь, стукнув себя по доспехам, и направились к выходу.
- Цельтали. Подойди.
Арикалина медленно подошла ближе.
- Ты подарок с небес, и если докажешь, что ты лучшая то обещаю, что горя ты не будешь знать очень и очень долго. Я люблю разнообразие и это твой шанс стать моей женой. А теперь иди и победи.
Арикалина вернулась к себе в комнату. И упав на кровать, стала молиться богам о спасении и о том, чтобы Алеяндро вернулся и помог им бежать.
Позже ее навестил Рейнер.
- Король соблаговолил исполнить последнее желание жен. Что ты желаешь перед смертью?
- Зачем ты это делаешь? Мы могли бы остаться вместе?
- Женщина – это не все в жизни, - ответил Рейнер. – Честь превыше всего. И я ее вернул.
- А сейчас, когда у тебя есть все, мы можем бежать.
- Глупая! Ниже позора, чем быть беглецом, у нас нет. Ты хороша, но я не могу поступиться всем, что я заслуживал всю жизнь. Не цени себя слишком высоко.
- Я и не ценю, - возразила она. – Разве чувств у вас нет?
- Нет. Это притупление разума и не возможно трезво принимать решения. Мы не поддаемся чувствам.
- А жаль. – Вздохнула Арикалина. – Многое упускаете. Все сладости жизни находятся в чувствах. Не знать чувства, все равно, что не знать жизни.
- Жизни для нас ничто. Так чего ты хочешь?
- Видеть друзей, - тут же ответила она.
- Хорошо.
Рейнер развернулся и только хотел открыть дверь, как сказал:
- Они будут присутствовать на сражениях.
Он вышел. Арикалина опустилась на кровать и заплакала. Вот тебе и все радости жизни. Побыла даже одной из жен короля, куда уж больше.
Некоторое время спустя, когда Арикалина так и не решилась надеть доспехи, в дверь постучали. Она подумал, что за ней уже пришли, а просьбы король отменил.
Но она ошиблась. В комнату вошли как раз те, кого больше всего на свете она хотела видеть. Арикалина со слезами бросилась в объятия к Густаво. Эль-мирадорец обнял ее и поцеловал в голову.
- Все хорошо, - прошептал он. Он тоже неважно выглядел, но как всегда держался.
- Ага, - ухмыльнулся Уилфрит. – Пока ничего хорошего я здесь не наблюдаю. Смерть пахнет нам прямо в лицо.
Арикалина отстранилась и, вытерев лицо, опасливо огляделась:
- Я боюсь,… я не знаю, что мне делать.
Густаво понимающе улыбнулся.
- Плана, как я понимаю, у нас нет, - сказал маг.- Остается, надеется на удачу.
- Удачу?! – всхлипнула девушка. – Ты видел этих железных верзил? Они, меня одним пальцем прибьют.
- А этот…как его? Рейнер? Ты не пыталась его охмурить?
- Пыталась, - призналась Арикалина. – Но ничего не вышло. Он пообещал, что вы тоже будете присутствовать на сражениях.
- Очень доброжелательный жест, - фыркнул Уилфрит.
- Послушай, - наконец отозвался Густаво. – От драки все равно не уйти. Сражайся на тайо, ты хорошо им владеешь.
- Они одним ударом меча перерубят его пополам. – Вздохнула она.
- Нет. Если я его заговорю, то оно не сломается. Действуй быстро, и тогда противница будет поражена ядом. Главное не теряйся когда выйдешь на поле. Вот только как мне заполучит тайо перед сражением?
- Это мы устроим, - отмахнулся маг.- Ладно, девочка, не бойся. Знай, мы рядом, все видим и тебя поддерживаем. Держись.
На маленьком лице мага первый раз выразилось искренне сожаление. Потом Рейнер забрал друзей. И Арикалина осталась одна со своими страхами. Но все, же ей стало спокойнее. Друзья были живы, а это сейчас самое главное.
По правилам жены сражались одна с другой по очереди. Арикалина была последней. Так пожелал король. Она должна была сразиться с мамой сильной чонтали. Ей не победить, это она знала точно.
Напоследок, она понадеялась, что у Алеяндро все хорошо, и он прекрасно знает что делает. Он станет великими жрецом.
Пока соревновались первые жены, у Густаво с Уилфритом было время, чтобы помочь подруге. Все чонтали были захвачены дивным зрелищем сражения, из-за чего совсем забыли о рабах. Друзья без труда узнали где находится оружие соревнующихся. За полем стояла одна палатка с оружием. В остальных же палатках были размещены жены короля.
Густаво немного задержался, наблюдая за атаками чонтали. Женщины со всей силы рубили противниц тяжелыми мечами.
- Густаво, - позвал маг. – Быстрее.
Палатку с оружием охраняли двое чонтали, которые держали мечи наголо. Уилфрит вздохнул и широко улыбнувшись, подошел к ним.
- Добрый день, злые здоровые дяди, - сказал он.
- Ты кто такой фэх’он? – пробасил один.
- Кто пустил детей на поле битвы? – удивился второй.
- Да, я тут родителей потерял. Вы случайно не видели их? Они такие не большие и покрасивее вас злобных морд.
Пользуясь моментом, Густаво сзади палатки приоткрыл щель и поник внутрь. Палатка была набита всевозможным оружием. Но он без труда отыскал тайо. Их было два. Одно его, а другое Арикалины. Он подумал, что лучше, если она будет сражаться его тайо, оно было и так заговорено. Но он все равно наложил еще несколько заклинаний. Теперь оно должно было выдержать любой удар.
Тайо Арикалины он спрятал за мешками и завалил еще каким-то тряпьем. Потом быстро покинул палатку.
- Так вы точно их не видели? – приставал к воинам маг.
- Нет. Убирайся, пока мы тебя не вздернули над площадью.
- Хорошо, хорошо, я ухожу.
Маг заметил Густаво и поспешил убраться.
Начинались самые решительные минуты для Арикалины. Осталась одна чонтали. Она расхаживала по полю и выкрикивала ликующие возгласы. Король громко аплодировал ее победе. Арикалина вышла из своей палатки, и вся ее храбрость мигом исчезла, нахлынул страх, и чувство немедленно бежать отсюда прочь. Противница была зла и жестока. Она шипела и рычала как дикий загнанный в угол зверь.
К Арикалине подошел один из воинов.
- На каком оружие будешь сажаться? – спросил он.
- Тайо, - коротко ответила она.
Воин ушел.
Через несколько минут принесли тайо и отдали ей. Арикалина заметила, как несколько голубых искорок пробежали вдоль деревянного стержня оружия. Кончики шипов сверкнули. Девушка улыбнулась, поняв, что Густаво удалось его заколдовать.
Арикалина приняла оборонительную стойку. Женщина-воин рассмеялась и ударила двумя мечами одновременно. Арикалина парировала удар, опустившись на одно колено.
Тайо не сломалось, но адская боль отразилась на руки. Если тайо было бы не заговорено, она бы совсем осталась без рук. Заклинание Густаво сработало. Чонтали отскочила в сторону, ожидая ответного удара. Но его не последовало. Арикалина встала и опять приняла оборону. Чонтали ударила снова. Так продолжалось несколько минут.
Женщина-воин злилась и выкрикивала ругательства. Руки Арикалины начинали неметь от ударов противницы. Она с трудом держала тайо, но все же не падала от усталости. Она изматывала чонтали и только обороняясь. Наконец, когда она решила что пора действовать, пошла в атаку. Густаво видя все происходящее, покачал головой и опустил глаза. Слишком рано. Нужно было еще дать время противнице, пока бы она не начала задыхаться. Но Арикалина не выдержала и, собрав все силы, стала атаковать. Она быстро наносила удары и почти молниеносно парировала удары. Движение тайо были почти не различимы.
- Рика не выдержит, - спокойно сказал Уилфрит.
- Рика? – не понял Густаво.
- Арикалина – Рика. Слишком длинное у нее имя. Так проще.
- Я вижу тебе нечем заняться, Уил, - огрызнулся эль-мирадорец.
- А что еще делать, когда чрез пару мгновений погибнет наша подруга.
- Хотя бы сделал вид, что волнуешься и надеешься на удачу.
- Ладно, попробую, - искренне пообещал маг.
Арикалина как молнию кружила в воздухе тайо. Она пробовала, все чему ее учил Густаво в этот короткий срок их знакомства. Девушка пыталась найти слабые места у противницы и уколоть острыми шипами оружия в те места, где она открывалась. Но это оказалось невозможно. Только сама Арикалина себя вымотала и уже с трудом отбивала удары. Силы уходили.
Густаво больше не мог на это смотреть. Он воззвал к своей силе, выпуская ее из себя и направляя на Арикалину. Она почувствовала резкий прилив сил и небольшую ясность ума. Она одним движением сбила чонтали с ног и, выбив из ее рук мечи, приставила тайо к ее горлу. Воцарилась тишина, в которой прозвучал только один возглас Уилфрита:
- Сдурел! Сейчас не время падать в обморок!
Конечно, что он сказал, никто не понял. Маг подхватил под руки бесчувственное тело Густаво и оттащил за арену.
Побежденная что-то зло прошипела, что, Арикалина понять не смогла.
- Я тебя не убью, так как я не убийца, - сказала цельтали и, отвернувшись, пошла прочь с поля.
Чонтали вскочила с земли и, схватив один меч, с криком кинулась на обидчика. Арикалина резко развернулась, машинально выставив тайо перед собой. Женщина напоролась на шип оружия эль-мирадорцев. Арикалина не ожидала, что так произойдет, она выронила тайо из рук. Два воина вышли на арену, подобрали оружие и увели Арикалину.
Пока она находилось в платке, никто из чонтали к ней не приходил. Она успела сменить доспехи на свой походный костюм, который ей подарил Густаво от своего народа. Она была слишком уставшей, чтобы тягать на себе доспехи. Вскоре стемнело, но в замок ее никто так и не отвел. Две масляные лампы освещали палатку, больше здесь ничего не было.
С заднего входа приоткрылась щель, и в палатку заглянул Уилфрит. На мальчишеском лице отразилась растерянность.
- Ты одна? - прошептал он.
- Да. Что происходит?
- Не знаю, что там происходит у чонтали, но у нас крупные проблемы.
Он затащил Густаво в палатку.
- Знаю, что не разумно его сюда тащить, но…
Арикалина не слушая мага, бросилась к эль-мирадорцу.
- Что с ним? Его побили?
- Сейчас! Побьешь его, - ухмыльнулся маг. – Нет, он просто взял и свалился в обморок прямо на трибунах. Похоже, он использовал свою силу, чтобы помочь тебе. Не знаю, насколько это серьезно.
Густаво зашевелился. Арикалина улыбнулась.
- Как ты?
- В порядке. – Он сел. – А ты? Как битва?
- Все хорошо, мы победили. Без вас я бы не справилась и осталась бы там лежать разрубленной на куски.
- Да, это все просто замечательно, - произнес Уил. – Но нам нужно выбираться отсюда.
- Он прав. – Кивнул Густаво.
Арикалина помогла ему подняться.
В палатку вошел воин, его лицо скрывал шлем. Он с полминуты молчал, потом произнес:
- Король не знал, что у тебя есть семья.
- Семья? – не поняла девушка.
Воин усмехнулся:
- Вот не думал, что после такой гремучей смеси эль-мирадорца и цельтали может получится фэх’он. Это ваш сын?
Арикалина опешила от такого заявления. Уилфрит скрестил руки.
- Я не их сын! И сам за себя отвечаю. Я…
Густаво дал ему подзатыльник.
- Как ты можешь так говорить? – возмутился он. – Родителей не выбирают, как ни как, и будь добр не позорь нас и прилюдно не отрекайся. Скажи спасибо, что мы вообще у тебя есть.
Уилфрит так расширил свои маленькие глазки, что Арикалина еле удержалась от истерического смеха. Но маг все же сдержался от ругательств в строну друга и промолчал, надеясь что их игра стоит свеч.
- Благородный воин, - взмолилась Арикалина. – Они все, что у меня есть. Я не могу их потерять. Обезопасьте их, а со мной сделайте все что хотите.
- Нет, - возмутился Густаво, испугавшись уже не на шутку.
- Я поговорю с королем, и мы решим, что с вами делать, - сказал воин и покинул палатку.
- Что теперь будем делать? - спросила подруга. – Продолжать…
В палатку зашел Рейнер. Он зло окинул всех взглядом.
Густаву в ответ не договоренного вопроса Арикалины, кивнул.
- Значит, вы семья и морочили мне голову? - разозлился воин.
- А как мы могли иначе? – виновато опустила глаза Рика. – Нас могли убить.
- Вас и сейчас убьют! Король решил покончить с вами, так как вы запятнали честь чонтали. Он никогда не сделает тебя первой женой.
- Понимаю. – Кивнула она.
- Но ты мне понравилась, - продолжил Рейнер. – Поэтому зная, что у тебя семья, я помогу тебе. Вы покинете город. Идемте.
Он вывел их из палатки и окольными путями провел через город. Обезвредив стражу у ворот, они сели в лодку и перебрались на другой берег. Но воды были не спокойными. Как решил чонтали в городе знают о их побеге.
- Мне не вернуться, - пробасил Рейнер.
- Идем с нами, - предложила Арикалина. – Тебе больше некуда идти. Все равно ты не сможешь вернуться в Трир.
- Ты права. – Кивнул воин. – Но я буду лишним и возможно вскоре покину вас и отправлюсь своим путем. Значит, я не увижу золотой город? Ты не оттуда?
- Я жила там. Но пошла, путешествовать, и встретила Густаво.
- Я думал, что у вас может получиться фэх’он.
Арикалина пожала плечами. Уилфрит фыркнул и выругался на своем. Рейнер посмотрел на мага, но промолчал.
Они поспешили скрыться в лесу. Теперь они возвращались в Леконт.

10.

В эту ночь Коатикуэ должна была сказать цельтали и тирронам решение богов. Их слова и их истину о мире. Все ждали, что она поведет их к свету и мирной жизни, какая была раньше. Но Коатикуэ была не готова. Она еще раньше пыталась через Зеркало соединиться с богами, но они не отвечали. Она боялась кары и смерти.
Она не выходила из красной комнаты и тряслась от страха, так как не знала, что ей говорить. Но она все же вышла из храма. Правила стоило соблюдать.
Внизу простиралась толпа цельтали и тирронов. Ужас сковывал ее. Она несколько раз проклинала пирамиды и жрецов, но ничего не изменялось, все становилось еще хуже. Огни, как глаза тьмы смотрели на нее, поглощая ее душу. Майялд был во тьме. Он был уничтожен, развален, как и сама она.
Коатикуэ подумала о Алеяндро вот он свет и жизнь. Лучик надежды. Но теперь он где-то далеко и его совсем не видно. Все кончилось. Надежды рухнули.
Она подняла руки, и слова застряли у нее в горле. Она не могла говорить. Она с позором бежала в храм и с рыданием упала на кровать. Хотелось умереть.

Мягкое летнее утро ласкало и успокаивало. Наступало умиротворение и спасительная свобода. Густаво сидел на траве и с улыбкой впитывал окружающий мир. Становилось легко.
Только эта теплота не ласкала томящееся сердце воина. Рейнер был растерян и потерян. Он надеялся, что за спасение Арикалина останется с ним, а оказалось что она не свободна. Все это разбивало ему сердце, которое первый раз в жизни почувствовало теплоту.
- Мам, - Уилфрит сказал это так противно, что Арикалина сморщилась. – Если мы на свободе, может снять с меня этот браслет? Он мне порядком надоем.
Она кивнула и посмотрела на Рейнера. Но вместо того чтобы снять браслет, воин схватил за шкирку мага и поднял над землей:
- Если ты еще раз небрежно отнесешься к родителям, я самолично тебя поколочу так, что родная мать не узнает. Понял?
Маг даже забыл разозлиться. Он только быстро кинул. Воин снял браслет и кинув его на землю, ушел в лес. Густаво улыбнулся уголком губ, но промолчал.
Когда воин ушел, Уилфрит зло сверкнул глазами:
- Еще одна твоя идея, Густаво, и я тебя превращу в жабу. Семейка нашлась.
- Может сказать ему правду? – предложила Арикалина.
- Рика, ты сдурела? – взорвался маг. – Он чонтали и чтобы вернуть свою честь он снова нас сдаст. Особенно узнав, что у тебя ничего не было с Густаво, он сам за милую душу с тобой развлечется. Пока это не плохая идея…пока мы не найдем Алеяндро нам не сплавить, куда подальше этого психа.
- Не знаю. – Покачала головой Арикалина.
- Он может и подыграть нам, - сказал Густаво.
- Ага, чонтали будет моим дядей, а Алеяндро дедушкой.
- Он поймет. – Утвердительно кивнула подруга.
Она встала и пошла, искать Рейнера.
- Сумасшедшая, - буркнул маг, усаживаясь возле костра. – Чего? – спросил он, видя, что Густаво улыбается. – Папаша мне нашелся.

Арикалина нашла воина одиноко стоящего у дерева. Его глаза смотрели вне куда. Она не знала, как он отреагирует на правду. Но стоило попробовать. Он ведь им жизнь спас.
- Привет, - сказал она. – Мне надо кое-что тебе сказать. Мы не женаты с Густаво и фэх’он не наш сын. Нам пришлось солгать, чтобы другой воин сжалился над нами.
- Это вряд ли, чтобы чонтали сжалился.
- Но ты ведь помог нам, – напомнила она.
- Только ради того чтобы получить тебя. Ты хорошо говорила тогда в замке, а когда я узнал, что тебя все равно убьют, решил бежать с тобой. Но ты говоришь, что у тебя ничего не было с эль-мирадорцем…
- Нет, - Арикалина видя, что лицо Рейнера немного просветлело, она тут же добавила. – Но я люблю другого, он цельтали. Он пропал недавно без вести и пока не можем его найти.
- Возможно, он уже мертв.
- Возможно, - кинула девушка. – Но я все же надеюсь, что он вернется. Мы идем в Леконт, и если он жив, то вернется именно туда. Я уверена.
- Ты очень смелая. Видя, как ты сражаешься, я понял, что ты много добьешься. А он?
- Не знаю, мы с ним это никогда не обсуждали. Я думаю, что он холоден ко мне. Но я стараюсь быть большим для него, чем просто друг. Ты не сердись, что мы не сказали тебе правду, мы опасались.
- Я понимаю. – Кивнул он. – Тогда мне стоит извиниться перед магом.
- Не стоит. Он и так все понимает. Хочешь я расскажу тебе всю свою историю?
Воин опять кивнул.

Дни шли, и они медленно продвигались. Цель была близко, почти рядом. Оставался одни переход через равнину и Леконт покажется в дали. Стоило спешить. Алеяндро боялся за друзей. А если они пошли его искать и куда-нибудь угодили к неприятелям? Это его волновало больше всего. А если что-нибудь случится с Арикалиной, но этого не переживет.
Наконец когда они вошли в негустой лес, находящийся рядом с Леконтом они пошли еще быстрее. Они почти пришли.
Но Ахемен был не столь вдохновлен как Алеяндро. Ему нездоровилось, а останавливаться было рано. Он старался не отставать, но ноги постоянно заплетались. Дышать стало тяжело, он стал отставать шагов на десять.
Ахемен не выдержал:
- Алеяндро, подожди.
Друг остановился и обернулся. Поодаль стоял Ахемен, держась за дерево.
- Что с тобой? Мы вроде недавно только отдыхали.
- Не знаю. Но я чувствую дикую слабость.
- Ладно, - согласился Алеяндро. – Давай еще отдохнем.
Они устроились на траве, под тенью дерева.
- Эль-мирадорцы прекрасный народ, - произнес жрец. – Тебе у них понравится.
Ахемен кивнул, потом сказал:
- Алеяндро я слабею. Еле передвигаю ноги.
- Что у тебя на руке? Я раньше этого не замечал.
Браслет начал переливаться красным светом.
- Его надевают тем, кто имеет способность к магии, - с трудом ответил фэх’он. – Мехилид, мой маг надел его мне, чтобы я не бежал от тирронов. Возможно, он узнал, что меня нам нет и теперь убивает.
- Может мне просто снять его? - предложил Алеяндро.
- Увы, его может снять только тот, кто одел. Иначе умрем мы оба.
- Ладно, искать Мехилида, у нас нет времени. И что нам делать? Что ты чувствуешь?
- Слабость, - ответил Ахемен. – Чувствую, как эта фигня высасывает жизнь из меня. Жаль, не долгое у нас вышло знакомство.
- Чушь! Думаю, эль-мирадорцы придумают что-нибудь. К тому же в городе Уилфрит и он точно тебе поможет.
Алеяндро помог ему встать, но дело оказалось еще хуже. Ахемен потерял сознание. Цельтали пришлось водрузить его себе на спину и самому тащить его в Леконт. Причем, если он не успеет, то вина будет лежать на нем.

Леконт был уже не так красив. Последняя битва с чонтали почти его уничтожила. Многих забрали в рабство, но некоторым все же удалось отстроить частично город. Густаво был не сильно поражен этим видом, так как начинал привыкать. Он только вздохнул и отдал пару приказов, потом обратился к друзьям:
- Мы подождем немного, пока Леконт хотя бы сможет обороняться. Это займет немного времени. А после мы отправимся на поиски Алеяндро.
- Думаю, - сказала Арикалина, - что Алеяндро сможет немного подождать. А может с новыми сам способностями вернется.
- Да ничего он не сможет, - отмахнулся Уил. – Жрец из него, как из Густаво маг. Не обижайся, но это правда.
Густаво ничего не ответил.
Не успели они немного прийти в себя, как один из дозорных эль-мирадорцев доложил, что у границ Леконта был замечен цельтали, несущий на себе фэх’он. Густаво распорядился, чтобы их пустили в город.
Алеяндро вбежал в город и закричал:
-Уилфрит! Сюда скорее!
Маг молнией выбежал из своего домика и помчался к снова обретенному другу.
- Нашелся! Где ты был?
- Погоди с расспросами. Сначала помоги ему.
Алеяндро положил Ахемена на землю.
- Чтоб меня тирроны в ад забрали! Ахемен, ты жив!
- Думаю, уже нет, - покачал головой жрец.
Маг опустился на колени перед своим Повелителем. К этому времени подошли остальные. Алеяндро пожал руку Густаво и улыбнулся Арикалине. Потом уставился злым взглядом на чонтали.
- Кто он и что ему здесь надо?
- Успокойся, - мило сказала Рика, взяв Алеяндро за руку. – Он друг. Мы тебе потом все расскажем.
Он немного успокоился и опять посмотрел на Ахемена.
- Он поправится?
- Не думаю, - покачал головой Уил. – Его убивает браслет. Это все что я могу сказать. Я могу привести его в чувство, только для того чтобы с ним попрощаться.
- И все?! – воскликнул Алеяндро. - И это называется великий маг? Ты должен его вернуть!
- Но я не могу.

Ахемена отнесли в один из домиков, от него не отходил маг, пытаясь хоть что-нибудь придумать. Алеяндро пока не желал разговаривать с Ренером, так как хорошо помнил, как его народ погубил его мать. Конечно, Рейнер не мог отвечать за весь народ, но чувство все же было не приятное. Пока Алеяндро волновало только одно – здоровье Ахемена. Он все же был хорошим Повелителем, а неудачи бывают у всех и с ними нужно бороться. Но Ахемена напугали, унизили и забросили в глушь. Он потерял веру в добро. Но его нашли и спасли, а значит умирать, было еще рано. Так считал Алеяндро. Но судьба могла и не согласиться с ним.
Арикалина не находила себе места , не зная куда себя девать. Что ей делать? Алеяндро вернулся, но как подойти и сказать ему, что она скучала? Что знала, что он жив и даже пыталась найти его. Но она не могла, что-то не давало и мешало ей сделать это. В детстве она была куда решительнее и смелее.
Как она могла признаться ему, когда пылкие взгляды Рейнера прожигали ее кровь. Он спас ей жизнь, а Алеяндро пока для нее ничего не сделал. Возможно, Коатикуэ все еще занимает его сердце и не собирается его покидать. Это ужасало. Она даже думала о возвращении в Майялд. Может, не стоило ей покидать родной город? Стоило остаться. Теперь, когда Алеяндро жрец он стал еще больше, не досягаем для нее. Наверно следует уйти с Ренером и жит счастливо. Воин для нее сделает все, чтобы она не знала горя. Но она не любила его. А значит, стоило ждать, пока Алеяндро увидит тепло в ее сердце.
Из дома вышел Уил и подошел к ней.
- Есть выход. Я понял, как смогу спасти Ахемена.
- Почему ты мне это говоришь? Алеяндро больше него волнуется.
На лице мага прорисовалось удивление, перемешанное с дикими интересом:
- А что? Ревнуешь его к Ахемену? Или наоборот, успела подсесть на фэх’он?
Арикалина опешила:
- Не поняла?
Потом видя хитрые глаза мага, она схватила его и подняла над землей.
- Нет, только не как котенка! – запищал он.
- А ну, Уил, признавайся, что ты знаешь?
- Ничего! Правда! Я даже не понимаю, о чем идет речь.
- Я сейчас тебе объясню.
Она подняла его выше и повесила на сучок дерева.
- Сейчас я возьму тайо и буду отрабатывать на тебе удары. Согласен?
- Хорошо, хорошо. Это не я узнал, а Густаво понял. Он ведь все знает. И понял, что ты любишь Алеяндро. Я сначала подумал, что тебе эль-мирадорец нравится, а он первый раскусил твои чувства. Знаешь, почему бы тебе не сказать ему?
- Потому что не хочу. Это мое личное дело.
- Ладно, это останется между нами.
- Что происходит? – поинтересовался Алеяндро, проходя мимо.
Арикалина посмотрела на Алеяндро, потом ушла в сад.
- А меня снять не надо?

Замок Исхана был отбит от тирронов. Чонтали не проявляли особого интереса к замку и обходились только грабежом на улицах города. Мехилида никто не трогал, оставив его в комнате. Он не мог больше нанести никому вреда, так как был обездвижен. Волф надеялся использовать его на благо города.
Отвоевать замок для фэх’он оказалось только полдела. Тирроны, конечно же, больше не лезли на рожон и не пытались отвоевать замок, но из города так и не ушли. Теперь предстояло полностью освободить город от захватчиков. А это было практически не возможно. Но Зулика не сдавалась. Пару дней они отдыхают и снова идут в бой. Волф опять был против, но она стояла на своем.
Вечером после небольшого праздника в честь победы, Зулика выбрала себе небольшую комнату и расположилась в ней. От слуг, живущих в замке, почти никого не осталось. Они старались выжить, как могли.
Волф пришел к подруге позже. Она сидела в кресле и смотрела в стену. Глаза были почти безжизненными, а мысли витали где-то очень далеко.
- В замке есть много более богатых комнат, - заметил Волф.
- После тирронов, они все одинаковые, - ответила она. – Скажи, зачем ты это делаешь?
- Что именно?
- Зачем ты издеваешься надо мной? Если тебе так ненавистно мое отношение к Ахемену, не стоит тогда мучить ни меня, ни себя.
Волф усмехнулся, прошел по комнате и сел в противоположное Зулике кресло.
- Я злюсь не на Ахемена, и не на тебя. А на то, как ты действуешь. И только. Вот ты хоть раз бы села и все хорошенько обдумала. А тебе взбредет в голову идея, и ты сразу же сломя голову бросаешься ее выполнять. Очнись, Зулика, подумай трезво.
- Но разве я оказывалась не права? Мы получили много больше, когда вернули щит, вернули замок. Разве нет?
- Все верно, - согласился друг. – Но как это было проделано…
- Каждый делает свое дело, как может. И у каждого свои подходы. И не думаю, что стоит навязывать свои идеи другому.
- И все же нужно быть внимательнее, - настаивал Волф.
- Будь уверен, я просчитываю каждую мелочь. И если мой ум справляется с задачами быстрее, чем твой, тут уже ничего не поделаешь.
- Дело не в разности наших умов, а в том, что ты подвергаешь себя опасности. И когда-нибудь твое везение, и скорость могут не помочь.
- И когда-нибудь тебе нужно будет принять быстрое решение, но ты не сможешь, так как начнешь по порядку все анализировать, - парировала она.
- Мне надоело с тобой спорить.
- И мне. – Кивнула Зулика.
Волф покинул подругу и Зулика, наконец, сделала, то о чем мечтала уже давно. Приняв теплую ванну, она сменила костюм, на более чистый. И почувствовала себя куда лучше. Она вышла из комнаты и направилась на верхние этажи замка. Полагаясь только на свою память, она нашла покои Повелителя, которые, как и все комнаты были взломы.
Здесь мало что осталось, кроме кровати и пару шкафов. На них толстым слоем лежала пыль, а одно окошко было выбито.
Больше не чувствовалось присутствие Повелителя, как будто его здесь и не было вовсе. Зулика стояла на пороге и смотрела на то, что осталось от великого и непобедимого владыки. Хоть он и был неопытен в правлении, но оставлял только теплые и добрые воспоминания. И она знала, что он здесь. Что его душа все еще тянется сюда, как бы он далеко е был. Возможно, Ахемен больше уже не вернется сюда. И скорее всего ее старания пропадут зря. Но она не могла утверждать это, так как никто не знал точно, что задумал Повелитель и где он. Оставалось лишь наедятся, что Исхан еще вернет свое утерянное величие и пропавшего без вести Повелителя. Зулика верила в удачу и верила в Ахемена.

Когда Уилфриту удалось всех собрать в одном домике, он разъяснил всю ситуацию о спасении Ахемена. Но друзья были против подобного расклада дел.
Маг предлагал, если Ахемена больше никак не спасти, то стоит прибегнуть к последнему варианту. Браслет может снять только тот, кто надел его, иначе смерть ждет обоих. Но Уил придумал выход. Он снимает браслет и спасет жизнь Ахемену. Он примет удар магического действия браслета только на себя, перетянув и то, что предназначалось и Ахемену. Двойной удар, конечно же, нес моментальную смерть.
Алеяндро сразу же высказал свой протест, сказав, что не собирается жертвовать жизнью ни одного из своих друзей. Что все должны остаться живы.
Тут маг поднял руки и провозгласил:
- О, дитя мое Алеяндро, из народа цельтали. Услышь мою истину, и истину всего мира Куэльо. Равновесие – это единственное с чем считается судьба, дух Куэльо. Если кто-то умирает, значит, кто-то родиться или воскреснет…
Арикалина схватила маленькую подушку с кровати, на которой спали эль-мирадорцы в своих домиках, и запустила ее в мага.
- За что? – завопил тот.
- И так тошно, а ты тут со своими проповедями.
- Это не проповеди, детка, а истина.
- У меня другая истина, - сказала Рика. – Все должны жить.
- Увы, увы, дитя мое, я долго пожил на свете и многое видел….
Рика вскочила с места и кинулась на мага:
- Если ты сейчас же не заткнешься, я сама отправлю тебя на тот свет!
- А!
Уил выбежал из комнаты, следом Рика. Остальные рассмеялись.

Как они не пытались, что-нибудь придумать, все равно другого выхода не было. Кто-то должен был умереть, или же нужно искать Мехилида, чтобы он снял браслет. Но идти его искать не кому не захотелось, да и смысла в этом особого не было. Все равно Ахемен умрет. Времени не было. Уилфрит ни как не мог этого допустить. Он почти всю жизнь потратил, чтобы поставить его на ноги, а теперь дать умереть. Не для этого он старался.
Незаметно подойдя к комнатке, где лежал без сознания его бывший Повелитель, Уилфрит огляделся и вошел внутрь. Ахемен был плох. Он был похож на иссушенный орех, только овального вида. Магу было совестно на него смотреть, он долго пытался себя заставить и поднять глаза. Ужасно. Теперь ему оставалось только одно…
Уилфрит сел рядом с Повелителем и взяв его за руку, стал что-то нашептывать. По руке побежали яркие желтые искорки, которые пропадали, когда доходили до руки Ахемена. Маг не переставал шептать. Наконец он почувствовал боль, исходящую из браслета. Маг стал забирать боль и отдавать Ахемену свою жизнь. Это было тяжело и больно, но он надеялся, что справиться. И ему это удалось. Силы стали возвращаться к молодому фэх’он, поэтому он закричал от боли переполняющую его тело, даже дышать было больно, а вот маг больше не мог держать маскировку и вид мальчишки сменился на старца. От бессилия он отпустил руку Ахемена.
Повелитель очнулся и, увидев себя на койке в незнакомой комнате тут же сел и огляделся. Браслет лежал рядом открытый. Ахемен, увидев своего старого учителя Ирзу, был сильно удивлен. Маг почти не дышал.
На крик прибежали остальные, и с удивлением оглядывались по сторонам.
- Что случилось? – спросила Арикалина.
Ответом послужила тишина. Густаво подошел к магу и наклонился, положив руку ему на грудь. Он закрыл глаза.
Уилфрит очнулся, но был очень слаб и почти не двигался. Он попытался встать, но эль-мирадорец не дал ему этого сделать.
Наконец Ахемен придя в себя, кинулся к старому учителю:
- Ирзу? Я думал, ты умер!
Уил улыбнулся.
- На то мы учителя, чтобы со стороны наблюдать за учениками. – Сказал он.
- Ирзу, как ты мог?
- Вот…за то из тебя вышел хороший Повелитель. Теперь ты точно обойдешься и без меня…я в этом уверен.
- Нет, подожди. – Ахемен вскочил на ноги и уставился на Густаво. – Вы можете ему помочь? Он должен жить…это важно.
Густаво медленно покачал головой.
- Нет, я так не оставлю….
Повелитель взял руки Ирзу и попытался сам дать ему сил. Он не мог снова его потерять, только приобретя. Понимая, что он не в силах помочь старому учителю, по щекам Ахемена потекли слезы. Ему было стыдно, что не подобает так себя вести Повелителю, но чувства к лучшему другу были превыше всего.
Но Ирзу погиб. Такова была цена браслета и помощи ближнего. Маг и так обошел половину этого заклинания, приняв весь удар на себя.
Ахемен бежал из домика в сад, там отдавшись всем нахлынувшим на него чувствам. Он вспомнил все, что произошло с ним за это время. Это ужасало и было слишком больно думать о будущем, особенно зная, что Исхан уничтожен. Теперь он стал совсем одинок.
С честью и достоинством проводил Уилфрита, или на самом деле мага Ирзу, Густаво по своим обычаям в дальний путь, даруя свет и яркую дорогу. Арикалина тоже тихонько плакала, вытирая лицо рукавом. Все уже успели привыкнуть к этому ворчливому магу, и никто пока не желал с ним расставаться. Они пока не верили, что уже потеряли одного из своей и так маленькой команды.
Алеяндро не находил себе места, нужно было действовать, но он не знал как. Теперь все зависело только от него. И будущее всего Куэльо лежало на его плечах. Это была слишком большая ноша, и он сомневался в том, что судьба была права в своем решении назначить его жрецом. Он слаб и возможно не справится. Конечно, он был не один. У него есть друзья, но он боялся за них и не хотел их втягивать в это. Может лучше если бы он был один. Лучше бы он умер в той пустыне! Нет. А кто тогда позаботится о Арикалине и вернет свет Майялду? Ему еще рано умирать.
Выйдя из своего домика, Алеяндро решил прогуляться по саду. Его догнала Арикалина.
- Привет, - как можно веселее сказала она. Но получилось не столь радостно. – Ты куда-то собрался?
- Да, хотел только прогуляться. Леконт – самый дивный город.
- Да уж. Слушай, а твои выходы в Зал не навредят тебе?
Алеяндро улыбнулся:
- Если только я не стану психовать и не начну говорить о странных вещах и тому подобное. А так нет.
-Это хорошо. Не хочешь рассказать, что было с тобой, что ты видел?
Он хотел было отказаться, но потом подумал, что он сделает это зря, если откажется. Она ведь соскучилась и хочет поговорить, а он как всегда ее отталкивает. Так не хорошо. Он ведь сам хотел кому-то поведать обо всем. И к тому же сам соскучился по ее веселой улыбке и открытому сердцу.
Он кивнул:
- Пойдем, прогуляемся.
Рика улыбнулась и пошла рядом с ним.
Рейнер видел это. Он все еще наделся, что Арикалина бросит попытки достучаться до сердца глупого жреца. Он не полюбит ее. Он надеялся что девушка образумится и наконец, сделает правильный выбор. Неужели разноцветные глаза этого парня ее так притягивают, или ей хочется величия? Нет, она не такая.

11.

- Вот и все, - наконец закончил Алеяндро, срывая колосок травинки с земли. – Потом я встретил Ахемена и вытащил из лап тирронов и привел сюда. Провожать его в Исхан я подумал, что нет смысла. Если город в руинах, что он нам будет делать? Я, конечно, не думал, что Уил погибнет, но теперь у него есть мы. А мы его не бросим.
- Конечно. – Кивнула Арикалина. – Ты тоже многое перенес. Но если боги хотели устроить тебе испытание, зачем они тебя выкинули из Зала?
- Это не было испытанием. - Покачал головой Алеяндро. – Они просто выкинули меня, куда попало, лишь бы я отстал от них и не приходил в Зал. Понимаешь, у них такая манера общения и отправки обратно в мир живых. Я еще с этим разберусь, не хочу опять где-нибудь затеряться.
- Мы искали тебя, - сказала Рика.
- Мне говорил Густаво, вы попали в плен.
- Да. Чонтали снова атаковали Леконт. И мы попали в засаду. Там в Трире меня заставили драться с женщинами-воинами. Но Густаво заговорил тайо, и мне удалось победить. Потом, нам помог бежать Рейнер.
Алеяндро нахмурился:
- Он мне не нравится.
- Только потому, что он чонтали?
- Нет. Я вижу, как он смотрит на тебя. Ты ему нравишься и, зная характер чонтали, он не отступится.
Арикалина не ответила.
- Что? – спросил он, остановившись. – Он тоже тебе нравится?
- Нет, - быстро ответила она. – Мы только друзья, как и с остальными. Я, конечно, ему благодарна за спасение, но он сам на это решился.
Камень с души упал у Алеяндро. Он медленно вздохнул, радуясь, что он еще не потерял Рику. Он посмотрел ей в глаза. Именно она, которая никогда бы не предала его и верящая в его успех. Но не мог признаться ей в чувствах. Он боялся. Сам не зная чего. Для него было важнее разобраться в чувствах, чем разбираться с богами и их проблемами, но он не решался. Может Коатикуэ? Нет. Она здесь не причем. Она уже давно ушла из его сердца. Теперь в нем жила только Арикалина, и больше никого в нем не будет.
Он коснулся ее длинных черных волос и улыбнулся. Потом пустив руку, сказал:
- Мне нужно сделать одно дело, возможно, я узнаю, что нужно делать дальше. И тогда у нас будет план.
Она кивнула:
- Тогда я пойду, навещу Ахемена, а то он совсем плох.
Она развернулась и пошла к домику Повелителя Исхана, с сердцем полным грустью и досады. Она каждый день ждет от Алеяндро большего, но он не делает ничего, чтобы их сблизить. Может она зря старается? Но она все равно не смогла бы отказаться от него. Любовь пылала в ее груди, как самый жаркий пожар, который невозможно было бы себе вообразить.

Снова яркий свет. Желтый стеклянный пол. Колонны и тьма в дали. Но теперь он уверенно стоял на ногах, чувствуя под собой твердый пол и больше не боясь, что он начнет в него проваливаться. Он все контролировал. По крайней мере, пытался это делать. Вроде получалось. Теперь он полностью мог чувствовать свою силу и мог ее контролировать. Он, наконец, поверил в себя.
Синие Зала стало ярче, как бы радуясь вместе с ним за его успехи. Это еще больше приободряло Алеяндро, но расслабляться не стоило, пора было действовать. Алеяндро представил себе Зал, только сочетав в нем только сущность одного бога – Эритэ. Все чем он повелевал, морем, погодой. Он полностью вычеркнул власть бога Кольо. Больше и намека на его присутствие не было. Полная власть Эритэ.
Зал стал не столь ярким и постепенно потухал. Повеяло холодом. Алеяндро машинально поежился. И вскоре увидел одну тень. Он боялся, что появится и вторая тень, поэтому огляделся по сторонам. Тень была одна. Значит получилось.
Зал темнел. Но Алеяндро знал, что делал.
Эритэ принял привычную форму и смерил взглядом Алеяндро с ног до головы.
- Твои успехи на лицо, - усмехнулся бог. – Но разве ты не думал, что этими фокусами ты не сможешь нас остановить?
- Нет, - ответил Алеяндро. – Я всего лишь хочу воззвать к вашему разуму.
- Ты зазнался низший!
- Я жрец.
- Ты еще не дорос до него.
- Я жрец, - также твердо повторил Алеяндро.
Эритэ замялся, так как сказать что-то еще по поводу неопытности Алеяндро и ложного заявления о своем ранге, он не смог.
- Да, - кивнул Алеяндро, - вы знаете кем я стану. Поэтому и боитесь меня. Вы не боги.
- Как ты смеешь! – возмутился Эритэ.
- Посмотри вокруг. – Развел руками жрец, чуть не потеряв при этом контроль над Залом. – Зал тускнеет, его свет не такой яркий. Это потому что, ты один без брата. Но все равно погибает, а не будет Зала, не будет и тебя.
- Чушь какая-то. Это ты заставляешь его тускнеть.
- Нет. Я только оставил твою сущность в нем. Вы с Кольо должны быть вместе.
- Никогда! – ответил Эритэ. – Этот высокомерный и бездушный бог желает власти.
- А ты нет? – спросил Алеяндро.
- Убирайся!
Зал совсем потемнел, и воцарилась темнота.
Алеяндро опять стал падать в никуда. Но теперь он мог это контролировать. Стоит только подумать, где находилось его тело в Леконте, и он на месте. А темноте послышались какие-то звуки. Алеяндро стал всеми силами удерживать себя в темноте, но не возможно было уцепиться за пустоту. Он прислушался. Это была мелодия, трудно было понять, на каком инструменте она была исполнена. Она настойчиво повторялась, как бы желая, чтобы ее запомнили. Но Алеяндро упал.
Он открыл глаза и глубоко вздохнул свежего воздуха, перемешанного с ароматами цветов. Его тело слегка дрожало от волнения и перенапряжения. Рано он на такие испытания решился. Следовало потренироваться.

Арикалина нашла Ахемена одиноко сидящего на дощечке у входа в свой домик. Он облокотился о косяк двери и медленно курил сао, так называли эль-мирадорцы скрученную из листьев травы тротии трубочку, которую курили воины пред битвой, чтобы поднять себе боевой дух. Немногие это делали. Тротия росла почти везде по всему Куэльо, но для многих эта была обычная трава. Лишь эль-мирадорцы нашли ей применение. Сао пришла по вкусу Ахемену, и чтобы немного расслабиться он закурил. Конечно, Густаво предупредил его, чтобы он не увлекался ей. Ахемен обещал быть предельно осторожным. Зажигал он ее при помощи магии.
Ахемен повернул голову, почувствовав движение возле себя. Арикалина грустно улыбнулась:
- Ты опять один?
Ахемен не ответил, только подвинулся на дощечки, предлагая ей присесть рядом. Она незамедлительно присоединилась к нему.
- Уже нет. – Улыбнулся он.
- Ты куришь? – спросила Рика.
- Иногда. Густаво посоветовал, чтобы прийти в себя после тяжелых происшествий. Эль-мирадорцы частенько этим пользуются в войне. Ирзу запрещал мне курить, но я никогда его не слушался.
- У тебя есть девушка?
- Была. Ее убили.
- Прости. Похоже, в Исхане у тебя ничего не осталось.
- Наверно нет. Хотя… - Ахемен вспомнил смелую девушку, ее глаза и решительное лицо. Он даже имя ее забыл. – Меня спасла одна девушка, но я вернулся, чтобы хоть как-то защитить свой город и не упасть в глазах фэх’он. Там меня и поймали. Наверно стоило бежать.
- Ты правильно поступил что вернулся. Это было сделано с честью. А если бы она видела, как ты вернулся, то точно гордилась бы тобой.
- Она не видела. И наверно ее уже нет в живых.
- А может, и нет. – Добавила Рика. – Я тоже думала, что потеряла Алеяндро, кода он исчез, но знала, что он жив.
- Вы любовники? – спросил Ахемен.
- Только друзья.
Арикалина замолчала. Ей стало неловко перед Ахеменом.
- Хочешь сказать, что вы никогда не объяснялись?
- Нет. Думаю, он этого не хочет.
- У меня такого не было, - улыбнулся он. – Если я любил, то сразу же об этом говорил, чтобы не мучатся. У Алеяндро маловато опыта, а значит, ему нужно помочь.
Он встал, выбросив остатки от сао.
- Ты куда?
- Вправить мозги нашему застенчивому жрецу.
- Нет. – Вскочила Рика с места, и схватила его за руку. – Ничего ему не говори. Прошу! Я потом спать не смогу!
- Чтоб меня тирроны задрали! Как у вас все запущено! - Он улыбнулся, и, коснувшись ее щеки, пообещал, - я не скажу.
Потом все же ушел. Арикалина прокляла себя, на чем свет стоит, и поспешила спрятаться в домике.

Густаво решил снова попробовать узнать о будущем и погрузиться в Зал. Он сидел в саду, посреди зеленого лабиринта. Его глаза были открыты, и из них лился желтый свет. Через несколько минут глаза приобрели естественный оттенок, и он повернул голову в сторону Рейнера, который стоял поодаль и наблюдал за эль-мирадорцем.
- Ты стоишь давно, - заметил Густаво, снова отворачиваясь.
- Что ты видел, маг? – спросил чонтали, подходя ближе.
- Я не маг, - вздохнул вождь. – Я всего лишь взываю к силам, чтобы узнать, что нас ожидает в далеком будущем. А видел я ничего. Будущее теперь закрыто от меня.
- Почему? – Спросил воин.
- Теперь вести нас должен другой.
- Кто?
- Алеяндро. Он свет во тьме, который приведет нас в мир.
- Послушай, маг, этот парень не может и на ногах стоять. Он еще не готов и вряд ли когда-то будет. Я бы мог повести народы.
- Вовлекая их в войну? – осведомился Густаво.
Рейнер быстро подошел и сел на корточки перед ним:
- Послушай, как я их поведу, это мое дело.
- Ты зол, на то, что я тебя победил, - констатировал факт Густаво.
- И это тоже, - согласился воин. – Ты запятнал мою честь и вряд ли я ее очищу. Но это мое дело. Сначала, я достигну своей цели, а потом…
Густаво резко посмотрел ему в глаза:
- Оставь ее, она куда больше значит для мира, чем просто махать мечом.
- Как ты узнал? – поднялся на ноги Рейнер.
- Ну. – Пожал плечами Густаво. – Ты же сам сказал, что я маг.
- Я сильнее, и сам могу вести народы, а там завоевать и Арикалину.
Густаво улыбнулся, стараясь не рассмеяться.
- Арикалина не чонтали, - произнес он. – И ценит жизнь, а не смерть. Учти это. А чтобы вести к свету и миру, сила в руках не нужна. Мы говорили о силе духа и разума, в чем как раз Алеяндро сильней. Он смесь двух рас, которые не считались слабыми, и обе расы почитали жизнь и свет.
- Так он еще и полукровка, - усмехнулся Рейнер.
- Точнее он сочетает в себе самое лучшее из двух рас, что куда выше и ценнее остального.
- Это мы еще посмотрим.
- А девушку не трогай, - продолжал Густаво. – Она никогда не откажется от него. Не волнуйся у тебя еще не все потеряно.
Воин фыркнул и покинул безумного эль-мирадорца. Густаво снова закрыл глаза, дабы ощутить тепло и свет.

Алеяндро одиноко слонялся то по саду, то между могучих деревьев, пытаясь что-нибудь придумать дельное. Музыка, услышанная в Зале, не уходила из его головы. Он не понимал ее, но все же что-то знакомое в ней было. Арикалина. Она была всем для него. И дороже ее для него не был даже Зал.
От мыслей его отвлек свист. Прислонившись к стволу дерева и держа в руках большой букет цветов, Ахемен насвистывал какую-то мелодию. Потом, видя что Алеяндро, наконец, заметил его, улыбнулся и понюхал цветы.
- Они так сладко пахнут, - признался он.
- Поверю тебе на слово. – Развел руками жрец.
Ахемен нахмурился:
- А тебе не нравятся?
Алеяндро не ответил. Ахемен покопался в букете и достал из него красивый белый цветок:
- Смотри, какой миленький, не уж-то он тебе не нравится?
- Знаешь, что тебе влетит от Густаво, когда он увидит что его сад остался без цветов?
- Ой, Алеяндро, не будь таким скучным. Но если тебе станет спокойнее, я их нарвал здесь в лесочке. Так как на счет этого цветочка?
Цельтали не ответил. Он подумал, что у Ахемена сдали нервы, и он подался в мечтания, так как был не в себе.
- Нет, - сказал Ахемен, выкидывая белый цветок. Потом достал желтый. – А этот? Тоже нет. Хорошо. Ну а этот? – Он показал ему красный. – Ладно. – Ахемен выбросил весь букет. – Цветы тебе не нравятся, а жаль. Цветы равны девушкам, они так прекрасны. Ладно, посмотри на солнце. Ах, как тепло! О! А трава! - он уселся на землю. – Как хорошо и тепло. Так и лег бы. Присоединяйся.
- Ахемен, - обратился к другу Алеяндро.
- Да?
- Ты спятил?
- Я? Не замечал за собой ничего подобного. Может, это ты спятил, раз не замечаешь вокруг себя такой красоты?
Алеяндро что-то задело в его словах, но он не подался. Было слишком много проблем.
- Я в норме, - коротко ответил он.
- Не думаю. Эти лучи, как руки женщины, теплы и нежны. Только лучей нельзя коснуться, а девушки можно. Она живая и теплая, как этот день. Слушай. - Ахемен перевернулся на живот. – А Рика, того, занята?
Эти слова, как молот вбили Алеяндро в землю. Стало трудно дышать.
- А то, если нет, - проложил Ахемен. – Я тут подумал, что не стоит мне упускать своего счастья и попробовать завести отношения с Арикалиной, а то ведь Рейнер тоже на нее глаз положил. Как ты думаешь?
Алеяндро посмотрел на друга, как на злейшего врага. Еще немного, и он бы разорвал бедного фэх’он.
- Нет, не свободна, - ответил он.
Алеяндро помчался в город, чуть не спотыкаясь на бегу. Ахемен весело улыбнулся и, повернувшись на спину, закинув руки за голову, задремал.
Алеяндро оббегал весь город в поисках Арикалины, и наконец, нашел ее в беседке, из которой вышел Густаво и направился вдоль домиков. Он зашел в беседку.
- Что случилось? – спросила Арикалина.
- Ничего.
- Но ты так взволнован, что я подумала, кто-то пропал.
- Нет. Мне Ахемен сказал.
Арикалина затаила дыхание и опустила глаза:
- Что он сказал?
- Что сегодня очень хороший день.
- Так и сказал? – удивилась она.
- Да. Не хочешь провести этот замечательный день со мной?
- Хочу. – Кивнула она.
- Идем.
Долгое время они молчали, бродя по Леконту. Теперь Рика боялась его. Но скорее всего, боялась своих чувств, и если он узнает это, то она просто провалится сквозь землю. Сам же Алеяндро не мог собраться с мыслями и наконец, признаться, в том, что кроме Арикалины для него никого дороже нет. Но вскоре он остановился. Он жрец, и раз бросает вызов самим богам, то стоило разрешить и эту обычную для всех ситуацию.
Он повернулся к ней лицом:
- Арикалина, я должен тебе кое-что сказать. Я люблю тебя, и не как друга, а как самую замечательную девушку на всем Куэльо. Я жить без тебя не могу.
Рика закрыла руками лицо и заплакала.
- В чем дело? – спросил он, обнимая ее и прижимая к себе.
- Алеяндро, - проговорила она, стараясь успокоиться. – Я тоже тебя люблю.
Он еще сильнее прижал Рику к себе.
- Прости меня.
- За что? – улыбнулась она, поднимая голову.
- Что не сказал это раньше.
- Извиняю. – Рассмеялась она.
Его глаза пылали голубым огнем, в котором виделись желтые язычки неугасающего пламени. Одной рукой все еще не отпуская ее от себя, Алеяндро другой, аккуратно взял ее за голову и поцеловал. Сама же Рика не была против, так как жаждала этого уже долгое время.

Прогуливаясь по саду, они вспоминали Майялд, детские годы. И как часто им попадалось от воинов, за не послушание. День прошел быстро и весело.
- Знаешь, что повлияло на меня? Признаться, я сам до жути боялся сказать тебе.
- Я понимаю тебя. – Она не отпускала руку Алеяндро. – И что же?
- Ахемен. Он мне такой концерт устроил.
Он рассказал все в подробностях и как Повелитель валялся на траве. Арикалина весело смеялась, жалея, что ее там не было.

Ночью Алеяндро видел сон. Зал богов то приближался, то отдалялся. Сначала быстро потом все медленнее и медленнее. Все время звучала музыка, которую он слышал в настоящем Зале. Когда он замедлял кружиться, музыка так же звучала медленнее. Когда она совсем еле звучала, и Алеяндро что-то начинал понимать, он проснулся. Он не помнил, что же он понял в этой музыке.
Он вышел в сад. Была ночь, а до утра еще далеко. Прошло не больше двух часов, после того как Алеяндро заснул. Яркие звезды были крупой усыпаны по черному небу. Манд. Его серебряная дорожка проходила через сад, и уводила путников в неизведаннее дали. Может и Миутли вместе с Уилфритом вступил на эту дорожку, и они вместе шагают по ней в бесконечность.
Дышалось легко, и было так хорошо, что хотелось бежать по дорожке Манда. Все проблемы казались незначительными, и обязательно должны решиться. И все будет по - прежнему, это он тоже знал.
Но Алеяндро был не единственный, кто не отдался успокаивающему сну. Ахемен так же пребывал в задумчивом состоянии, сидя в беседке, расположенной в центре сада. Она была полностью оплетена вьющимися растениями, и если бы не дымок от сао Ахемена, то Алеяндро его бы и не заметил.
- Тоже не спится? – сказал фэх’он, когда Алеяндро подошел ближе к беседке. Он сказал это каким-то странным и не привычным голосом, что казалось это произнесла сама окружающая их природа, в которой они находились. Алеяндро решил, что это придает тишина и пьянящие запахи сада. Он сел напротив друга.
- Да. – Кивнул он, смотря на тусклые огоньки у домиков.
- Наверно сегодня не простая ночь. Наверно она последняя.
Цельтали посмотрел на Ахемена:
- Что ты имеешь в виду?
- А что тут не понятного. Мир рушится у нас на глазах, но мы ничего не можем сделать. И возможно, мы больше не посидим в этой беседке и не послушаем тишину.
- Я пытаюсь найти выход.
Ахемен покачал головой:
- Я думаю, они не имели права тебя принуждать к такой ответственности. Так и с ума сойти можно.
- Нет, я благодарен Густаво,…как и тебе. Спасибо.
- Все же сказал? – Улыбнулся Ахемен.
Алеяндро кивнул.
- Это хорошо. У тебя есть цели, и ты их достигаешь. Даже не смотря на помощь, все же они осуществляются. А я вот…. Знаешь, мне нужно вернуться в Исхан. Мне кажется, что город еще не совсем потерян. Что-то осталось там, и кто-то ждет. Точнее я сказать не могу.
- Ты можешь с легкостью туда телепортироваться, - предложил Алеяндро.
- Да. Но все еще есть огромный риск снова угодить к Мехилиду, а там и к тирронам. Этого я боюсь. И вряд ли мне удастся снова бежать, если он меня казнит.
- Мне бы тоже не хотелось тебя терять, как и любого из вас, - произнес жрец. - Поступай, как сам считаешь нужным. Мы будем рады, если ты присоединишься к нам. Но если Исхан так важен, что ты не находишь себе места, то возвращайся.
- Я сам не знаю, как лучше поступить.
- Подумай, время пока есть.
- Думаю, его у нас как раз больше и нет, - заключил Ахемен.

12.

Утром снова они собрались в одном из домиков. Стоило придумать конкретный план, и наконец, действовать. Война не ждет и мерным ходом опустошает все на своем пути.
Алеяндро рассказал им свой сон, потом добавил:
- Я понял, что это была за музыка. Это голос. И он повторял только одну и туже фразу. Возможно, я ее не правильно понял, но другого значения подобрать не смог. Он говорил – найди колыбель цветов. Но я понятия не имею, о чем идет речь.
- И кто мог с тобой говорить, таким странным образом? - поинтересовался Ахемен.
- Точно не боги. Я надеюсь.
- А если они специально тебе так говорят, чтобы тебя запутать? – предположила Рика. – Они ведь хитрые.
- Именно. – Встрял Рейнер. – Ты же не бог, чтобы все знать.
Алеяндро покосился на воина:
- Все равно сидя здесь мы ничего не узнаем. Нужно найти эту колыбель и тогда возможно мы что-то поймем.
- Если мы сами не угодим в ловушку. – Хмыкнул Рейнер.
- Я согласен с Алеяндро, - произнес Густаво. – Нет смысла ждать.
- Хорошо. – Кивнул чонтали. – А куда пойдем-то?
- Колыбель цветов, - проговорил жрец. – Логичнее всего предположить, что в этом месте должны прорастать вечные цветы. Или что-то в этом духе.
Пока все обдумывали слова жреца, Ахемен потянулся за очередной сао, и, поймав укоризненный взгляд Густаво, мило улыбнулся.
- Последняя. – Пообещал он.
- Я знаю только одно место, - сказал Густаво, смотря, как фэх’он зажигает в ладони огонек. – Оно далеко отсюда, на юге. Это Великая поляна, на которой вечно цветут изысканные цветы. Я там ни разу не был, но слышал. Все равно другого плана у нас нет, можно попробовать туда сходить и что-нибудь узнать.
Возражений не нашлось, так как это было самое дельное предложение за последнее время.

Собрались они быстро, взяв только самое необходимое для путешествия. Ахемен решил пока отправиться с ними, а в Исхан вернуться он мог в любую минуту. К тому же он был обязан Алеяндро, а значит, уйти сейчас он не мог. Рейнер же отправился с ними из-за ненависти к Густаво, он решил, что маг так же к нему относится и его присутствие будет очень ему докучать. К тому же он еще мечтал отомстить ему за свой провал в бою.
Покинув Леконт, перед ними открылись дальние просторы неизведанных стран, которые они будут открывать и узнавать. Путь был долгим и тяжелым, но цель того стоила. Нужно было нести порядок и мир в Куэльо. В их душах еще теплились осколки будущего, и они делились ими в пути. Они не ведали, что из ждет впереди, но чтобы там не было , они достойно все примут и будут готовы к любым переменам.
Пройдя лес, там и многочисленные равнины они достигли огромной поляны, усыпанной множеством разноцветных цветов. Все они росли на одной высоте, ни один цветок не был ниже, ни выше остальных. Ни кто из путников не смог определить ни одного знакомого вида цветов. Они ковром покрывали долину, диаметром метров тридцать. Вокруг долины ничего не было. Лишь вдалеке виднелись верхушки снежных гор.
Друзья долгое время не сводили глаз с цветущего ковра. Таинственное молчание нарушил Рейнер.
Он пожал плечами:
- И где мы? И что особенного в этой поляне?
- Здесь собрана душа мира, каждый цветок олицетворяет душу существа живущего здесь. Сорвав цветок, можно убить живое существо. – Пояснил Густаво. – Это сердце Куэльо.
- Колыбель цветов, - добавил Алеяндро.
- Да, скорее всего это она и есть, - согласился эль-мирадорец. – Здесь живет народ – райхевалиэндр.
- Рах…чего? – не понял Ахемен. – Кто же им такое название дал?
- Райхевалиэндр, слово мира и света. Они идеал Куэльо, к которому должны стремиться.
- Тебе не кажется, что Густаво долго стоял на солнце? – шепнул Ахемен Рике на ушко.
Она улыбнулась, но промолчала.
Эль-мирадорец наклонился и подул на ближайший цветок. Ничего не произошло. Потом из центра что-то вылетело и направилось к ним. Это был маленький огонек желтого цвета, он облетел их, потом остановился напротив Густаво. Теперь можно было точно определить, что это было. Очень маленькая девочка в желтом платьице, и с желтыми тоненькими крылышками. Длинные волнистые волосы, были того же цвета, что и тот свет, которым она светилась. Она могла спокойно уместиться на ладони.
- Я рада приветствовать от народа райхевалиэндр, наших братьев в Ула Исни. – Сказала она тонким приятным голоском. – Мы знаем о вашем долгом пути и можем предложить отдых.
Ахемен задумался, над тем, где им предложат разместиться. Он надеялся, что их не заставят залезать в мизерный цветочек. Он посмотрел на Рику. Та думая о том же, только пожала плечами.
- Мы благодарны вам, - склонил голову Густаво. – И не переменно остановимся у вас ненадолго.
- Конечно, - ответила девушка-бабочка.
Она подлетела к Алеяндро и с полминуты его рассматривала, потом опять улетела на поляну. Цветки наклонились в стороны, тем самым образовав узенькую тропинку, ведущую прямо в центр поляны. Густаво пошел первым, следом Алеяндро с Арикалиной, потом Ахемен. Замыкал Рейнер. Он огляделся и тяжело вздохнув, двинулся за спутниками.
Дойдя до середины поляны, они обнаружили что тропинка, по которой они шли, пропала. А позже перед ними возник густой, почти не пропускающий дневной свет, лес. Как они в него попали, понял только Ахемен. Он лишь удивленно усмехнулся, отдавая должное этим маленьким существам в тонкостях использования телепорта. С легкостью перенести необъятное количество гостей к себе в дом. Поляна это не больше чем, огромный телепорт. Очень удобно и практически не заметно. Мило.
Лес был густой, и казалось, что здесь всегда темно. Освещение было от самих райхевалиэндр, их огоньки наполняли лес, и придавали ему сказочную таинственность. Но Ахемен не поддался этому, думая, что это очередной фокус сильного мага.
К ним подлетел красный огонек. Он был немного крупнее остальных, но все равно не больше ладони обычного фэх’он. Эта была самая главная райхевалиэндр , их королева. Красивое утонченное лицо. Красные кудри падали на обнаженные плечи. Красное платье обтягивало крохотную талию. Ножек видно не было.
Она разве руками:
- Рада видеть вас в Ула Исни. Будьте моими гостями и оставайтесь сколько захотите.
- Мы благодарны. Но, увы, мы задержимся ненадолго, - сказал Густаво. – Нас лишь интересует один вопрос. И ответ мы бы хотели получить именно здесь.
- Вы получите ответы на все вас интересующие вопросы. Только отдохните, а вечером под танцы моих сестер, мы все обсудим.
Путники отпираться более не стали. Так как домиков для высоких гостей у них не было, им пришлось разместиться на траве под деревьями. Все разошлись кто куда. Густаво все же затеял разговор с королевой, как он узнал, ее имя было – Олуфанмилана, она уже несколько веков бережет это место от не прошеных гостей.
Арикалина не отходила ни на секунду от Алеяндро, боясь снова его потерять. Она совсем не одобряла его связь с богами и выходы в Зал. Рика считала это опасным занятием, как бы он хорошо не управлял своими мыслями.
Они сели под дерево и вспомнили Майялд, и как в детстве ходили туда, куда им хотелось. И как их шугала стража. Рика вспомнила, как потащила его в пирамиду черепов. Сначала они рассмеялись, потом Алеяндро пообещал, что первым делом уничтожит эту пирамиду, иначе от поста жреца тут же откажется. Рика уверяла, что так оно все и будет.
Рейнера видно не было, скорее всего, пошел обследовать окрестности, нет ли где засады.
Ахемен так же устроился под деревом. Он только хотел задремать, как услышал тихий смешок. Фэх’он поднял голову и тут же голубой свет, спрятался в густой кроне.
Он упустил голову и улыбнулся:
- Я не кусаюсь.
- Я знаю, - пропищал чей-то голосок.
Маленький огонек голубого сияния слетел с дерева и завис напротив Ахемена.
- Привет, - сказал Ахемен. – Как тебя зовут?
- Киния.
- А я думал, что у вас у всех длинные имена.
- Нет. – Качнула она своими длинными голубыми локонами. – У всех разные. А ты Ахемен.
- Откуда ты знаешь? – удивился он.
- Мы все знаем. Нам Олуфанмилана все рассказывает.
- Понятно. – Кивнул Ахемен.
- Так же я знаю, что ты одинок. Но не переживай, это не надолго.
- Я не одинок, - возразил он. – У меня много друзей.
- Я говорю о твоей второй половинке, - уточнила Киния. – Она ждет тебя в конце твоего дальнего пути. Ты будешь счастлив.
- Что?
Киния смеясь, быстро улетела в крону листвы.
- Подожди! – крикнул Ахемен, но ее и след простыл.
Он не ожидал ничего подобного услышать. Но гоняться за огоньками он не собирался, поэтому остался сидеть на месте. Ахемен не верил, что все сложится удачно. Но если это была шутка, то довольно злая. И вообще ему здесь не нравилось. В Леконте чувствовалось легкость и порядок, хотелось отдыхать. Но здесь, наоборот все время находишься на чеку, дабы ничего не случилось. Трудно было понять почему.

Вечером, как и обещала Олуфанмилана, все сестры-огоньки танцевали и кружились среди могучих деревьев. Их огоньки завораживающе кружили по темному лесу.
Сама Олуфанмилана сидела на низкой ветке дерева, под которым разместились путники.
- А теперь, когда вы отдохнули, - произнесла она. – Я готова выслушать ваши вопросы.
Все это время она не сводила глаз с Алеяндро. Казалось, она видела его насквозь. Заговорил Густаво, он знал этот народ и почитал его:
- Вы, наверное, знаете, что Куэльо поглотил Хаос. Города тают как снег в горах. И нам, точнее моему родственнику дан был знак. И мы пришли спросить, не ваша ли цветущая поляна зовется Колыбелью Цветов?
Она молчала, все еще смотря на цельтали, потом посмотрела на Густаво и улыбнулась:
- Да я знаю о печальных событиях в мире. Но также знаю что Рука Света уже не дремлет и скоро будет конец воинам, а там и спасение.
- Рука Света? – переспросил Густаво.
- Или путь Света, который приведет к миру всех. И тирроны уйдут в далекие края, чтобы не беспокоить нашу мирную жизнь.
- Значит, мы зря волновались, - вздохнул Ахемен. – Помощь близка.
- Помощь не близка, - перебила его Олуфанмилана. - И не скоро Куэльо познает радость. Рука Света среди вас. И она еще не знает, что ей делать и как лучше поступить, но его сознание не дремлет и есть план, но начинает выполняться.
Все посмотрели на Алеяндро, он почувствовал себя неуютно. Ему не чего было ответь, поэтому он только пожал плечами.
- Но не волнуйтесь, - продолжала она. – Все в свое время. Теперь о Колыбели Цветов. Нет, это не мы. Это кристалл, сделанный из более мелких. Он переливается всеми цветами радуги, дабы указать на жизнь в Куэльо. Вы здесь его не найдете. Ее нет на Куэльо. Ее нужно искать в сознании. Хотя кристаллы нужно собрать и ощутить. Скажу еще, все произошло из-за разрушения Колыбели. Она умирает, поэтому города и тают. Нужно найти кристаллы и собрать их в большой Цветок.
- Где их искать? – спросил Алеяндро.
- У каждого народа находится по кристаллу. Кроме небольших деревень людей. Их слишком мало, чтобы создать единый народ. Боги не дали им кристалла. Их нужно собрать, но этим занимаются сами боги. Соединить должны только они, так как больше никто не обладает их силой.
- Почему бы им самим их не найти? – поинтересовался Ахемен.
- Ищут сами…
- Нет, - встрял Алеяндро. – Они не боги. Я говорил с ними. Они хотят уничтожить мир, тем самым решая спор, кто из них сильнее.
- Этого не может быть. – Покачала головой Олуфанмилана. – Ты будешь светом, который поведет всех к миру, но ты не сможешь стать богом. Прими это.
- Вы когда с ними в последний раз общались? – спросил он.
- В этом нет необходимости. Они боги. – Она улыбнулась. – Я всегда восхищалась большими мужчинами за их ум. Но я живу, к сожалению, в мире девушек, так как цветы не могут рождать мужчин. Как, по мнению королевы цветов, все города должны состоять из одних мужчин, так как они сильны и умнее. Мы же ничего не можем против них. Так же я восхищаюсь богами. Все должны подражать им, и они будут вознаграждать своих детей, как я своих огоньков-девушек. Мир должен быть сильный, а с девушками это не получится.
Ахемен вздернул брови, еле заставив себя промолчать. Он был уверен, что она сумасшедшая и сильно помешанная на богах. Ладно, у всех свои недостатки.
Алеяндро не слушал ее, так как думал, как ему поступить дальше. Ничья. Это он знал. Он сам соберет все кристаллы и ни в коем случае не отдаст их лжебогам. Он сам соберет Колыбель Цветов, он уже видел ее раньше. Теперь у него был план.
Позже они легли спать. Алеяндро долго не мог уснуть, пытаясь все обдумать и решить, что первым делом делать, а что потом.
Утром они решили покинуть Ула Исни. Королева цветов попрощалась ними. Потом три сестры-бабочки принесли один из кристаллов. Он был похож на тот, который Алеяндро видел в храме Майялда.
- Возьми его, - сказала Олуфанмилана. – Только ты сможешь его передать богам.
Алеяндро кивнул, убирая кристалл. Он знал, как ему теперь поступить. Он помнил, куда положил кристалл из Майялда. Но был зарыт в лоскутке под домом Арикалины. Он, конечно, не хотел туда возвращаться, но кристалл забрать нужно.
Теперь их путь лежал к горам, которые соприкасались с самим небом. Там жили два народа, встретиться с которыми было им необходимо.

- Что нас ждет у гор? – поинтересовалась Арикалина.
- Там живет один народ, - ответил Рейнер. – Уж очень они не дружелюбны.
Он с удовольствием погладил рукоять меча.
Рика сморщилась:
- Нельзя же все решать одним мечом, должны быть и другие подходы.
- Их нет. – Развел воин руками.
- Я бы не сказал, что это точное заявление, - встрял Ахемен, срывая листья тротии для сао. – Можно разговорами убедить так, что войны и не понадобится. Все дело случая. А как эта сказала, чтобы в Куэльо были одни мужчины…. Прости Густаво, если я оскверню твою веру, но если в Исхане будут одни мужчины, то я утоплюсь в первой же луже.
Густаво улыбнулся:
- Я согласен с тобой. Такого я не ожидал от сердца мира. Для нас они всегда были порядком, к которому мы стремились. Я так же был ошарашен этим.
- Н-да? – Ахемен убрал траву в мешок. – Может это все из-за Игры божков?
- Возможно, - кивнул Алеяндро. – Сейчас в мире происходят странные вещи, так что возможно все. Может, они воздействуют на жителей,… я попробую узнать.
- Кстати на счет, того народца, - произнес Ахемен. – Он не так уж и зловещ, как сказал мой могучий воин. Это маленький народец, живущий в лесах у гор, а рядом протекает широкая бурлящая река. Они очень быстры и их никогда не поймать. Халлок – как их называли задолго до меня, очень малы в росте. Где-то по пояс. – Фэх’он ткнул себя в живот. – Но они приятны на вид и даже красивы. Они умны, как мы с вами.
Тут он заметил, что остальные с интересом его слушают, и направляют недоверчивые взгляды на Рейнера. Видно его история их не вдохновляла.
- Так гласят письмена, - тут же добавил Ахемен.
Все как одни кивнули, соглашаясь, что письменам не всегда стоит доверять.
Вскоре они достигли подножия гор, от которых их отделяла довольно широкая и бурная река, название которых было – Василиос. Им, как говорили легенды, дали это названия огромные существа – тулновы. Они живут высоко в горах, в заснеженных равнинах, и никому не дуют прохода. Говорят, что они стерегут проходы в неизведанные миры. Но этого еще никто не знает.
Сейчас путников интересовал немного другой представитель мира Куэльо. И они искренне надеялись, что легенды Ахемена не ошиблись, что им не придется отбиваться силой.
Все наполняла тишина, и лишь шум резвящейся воды, которая быстро бежала по камням и скрывалась в лесу. Ее поток был очень быстр, и мог снести любого, кто войдет в нее. Сам же лес был не густой, лучи солнца свободно проходили сквозь негустую крону деревьев. Эта дикая и нетронутая природа, напоминала кусочек рая, сохранившийся в умирающем мире. Было чувство, что здесь еще никто не проходил. Ни одно живое существо.
Оглядевшись, Алеяндро сказал друзьям:
- Думаю, нам пока стоит здесь немного задержать и передохнуть.
- А потом ты нам прикажешь утопиться в этой реке, ради блага богов, жрец, - буркнул Рейнер.
Тут Алеяндро не выдержал нахальства чонтали. Ненависть нахлынула на его сознание. Он резко развернулся и машинально выставил руки вперед себя. Яркий луч света ударил Рейнера в грудь. Воин отлетел на приличное расстояние.
- Эй! – вскричал Ахемен, выкидывая только что зажженную сао. Он быстро встал между Алеяндро и лежащим воином.
Густаво молча, подошел к Рейнеру. На доспехах была прожжена большая дыра, но тело не пострадало. Эль-мирадорец кивнул своим мыслям. Алеяндро не ожидал ничего подобного от себя, от чего сам еще больше напугался, чем кто другой из присутствующих. Он удивленно смотрел на свои ладони, не зная, что и сказать.
Рейнер сел и тряхнул головой. Ахемен присвистнул:
- А железякам твоим конец. Ты еще легко отделался. Вот если бы луч сквозь тебя прошел, ты бы уже здесь не сидел.
- Я..., - попытался объяснить Алеяндро, но так и не нашел чем закончить.
Рейнер молча, снял с себя доспехи, оставшись в одних штанах. Мышцы на теле вздулись, а глаза едва не испускали молнии. Он быстрой, но твердой походкой пошел на Алеяндро. Ахемен попытался остановить верзилу, но воин одним движением руки смел Повелителя в сторону. Фэх’он понял, что произошло, только тогда, когда уткнулся лицом в траву.
Алеяндро решил, что сбежать от воина ему не удастся, поэтому остался стоять на месте. Рейнер схватил его за рубашку и подтянул к себе:
- Ты еще и магичить собрался, жрец?! На своих же!
- Нет,…я не знаю, как это вышло, правда.
Воин немного успокоился и отпустил Алеяндро. Арикалина, которая в любой момент была готова бежать защищать любимого, тоже облегченно вздохнула, что обошлось без драки. Густаво только скрестил руки, не сводя глаз с друзей.
- Как не знаешь? – переспросил Рейнер.
Цельтали покачал головой:
- Не знаю. Сила сама по себе вырвалась. Я не понимаю, почему это произошло. Я всего лишь разозлился, но не хотел навредить.
Рейнер недоверчиво покосился на жреца, но кивнул.
- Позвольте, - подал голос Ахемен, сидя на траве и жуя сочную травинку. – Мне вроде бы показалось, что наш воин первый начал свару. Вы так не думаете?
Густаво подошел ближе и сказал:
- Мы все устали. И Алеяндро был прав, предложив отдых. Сейчас у него снова открылись новые возможности, а значит не стоит отправлять в его адрес оскорбления и не достойные речи, а то в следующий раз уже и доспехи не смогут спасти. Имейте это в виду. Особенно те, кто не умеют держать язык за зубами.
Он посмотрел на воина. Тот только хмыкнул. Алеяндро горько вздохнув, ушел в лес. Он сильно сожалел и не мог простить себе этого. А если бы он убил Рейнера? Если бы доспехи не смягчили удар? Ему перестали навиться эти новые возможности. Он так может наброситься на любого, кто не так что-то скажет. Стоит быть спокойнее и держать себя в руках.
Арикалина не стала идти за ним, так совсем не знала, что ему сказать. Этот вопрос решил Густаво, попросив всех подождать и набрать воды, он отправился за неудачливым родственником.
- А что, теперь у нас будет два мага. – Улыбнулся Ахемен. – Мы и впрямь сила.
Рика кинула, и, подойдя к реке, умылась и набрала воды во флягу.
- Ты где это второго мага видел? – ехидно поинтересовался Рейнер, рассматривая испорченные доспехи.
- Ну, я, например, - ответил фэх’он, доставая сао.
- Маги не только умеют сао поджигать.
- Я и телепортом владею.
- Но как видно забыл, как им пользоваться, - улыбнулся воин. – Иначе давно уже был бы дома и отвоевывал свой город.
На это Ахемену не чего было ответить. Но боялся возвращаться, к тому же один.
Рика выпрямилась и посмотрела Рейнеру в глаза:
- Не знала, что тебе доставляет огромное наслаждение тыкать носом , в то, что некоторые и без тебя знают что им делать. Я была о тебе лучшего мнения.
Рейнер замолчал, понимая, что Рику теперь ему никогда не получить. Она полностью в нем разочаровалась. Он уткнулся в свои доспехи, больше ни к кому не обращаясь.

13.

Жрец сидел на сухом бревне и пытался снова выпустить луч из своих рук. Но ничего не выходило.
Густаво видя его старания, улыбнулся и сел рядом.
- Перед тобой снова открылся мир, - произнес он. – Теперь ты можешь большее.
Цельтали покачал головой:
- Совсем не многое. Но магия. Цельтали никогда ей не владели. Да и ты, только силен духом и верой. Так как?
- Это не магия, это я точно тебе говорю. Этот свет во много раз разрушительнее любой силы и искусства использования энергии. Луч был дан свыше.
- Нет. – Рассмеялся Алеяндро. – Это полностью исключено. Боги никогда бы не дали мне такую силу. Они ненавидят меня и пытаются только от меня избавиться.
- Значит, такой силой обладают не только они.
- Больше ни с кем я не знаком.
- Это пока, - проговорил Густаво.
- Ты что-то знаешь?
- Нет. Ровно столько, сколько и ты. Просто, это очевидно, раз не боги, значит кто-то другой. Если бы ты владел магией, то это сказалась бы еще в детстве. Я-то знаю.
Алеяндро кивнул.
- Но почему я не могу контролировать ее?
- Научишься.
- А если я убью кого-нибудь?
- Обуздай злость, - посоветовал эль-мирадорец.
- Это не так просто. Особенно когда моя душа полна ею.
- Это не так, - заверил Густаво. – Ты хороший цельтали, а так же добрый эль-мирадорец. Стоит над этим поработать.
- Я стараюсь, - сказал Алеяндро.
- Значит, продолжай в том же духе. А Рейнер сам виноват, что спровоцировал тебя, вот и получил. Уверен, впредь он подумает перед тем что-то сказать. Теперь нам нужно идти, так как задерживаться в незнакомом месте не стоит.
Немного переведя дух, они решили идти вдоль реки. Халлок им нужно было найти, как бы они их не встретили. Но искать им пришлось не долго, их нашли.
В лесу, когда путники затеяли нейтральную беседу, а день клонился к вечеру, они ощутили чье-то присутствие, хотя никого не видели. Алеяндро насторожился, но ничего не сказал, так как пока не было никаких оснований для беспокойства. Ахемен всю дорогу молчал, думая над тем, что какой он плохой Повелитель. Ему нужно немедленно отправится в Исхан, и отбить город. Но он не решался.
Наконец, он решился:
- Друзья, я хочу…, - но тут же осекся. – Что это?
Все оглянулись.
- Где? – переспросил Алеяндро, оглядываясь по сторонам.
- Кажется, я что-то видел, а может, и нет.
- Не навиться мне это место, - прорычал Рейнер, вытаскивая меч.
Пока они были на привале, Рика быстро сшила ему из тряпья рубашку. Нитка с иголкой, как всегда у нее нечайно затерялись в мешке.
Чья-то тень быстро промчалась среди деревьев. Рика дернулась от неожиданности и схватилась за тайо. Воцарилась тишина. Страх нарастал. Густаво коснулся плеча Рики, от чего та чуть не вскрикнула, но сдержавшись, сказала:
- Не пугай.
- Нужно идти дальше.
Спорить никто не стал. Но не успели они отойти с места, как опять увидели мелькающую тень. Теперь они не останавливалась, и ее было четко видно. Потом замерла за деревом.
Ахемен сделал шаг вперед, выставив руки:
- Выходи, мы тебя увидели. Мы не хотим зла.
Послышалось шевеление, потом из-за дерева вышло маленькое существо. Как и предполагал Ахемен, оно было ему по пояс. Мальчик был одет в серый костюм. Короткие волосы были голубого цвета, как небо, как и его глаза. Он с опаской рассматривал гостей. Рейнер усмехнулся и опустил меч. Это был не противник.
- Ты понимаешь нас? – попытался наладить контакт Ахемен. – Кто ты?
Он молчал. Фэх’он вздохнул:
- Он не понимает. Скажите – привет – каждый на своем языке.
- Я понимаю, - наконец сказал мальчик. – Я халлок, житель этих мест. Меня зовут Галбрэнд, я разведчик. А что вы делаете в наших краях?
- Мы путешественники, - произнес Густаво. – И нам не обходимо встретиться с вашим главарем, чтобы обсудить одно очень важное дело, качающееся спасения мира.
Халлок еще с минуту их рассматривал, потом посмотрел куда-то в сторону и мотнул головой. Из-за соседнего дерева вышел еще один халлок, которого они раньше не заметили, на вид ни чем не отличавшийся от первого. Галбрэнд что-то быстро ему сказал и тот пулей умчался вглубь леса.
Рейнеру понравилась их защита. Одно плохо, оружия у них абсолютно ни какого не имелось. Этого воин не понимал. Арикалина присела, корточки и махнула руками:
- Иди сюда.
- Рика, это уже давно не ребенок, - шепнул ей Ахемен.
- Отстань, я знаю что делаю. Подойди, я хочу поговорить.
- Ненормальная. – Хмыкнул фэх’он, но поймав косой взгляд Алеяндро, тут же улыбнулся и замолчал.
Халлок долго мешкал, не решаясь подойти. Но все же приблизился. Его маленькие глазки зорко следили за Рикой, в частности за ее руками. Но девушка держала их на виду. Она мило улыбнулась:
- Скажи, кто у вас повелитель этих земель?
- Наш король – Олав, очень строгий и не любит гостей, и старается ни с кем не сотрудничать. Он боится за свой народ, поэтому я не уверен, что он примет вас хорошо. К тому же вы с оружием.
Галбрэнд замолчал.
- Поверь, - сказала Рика. – Оружие только для самозащиты, не больше. Мы не хотим вреда ни вам, ни вашему королю. Нам необходимо только поговорить.
- Я-то понимаю. – Кивнул халлок, Рика только заметила, что у него были слегка заострены кончики ушей. – Но поймет ли Олав. Вам придется все рассказать, чтобы он поверил.
Арикалина больше не стала спрашивать, хотя этот маленький халлок ей понравился. Вскоре за мини пришли и сопроводили в небольшое поселение. Алеяндро заметил, что пока они шли то поднялись выше по реке. Путники увидели, что у них нет большого города, для постоянного жительства, лишь небольшие палатки из зеленых ветвей, которые легко собрать и разобрать в считанные минуты. Их численность была не большая.
- Почему вас так мало? – спросил Алеяндро.
Галбрэнд пожал плечами:
- Король считает, что будет разумнее, держать нас малыми группами по всей местности. Мне не нравится эта затея, но Олав знает лучше.
- Понятно. – Кивнул жрец, оглядываясь.
Как только великаны, а не иначе для таких маленьких существ они по другому не выглядели, появились в поселении, пару десятков голубых глаз уставились на гостей. К ним подошел другой халлок и доложил Галбрэнду:
- Король Олав только отбыл в соседнее поселение, дабы проверить там порядок. Сказал, что к вечеру будет.
- Сегодня? – уточнил Галбрэнд.
- Завтра.
- Плохо. – Он повернулся к путникам. – Вам придется остаться и подождать Олава, иначе вам придется уйти, не поговорив с ним.
- Мы подождем, - согласился Густаво.
Халлок кивнул:
- Хорошо. Можете расположиться у леса. Я вас позже навещу.
Они расположились там, где им и сказали. Вмешиваться в жизнь халлоков они не стали, поэтому нашли место подальше от их поселения.
Темнело. Быстро ночь накрывала это мирное место. Близилась осень, а значит, им скоро придется путешествовать по дождю и размытой земле. Но как бы там не было, их путь лежал еще дальше, и никакой дождь их не остановит.
Разведя костерок, они долго сидели молча. Пока не находились темы для разговоров. Что-то угнетало. Каждый думал о своих проблемах и пытался их решить, составляли примерные планы на будущее.
Когда совсем стемнело, у каждого шалашика зажглось по огоньку. Издали это смотрелось очень красиво, и совсем не хотелось отсюда уходить.
Арикалина положила голову на плечо Алеяндро и уснула. Он обнял ее и подумал, как хорошо бы было вернуться в то далекое время и переиграть все по-другому. Жениться на ней и жить счастливо в Майялде, не зная о жрецах и их силе. Теперь он точно хотел этого. Он хотел связать их судьбы воедино. Но захочет ли она? Алеяндро надеялся, что захочет. Звезды на небе были необычно яркими, и казалось, они освещают все Куэльо, как будто и не было ночи. Но ему совсем не хотелось, чтобы эта ночь кончалась.
Ахемен не смог заснуть этой ночью. Его все время терзали мысли об Исхане, и то, что кто-то его где-то ждет. Может Париса? Нет, ее убили прямо у него на глазах. Та девушка, которая спасла его? Ее темные полные решимости глаза и сильные уверенные руки. Это все, что он помнил. Как же ее звали? Но вспомнить он не мог, как бы, ни старался. Может, и нет никого. И города уже нет. Одни камни, и шастающие по ним тирроны. Наверно не следовало ему убегать из плена. Пусть бы он там сгнил среди холодных камней. Ахемен больше не видел перед собой будущего, даже не знал к чему теперь стремиться. Здесь его удерживали, только новые друзья и долг перед безумным жрецов, который вызволил его из лап мерзких мародеров. Но он не замечал никакой за собой помощи друзьям. Хотя старался помочь всем, чем мог. Это его тоже сильно беспокоило.
Густаво почти ничего не беспокоило. Он был рад, что путешествует вместе с родной душой. Он понимал как сейчас Алеяндро трудно, на нем лежит большая ответственность, поэтому он не оставил его и пытается поддержать. Он всегда готов ему помочь и защитить при случае. Конечно, судьба мира его тоже волновала, но как тому суждено, так оно и случиться. Он верил в Алеяндро. Он почти знал, что все придет к хорошему концу.
Рейнера больше волновала его запятнанная честь. Он постоянно порывался покинуть отряд, но не решался. Возможно, теперь он не хотел остаться один, когда потерял все.
Поэтому они и были вместе, так как лучшей дружбы нигде не найти. А значит, у них должно все получиться. Они на это надеялись. Вместе они сила. А сила – это то, что всегда побеждает и не знает устали, как и пощады перед врагами. Она протечет гладкой рекой, среди не сдвигаемых скал. Она сможет вовремя затаиться и узнать многое, о том, что происходит вокруг, как и неожиданно нападет. Так же она, легко пролетит по синему светлому небу большой птицей, запоминая своим зорким взглядом все, что увидит под собой.
Так и они сочетают в себе все это, вернут все на пути своя, не дав ничему кануть во тьму.
Но сейчас было не все так хорошо, как хотелось бы. Деревни, селения и города потихоньку, но верно разорялись и стирались с лица земли. Царил Хаос. Тирроны вторгались в деревни, сметая все на своем пути, не смотря под ноги. Все кто мог, разбежались в леса и горы, туда, где не смогут их достать уничтожители. Но к разъяренным варварам добавились еще и ожесточенные воины. Никто не мог понять, почему чонтали вышли из своего города. Их прежние интересы были направленные только на эль-мирадорцев, остальных они не трогали. Теперь же им нужны были новые земли и богатства. Теперь их главной целью был золотой город. Но можно было не беспокоиться, они никогда его не найдут. Это радовало Коатикуэ, что разбираться ей придется только с тирронами. Она постоянно находилась в храме и не желала ни с кем разговаривать. Она хотела мира, но получила войну. Тирроны крепко обосновались в городе, но захватывать храм пока не собирались.

Утро было не приятным и холодным. Путники сильно замерзли, когда проснулись. Костер от изморози давно потух. Халлок видно не было, казалось, домики пустовали. Странные мысли настигли Алеяндро, когда он увидел холод и пустоту, хотя еще вчера здесь царила жизнь. А вдруг их оставили и халлок ушли в другие свои поселения. Может они решили не связываться с незнакомцами. Но когда он видел Галбрэнда, то успокоился.
- Мы не выходим из шалашей, - пояснил халлок. – Когда чувствуем, что надвигается буря.
- Буря? – взволнованно переспросила Арикалина.
- Король возвращается и близится очень неприятный разговор. Мы бы не хотели, чтобы и нас затронул гнев Олава. Он зол.
- Но мы ничего не хотим плохого, - взмолился Ахемен, кутаясь в старый плащ. – Что уж ваш король такой изверг? Гнать такого ко всем тирронам!
- Тише, - обиделся Галбрэнд. - Он у нас хороший, только строгий и боится за свой народ. Если бы ты был королем, то понял бы его и сам не доверял бы незнакомцам.
- Я…, - хотел было возразить Ахемен, но осекся. Если бы он был хорошим Повелителем, то не допустил бы краха Исхана.
Он опустил глаза и отправился обирать вещи. Алеяндро нахмурился, понимая, что его задели в самое больное. Жрец знал, что Ахемен был не виноват в этом. Но как самому фэх’он в это поверить? Но не знал, как ему объяснить это, только больше расстроить. Но видя, как он мучается, не сдержался. Отойдя от друзей, он сделал вид, что помогает собираться.
- Это не твоя вина, - наконец произнес жрец.
- Чья же? – не отрываясь от дела, поинтересовался фэх’он.
- Того, кто предал тебя, - тут же ответил Алеяндро.
- Это не оправдание для Повелителя, Алеяндро. – Ахемен выпрямился и заправил белую прядь волос за ухо. Потом посмотрел другу в глаза. – Повелители не ищут, кто виноват, а кто нет, и если они бегут, то они уже не Повелители. Это мой позор на всю жизнь.
- Подожди, насколько я помню, тебя повязали.
- Да, - кивнул фэх’он. – Если бы я так глупо не попался. А остался бы с той группой, которая отбивалась от мерзких тирронов. Я должен был быть в первых рядах.
- Но ведь девушка хотела, чтобы ты пришел с подмогой.
- Но я не вернулся! – разозлился Ахемен, потом тише добавил. – И города нет.
Ахемен завязал мешок и в сердцах бухнул его о землю.
- Послушай, Ахемен, ты можешь вернуться.
- А смысл? Я ничем один им не помогу. Да и для кого мне отбивать город? И как? Я слаб.
Алеяндро рассмеялся:
- Ты сам знаешь, чего хочешь? То ты говоришь, что рвешься отбивать Исхан, то ты говоришь, что не можешь привести помощь. Как тебя понять?
Ахемен сел на мешок и свернув сао, закурил.
- Я сам себя не понимаю.
- Знаешь, мне кажется, та девушка была права. Если бы ты остался, то погиб и некому больше было бы править и восстанавливать город. А так, ты еще можешь набрать силы, еще есть шансы на успех. Я понимаю, тебя грызет совесть, что ты бежал. Да, это немного не тактично, но с другой стороны это можно назвать стратегическим отступлением.
Фэх’он улыбнулся:
- Нахватался словечков у Рейнера?
Алеяндро усмехнулся и продолжил.
- Так что все можно назвать правильным. К тому же у тебя не было выбора, тебя поймали. Ты все же попытался вернуться, ты был уверен, что вступишь в бой, значит, твоя совесть должна быть чиста.
- Но в глазах фэх’он я трус.
- Тебя видела только она и все.
- Все равно. – Покачал головой Ахемен.
- У тебя есть еще мы, - напомнил Алеяндро.
- А что вы? Четверо против целой армии. Тебе не смешно? Мне смешно. Ладно, что толку спорить, все равно дело пустое. Чего там наши?
Алеяндро обернулся. Галбрэнд все еще что-то доказывал не прошеным гостям. А Густаво что-то пытался объяснить. Тут послышалось щебетание птицы, халлок быстро пробормотав Густаво пару слов, помчался в лагерь.
- Что там? – спросил жрец.
- Король прибыл, - ответил Густаво.
- Его величество решил, наконец, приземлить свое королевское место на зелененькую подушечку и вытянуть ноги для массажа, - позлорадствовал Рейнер. – Они только этим и занимаются.
- Ты так думаешь обо всех Повелителях? – Поморщился Ахемен.
Рейнер посмотрел на фэх’он, но промолчал, не удостоив его ответом.
- Думаю, нам не стоит всем идти к королю, - предложила Рика.
- В смысле? – Не понял Ахемен.
- Одного хватит. А то начнем говорить без перебоя. Ему стоит знать только суть нашего похода, не больше. Один из нас сходит и поговорит с королем, а остальные подождут.
- И кто пойдет? – тут же спросил бывший Повелитель.
Все замолчали. Стоило решить, кто лучше донесет до злого короля их историю.
- Пусть идет Алеяндро, - сказал Ахемен после недолгого раздумья.
- Почему он? – спросил Рейнер.
- Хочешь идти ты. – Пожал плечами фэх’он. – Только сам потом будешь разбираться с разъяренным халлоками, когда прибьешь их короля. А он я думаю, любит сказать что-нибудь пакостное, раз его народ так зашуган.
Он был прав. Никто и не заметил внутреннюю атмосферу народа. Лес и природа скрывали это. Алеяндро еще раз отметил, что Ахемен довольно не плохой Повелитель. И зря он так себя принижает.
- Может тебе?
- Нет. – Качнул головой Ахемен. – У меня тоже тяжелая рука, к тому же сейчас я не в духе вести переговоры.
Все посмотрели на Густаво, так как Рика первая отказалась туда идти. Он был самый уравновешенный и умный из всех присутствующих. Отпираться ему не дали. Густаво огласился и отложил свое тайо в сторону.
- Скажи, если что, то я сразу разнесу из домики ко всем лесным духам. – Качнул мечом Рейнер.
- Думаю, до этого не дойдет, - заверил Густаво.
Минуту спустя они увидели, как к одному из домиков поднесли на деревянных носилках короля Олава. Его лицо было каменным, без каких-либо эмоций. Ахемен подавился смехом и зажал рот, чтобы его не услышали. Он представил себя на носилках с таким же лицом.
- Я же говорил. – Кивнул Рейнер.
- Меня не носили! – не удержался Ахемен, но поняв, что сказал, тут же замолчал.
Рейнер странно покосился на фэх’он, но решил оставить это на потом.
Король сошел с носилок и оглядел свои владения, потом остановившись на чужаках. Его глаза дико расширились. Он указал на них рукой и воскликнул:
- Убить их!
Потом как можно быстрее скрылся в шалаше. Несколько халлоков стали приближаться к незнакомцам. Ахемен вскочил с мешка.
- Что это?
- Интересно, чем они собрались нас убивать? – усмехнулся Рейнер, проводя пальцем по лезвию меча. – Они собрались голыми руками нас убить?
- Подождите, - произнес Густаво. – Мы не будем драться.
- Почему? – обиделся воин.
- Потому что мы мирные.
- Особенно некоторые, - скривился в усмешке Ахемен, смотря на чонтали.
- Уберите оружие, - попросил Густаво.
- Никогда, - отказался Рейнер.
- Это важно.
- Нет.
- Нам нужен кристалл, - встрял Алеяндро. – А так они нам его никогда не отдадут.
- Заберем силой. – Пожал плечами воин.
- Так нельзя, - сказала Рика. – Мы несем мир, а не развязываем войны.
Больше Рейнер спорить не стал. Он убрал меч в ножны и скрестил руки. К ним подошел Галбрэнд.
- Кто-нибудь идемте со мной. Он выслушает вас. Но вы пока будете взяты в плен. Так приказал Олав. Прошу не сопротивляйтесь, вас не тронут. Идемте.
Как было решено, с халлоком пошел Густаво. Тайо он оставил. Халлоки окружили маленький отряд и стояли не подвижно. Их глаза были устремлены вдаль, на пленников они не обращали никакого внимания. Рейнер принялся затачивать оружие, звук исходил до того противный, что Ахемен постоянно морщился.

14.

Густаво завели в шалашик и позволили сесть на маленькую подушку. Напротив, восседал, на большом количестве подушек, король Олав. Он был такого же роста, как и остальные халлоки. Синие волосы чуть длиннее, чем у Галбрэнда. Голубые глаза наполнены высокомерием. Он был одет в желтый халат, подпоясанный желтым поясом.
- Вы, - начал Олав. – Вторглись в наш лес, незвано и незаконно. Но вы утверждаете, что у вас есть важное дело, не считающееся с законами передвижения этого мира.
- Да, дело у нас важное. – Согласился Густаво. - Но мы считаемся с вашими законами. Мы не знали о вас.
- Вы эль-мирадорец, представитель почти великой расы на Куэльо, и не знали о нас? Это непростительная ошибка.
- Мы, правда, о вас мало знаем, так как вас никто никогда не видел. Вы живете скрытно.
- Это не важно, - отмахнулся Олав. – Так чего вы хотите?
- Мы знаем, что Куэльо погружается в Хаос и войны. Среди нас тот, кто приведет нас к миру. Но для этого мы хотели попросить у вас одну вещь. Это некий кристалл, переливающийся всевозможными цветами.
- Это не возможно, - спокойно ответил король. – Это наша святыня и мы не можем ее отдать. Мы живем в мире и спокойствии, а ваши дела меня не касаются.
- Поверите, это все для блага Куэльо.
- Как вы сказали, этот ваш друг. Он бог?
- Нет. – Улыбнулся Густаво. - Он обычный как мы с вами, но он может многое.
- Я все понял. Теперь покиньте меня. Я буду думать, что с вами делать. А кристалл вы не получите.
- Но…
- Я все сказал.
Густаво ничего не оставалось, как только уйди. Вернувшись к друзьям, он был мрачнее тучи.
- Вижу, ничего хорошего из разговора не вышло, - произнес Ахемен.
- Да. – Кивнул Густаво. – И у нас проблемы. Он не собирается отдавать кристалл и считает нас врагами.
- Дайте мне волю, и я покажу ему кто из нас враг, - сказал Рейнер, хватаясь за рукоять меча.
- Нет. – Качнул головой эль-мирадорец. – Мы должны оставаться спокойными и ничего не предпринимать. Может он одумается.
- Что-то я сомневаюсь в этом, - пробормотала Арикалина. – Он или убьет нас, или прогонит. Но кристалла нам не видеть. Придется брать силой.
- Исключено. – Поднял руку эль-мирадорец.
К ним подошел Галбрэнд.
- К несчастью все складывается не лучшим образом. Олав разозлен и не собирается вас щадить. Он убьет вас.
- Как? – невыдержан воин.
- С помощью мысли. Мы можем разорвать мозг противника без особых усилий. Уверяю, не особенно приятная смерть.
- Зачем так жестоко? – спросила Рика.
- Такие халлоки. Зато мы не пользуемся всякими железяками. – Он кивнул на меч Рейнера.
- И что нам теперь делать? – жалобно спросила Арикалина.
Галбрэнд задумался, потом ответил:
- Я не знаю.
- Отлично. – Хлопнул себя по коленям Ахемен. Он поудобнее устроился на мешке и улыбнулся. – Мне было приятно с вами познакомиться со всеми, но видно пора прощаться.
- Отстань. – Махнул ругой Алеяндро. – Еще не все потеряно. Мы сможем как-нибудь сбежать незаметно?
Халлок только пожал плечами и, развернувшись, отправился в лагерь.
- У кого какие предложения? – поинтересовался Ахемен. – Я что-то не хочу, чтобы в моих мозгах копались, а потом оставили только мокрое место. Мне еще Исхан отстраивать!
- Не нервничай, - сказал Густаво. – Как только будет момент, мы сбежим. Так что будьте готовы.
Остальные согласились с планом эль-мирадорца. Даже если они останутся без кристалла, жизни сохранить стоило, не смотря ни на что. Они собрали все вещи и приготовили оружие. Как только Густаво скажет, они ринуться бежать.
Последние минуты были напряженными. Все были на взводе, готовые бежать в любую минуту. Но Густаво молчал и следил за халлоками. Те, кто их окружали через некоторое время ушли, так как было время ужина, и никто не должен был ничем заниматься, кроме как вернуться в свои домики. Рейнер был удивлен, как они относятся к пленникам, что оставляют их без присмотра. Или же они были настолько в себе уверены, что с легкостью достанут пленников где угодно.
Густаво этим воспользовался. Медленно взяв свой мешок и водрузив его на спину, он дал знак, и все побежали к реке. Река была широкой и с бешеным потоком воды, сметающим все на своем пути. Но ничего не оставалось, как ее переплыть, так как дольше их путь лежал в горы.
- Плыть?! – ужаснулся Ахемен. – Я в жизни этого не делал. В Исхане нет ни рек, ни морей, ни чего подобного!
- Успокойся, - сказала Рика, беря его за руку. – Это не сложно. Ты же не хочешь, чтобы халлоки тебе голову взорвали.
- Ага! Помоги им в этом сам, возьми и утопись.
Рейнер заржал, хотя Ахемена уже начало трясти.
- Выбора нет, - строго сказал Густаво, оглядываясь.
Тень быстро выбежала из леса и остановилась рядом с ними.
- Галбрэнд, - произнес Алеяндро. – Что ты здесь делаешь?
- Вам помогаю. Вот, держите.
Он протянул Алеяндро сверток. Жрец аккуратно его развернул. Осколок. Очередной кристалл неправильной гладкой формы.
- Как?
- Ну. – Развел руками халлок. – Я вам поверил. Теперь стоит торопиться. Вы никогда не переплывете реку. Ее течение смертельно. Но мы знаем, как перейти ее. Неподалеку есть брод, нужно крепко стоять на ногах, чтобы не снесло, но пройти можно.
Все согласились и пошли за Галдрэндом. Он знал место, где можно перейти, и они доверились ему. Когда они достигли места, халлок первый спустился к реке и вступил в воду. Не спеша они стали пробираться поперек реки. Течение быстро быстрым и готово унести в сторону любого. Но они держались. Они гуськом шагали за халлоком. Где-то на середине пути Ахемен оступился и течение, сорвав его, понесло вниз по реке. Он вскрикнул и ушел с головой под воду.
- Ахемен! – закричала Арикалина и прыгнула в воду за ним.
Алеяндро только хотел прыгнуть следом, как вспомнил, что она прекрасно умела плавать. И единственный, кто мог помочь Ахемену, только она.
- Нужно выйти их реки, - сказал Галбрэнд. – Идя вдоль берега, мы их найдем.
Выбравшись на сушу, они выдали одежду и поспешили вниз по реке за друзьями.

Арикалина все же смогла справиться с течением и, поймав Ахемена, поплыла к берегу. Было тяжело плыть против течения, но она справилась. Она часто плавала против течения под водопадами Майялда. В детстве они с Алеяндро часто купались у гор, пока выдавалось свободное время. Ловили рыбу, а потом снова ее отпускали. Она вспомнила все это, когда боролась с течением, это придавало сил.
Ахемен был без сознания. Еле выплыв она вытащила его на берег и подтащила к горам, чтобы их не увидели с того берега халлоки. Она боялась, что за ними может быть погоня.
Он не дышал. Хорошо, что она в свое время перечитала множество книг. Использовав, все примеры по приведению в чувства, ей удалось сделать так, чтобы он снова задышал, тем самым выплюнув всю воду, которой он нахлебался.
- Вот и хорошо. – Улыбнулась она.
Ахемена затрясло.
- Я еще не умер? – проговорил он.
- Нет. И халлоки пока до нас не добрались.
- Я перед тобой и Алеяндро в огромном долгу. Вы уже второй раз спасаете мне жизнь.
- У меня первый, - напомнила Рика.
Ахемен сел.
- Я по-тиррновски замерз, - сказал он не переставая дрожать.
Рика обняла его.
- Кстати, - произнесла она. – Ты неплохо плаваешь.
- Да?
- Ты плыл в воде, пока не потерял сознание. Если бы ты не нахлебался воды, то смог бы даже выплыть. Я же говорила, что это не сложно.
Он кивнул.
Из-за сильного ветра, приносимого с реки, становилось еще холоднее. Рика сама закоченела сидеть здесь. Она спросила:
- Как ты?
- Нормально. Нам нужно найти наших.
Они поднялись.
- Нужно идти вверх по течению. Скорее всего, они там.
Ахемен согласился, и они поспешили найти своих друзей. Не прошло и часу как они встретились. Алеяндро сразу же накинул на Рику теплую ткань из своего мешка, и заключил ее в объятия. Густаво улыбнулся и хлопнул по плечу Ахемена. Рейнер только коротко кивнул, но ничего не сказала.
- Нам нужно торопиться, - напомнил Галбрэнд. – Надо вернуться назад, там есть тропа, ведущая в горы.
Они поспешили в указанном направлении. Как только они достигли нужной тропы, Густаво указал на противоположный берег. Десяток теней кружили у реки.
- Погоня.
- Идем с нами, - тут же обратилась Рика к Галбрэнду. – Тебе уже не вернуться.
- Согласен. – Вздохнул халлок.
Они побежали вверх по склону. Халлоки пересекли реку и тоже начали подъем. Через метров тридцать Галбрэнд остановился:
- Идите. Быстрее поднимайтесь, они дальше не пойдут, там начинаются чужие владения.
- Идем с нами, - взмолилась Рика.
- Я не могу.
Галбрэнд схватился за голову и упал на землю.
- Почему?
- Уходите! Пока они не добрались до вас.
- Мы поможем тебе. – Рика стала спускаться к халлоку.
Тот выставил руки вперед:
- Нет. Уже поздно. Они убивают меня. Уходите быстрее.
Алеяндро схватил Арикалину за руку и потащил вверх.
- Нет! Мы ему поможем. – Стала вырываться она.
Но жрец не дал ей вырваться. Когда они поднялись выше, то услышали вскрик, потом тишина. Арикалина заплакала , и Алеяндро стал ее утешать.
Погони больше не было. Галбрэнд был прав, дальше они не пошли. Минуту, отдохнув, они продолжили подъем. Вскоре сильно похолодало, стал полянами встречаться снег. После очередной ночевки, стало еще холоднее, вокруг белой пленой лежал снег, он слепил глаза, когда солнце было в зените.


- Может, мне кто скажет, куда мы идем?! – воскликнул Ахемен.
- Мы идем к тулновам – великанам, которые хранят очередной наш кристалл, - ответил Густаво.
- Почему бы им просто не прийти и не отдать его нам? Я уже закоченел здесь! Я умру в этих снегах!
Алеяндро остановился:
- Думаю, нам не помешал бы привал.
- Думает он, - хмыкнул фэх’он. – Не надо думать. А остановиться давно пора, я скоро ног перестану чувствовать от этого подъема.
- В чем дело, Ахемен? – спросил Густаво. – Ты в последнее время стал немного нервным.
- Да? Нет, все нормально, даже не смотря на то, что я каждый день тащусь в эту проклятую гору, и то, что скоро бухнуть в этот ледяной снег.
Он нервно поправил белую прядь волос и сел на выступавший из земли булыжник. Он хлопнул себя по карманам. Сао и литься тротии кончились. А в горах она не растет. Теперь он не сможет курить, это было еще хуже.
- У нас проблема, - тихо сказал Густаво Алеяндро. – Ахемену скоро станет еще хуже. Он слишком много курил тротию, теперь, когда у него кончились сао , его тело будет переносить, что-то в виде стресса. Нам стоит здесь немного задержаться.
Алеяндро кивнул.
Они нашли неглубокую пещеру в скале, где и разместились. Сев у входа Алеяндро закрыл глаза и погрузился в Зал.

Теперь же он оставил в Зале, только то, что принадлежало Кольо, богу любви, богатства и порядка. Не было и намека на присутствие Эритэ. После чего послышался разъяренный вопль:
- Что ты делаешь низший?! Ты меня убиваешь! Я ослеплен! Где Эритэ?
- Его нет, - спокойно сказал жрец. – Ты же сам хотел, чтобы его не было.
- Это все ты делаешь! Я сам тебя убью!
Но Алеяндро не поддался. Он отдалил от себя Зал, поняв, что с ним даже поговорить не удастся. Вернув все на свои места, он снова оказался в Зале.
- Я требую объяснений.
- Он требует, - усмехнулся Кольо. - Да кто ты такой?
- Я верховный жрец , которого вы сами выбрали для правления в Майялде.
- А по какому праву?
- Потому что мой отец был верховным жрецом, теперь он умер. И я занимаю его место.
- Вообще-то мы его не назначали верховным жрецом, - сказал бог.
- Его выбрал Кавиль, а это значит, что он жрец.
- Да ты просто несмышленый выскочка! Сейчас как я помню, там правит Коатикуэ, и нам это нравиться.
- Не особо, - сказал появившийся Эритэ. – Она не выполняет своих обязанностей, а Майялд во тьме.
- Это дело поправимое. – Махнул рукой Кольо. – А тебя мы никогда не выберем.
Алеяндро снова услышал музыку. Она опять твердила, чтобы он нашел Колыбель Цветов.
- Что это за музыка? – спросил он.
- Какая музыка? – переспросил Кольо.
- Она постоянно здесь звучит.
- Здесь всегда тихо, - заверил Эритэ.
- Значит, мне показалось.
Алеяндро подумал, раз они не знают про это, значит им и не стоит знать.
- Ладно, - вздохнул он. – Вы хотя бы можете рассказать, с чего все началось?
- Раз тебе это интересно, мы расскажем.

В мире зародилась война, которая была готова стереть целый мир, и вогнать несчастные, души в небытие. Но не все могли с этим смериться, и многие маги решили воссоздать копию своего мира, в параллельной вселенной. Там, где никогда бы их не коснулась война. Но как они не старались, не могли этого сделать, тогда пришлось двум братьям – Великим магам того времени. О них шли легенды. Они пришли в этот мир, дабы установить Порядок и положить конец войне. Но враг был, не поедим даже для них. И больше ничего не оставалось, как только применить все усилия для выполнения заветной мечты магов – создания мира в другом измерении. Братья работали не покладая рук, и все же произошло чудо. Благодаря магическим кристаллам, взятые у древних и мудрых существ, а так же упорству в работе, они добились ожидаемого. Радость была безграничной. Они создали Колыбель Цветов, и перенесли ее на одиноко летающий остров, который находился в том измерении, куда никто ни когда не смог бы найти. Назвали его – остров Цветка. Браться умерли на этом острове, успев при этом увековечить свои души в Великом Зале, куда могли попасть только те, кто обладал определенными умениями и древней магией.
Колыбель Цветов исполнила свое предназначение и новый мир процветал. Прошли тысячелетия, и мир оставался не вредим.
Так же когда была создана Колыбель Цветов боги взяли еще восемь кристаллов и отдали их народам Куэльо, чтобы они их оберегали. Чтобы боги при случае могли воссоздать Колыбель Цветов. И похоже такой случай представился, спустя многие, многие века.

- Нет, это не возможно! – начал заводиться Ахемен. – Он будет себе медитировать, а мы мерзнуть! Нам нужно двигаться дальше!
- Мы пока не можем никуда идти, - спокойно сказал Густаво.
- Почему?
Густаво не хотелось растаивать Ахемена, поэтому он солгал:
- Алеяндро решил спросить, куда идти дальше. Поэтому нам стоит задержаться.
Ахемен хмыкнул и забился в угол пещеры. Он чувствовал, что ему становилось все хуже. Голова постоянно кружилась, дикая слабость, тошнота. Он не мог даже вылечиться себя магией, так как не мог сконцентрироваться и уловить ее потоки, не говоря уже о распределении этих потоков по телу. Теперь он понял, что слишком увлекся травой. А ведь Густаво предупреждал! И почему он не послушал? Так плохо он себя еще никогда не чувствовал.
Он слонялся по горам, не находя себе места, так как сидеть на одном месте было еще хуже. Густаво же винил себя, что не мог вовремя отобрать сао у Ахемена, каким бы он взрослым не казался. Но пока он не мог ничем ему помочь.
Прошло пару дней, а Алеяндро так и не выходил из Зала. Рика начала волноваться, не случилось ли там что-то. Но Густаво уверял, что с ним все в порядке, и скоро он к ним вернется.
А вот Ахемену было совсем дурно. Он постоянно срывался, тайком убегал, а Рейнеру приходилось искать его в горах и силой тащить обратно в пещеру. Ахемен сопротивлялся, но его попытки были ничем для сильного воина.
Однажды ночью за ним все же не уследили. Ахемен заламывая себе руки, выбежал в холод из пещеры. Утро только начинало заниматься. Яркая красная полоса над горизонтом была цвета крови. У него был жар и затруднено дыхание. Ахемен бухнулся в сугроб и дрожащими руками взял охапку леденящего белого снега и ткнулся в него лицом. Не помогло, снег только растаял. Тогда он упал в него и замер.
Когда остальные проснулись, то Ахемена уже не было.
- Опять обкурившийся фэх’он удрал! – взорвался Рейнер. – Я ему не мамка, чтобы за руку домой водить! Все, никуда не пойду.
- Конечно, его можно оставить в покое, - произнес Густаво, вылезая из-под одеял. – Но если бы не существа, которые водятся здесь…
- Какие существа? – спросила Арикалина, нервно оглядываясь на Алеяндро, который сидел у входа в пещеру.
- Белые ягуары. Злые и сильные кошки, они охотятся на всех, кто им попадется, - пояснил эль-мирадорец. - Поэтому и нужно найти Ахемена.
Он в упор посмотрел на воина.
- Может его уже съели. – Развел руками Рейнер. – Чего толку искать?
Густаво молча не спускал с него свои хрустальные глаза. Воин понимая, что все равно не отвертеться, что-то промычал себе под нос, взял меч и вышел из пещеры.
Очнулся Ахемен от холодала пронизывающего все тело и тошноты. Медленно поднявшись на колени, его желудок изверг все, что в нем находилось. Он проклял все сао, на чем свет стоит. И взмолился, чтобы скорее кончилось это мучение. Теперь вместо жара, его бил холод. По крайней мере, он начинал трезво думать, самое страшное уже позади, остались лишь мучительные последствия. Как только он поднялся на трясущихся ногах, его опять согнуло пополам. Как только выдалась минутка между приступами, он услышал чей-то рык. Ахемен замер на месте. Трясясь от холода, он увидел какое-то движение среди сугробов. Оглядевшись, он медленно подполз к груде камней и замер там. Опять начало мутить, но он сопротивлялся этому, чтобы не привлечь внимание. То, что это был не Рейнер, он знал точно. Воин бы так не крался. Вскоре он увидел его полностью. Огромная кошка, в несколько раз больше тех, которые водились в Исхане. Она была снежно-белого цвета с черными пятнами. Морда с клыками, и пасть, из которой валил пар.
От страха фэх’он стало еще хуже. Все рвалось наружу, но он сопротивлялся позывам, он не мог отвести взгляда от чудовища. Оно, медленно припадая на лапы, подходило ближе, глаза не сводило с жертвы. Ахемен готов был потерять сознание от того что его сейчас раздерут на куски. А закричать, чтобы позвать на помощь он не мог, так стоило ему открыт рот, и его опять скрутит.
Кошка готовилась к прыжку, присев на передние лапы она открыла пасть. Ахемен вжался в скалу. Бежать не было смысла, она все равно его догонит. Она прыгнула, он машинально поднял руки, закрывая лицо. Но прыгнувший навстречу Рейнер, одним взмахом меча отрубил зверю голову. Тело упало перед Ахеменом. Больше удерживать, то, что давно подкатило к горлу, он не смог.
Рейнер покачал головой:
- Ну, парень, тебя здорово разнесло.
- Да уж, - еле произнес фэх’он.
- Идем, наш маг что-нибудь придумает.
- Он не маг.
Теперь у них была еда. Ягуар на вкус был не хуже лесного кабана. Жилистое мясо было трудно жевать, но лучшей пищи в этих краях было не найти. Друзья с аппетитом справились с кошкой, не забыв оставить законную порцию Алеяндро.
Рейнер очистил шкуру, натер ее изнутри снегом, потом высушил у костра. Теперь это было хорошее одеяло, как и одежда. Рика укрыла им Алеяндро, чтобы он совсем не замерз. У остальных были свои шкуры, конечно менее красивые, чем она.
Густаво отпаивал Ахемена отваром из трав, находящиеся в многочисленных мешочках на поясе. Пострадавший еще был зелен, но как говорил эль-мирадорец, он идет на поправку. Тошнота пока не прошла, но в остальном было лучше. Он сидел, закутанный в одеяла и прихлебывал отвал, постоянно морщась от его зловещего запаха.
Рейнер чистя оружие, покосился на него и усмехнулся:
- И как? Покурить еще не хочется?
Ахемен зло, посмотрев на воина, медленно поставил чашку и молнией выметнулся из пещеры.
- Ну что ты. – Укоризненно покачала головой Рика.
- Зато еще раз желудок прочистит. – Пожал плечами воин.
- Как долго он еще прибудет в Зале? – спросила она, смотря на Алеяндро.
- Все зависит только от него. – Ответил Густаво.

15.

Алеяндро долго молчал, обдумывая все сказанное богами о Колыбели Цветов. Однажды он ее видел во сне, и как она разрушалась. Что же теперь? Мир погибает.
Куэльо погибает по двум причинам: Игра богов, они сами уничтожают его, и сама Колыбель. Если ее не воссоздать, то и никакой Игры не будет, и не чего будет спасать.
- Из-за чего Колыбель Цветов стала разрушаться? – спросил он.
- Один из кристаллов, который поддерживал мир, попал во тьму. И его свет больше не озаряет Куэльо, - ответил Эритэ. – Но даже если его найти уже не остановить разрушение. И только один из нас соберет Кобель Цветов заново.
Алеяндро снова отдалил от себя Зал, потом оставив только половину могущества, снова приблизил.
Эритэ скрестил руки:
- Опять играешься?
- Я вижу здесь, все играют. Вот и я решил вести свою Игру. Слушай, Эритэ, как ты хочешь победить Кольо?
- А что, хочешь помочь?
- Не знаю. Пока оцениваю обстановку.
- Я испорчу все чем владеет Кольо, - ответил бог. – Живых существ натравлю друг против друга, болезни, замутню разум.
Алеяндро передернуло. Жуть. На этом он и надеялся сыграть. Он снова отдалил Зал и оставил существо Кольо. Тот был в гневе.
- Ты когда прекратишь свои фокусы, низший?
- Если я был бы низший, то не смог бы такого сделать, так что слушай. Мне вот интересно, как ты хочешь совладать с Эритэ?
- Хочешь выдать мои планы ему?
- Нет, нисколько. – Покачал головой Алеяндро. – Я не поддерживаю его. Может помочь тебе? Ты сказал, что вы мало чего видите в мире, так?
- Так. Но мы чувствуем кристаллы.
- Но видеть и следит за все, нет.
- Нет, - согласился Кольо.
- Я мог бы тебе помочь в уничтожении Эритэ, и он этого не узнает.
Кольо задумался.
- Я считаю, что у тебя больше шансов, - продолжил Алеяндро. – Ты отвечаешь за саму жизнь, значит, ты можешь испортить всю природу на Куэльо.
- Мне нравятся твои мысли. И что ты предлагаешь?
- Я найду все кристаллы и отдам их тебе.
Тоже самое он сказал и Эритэ. Боги пообещали пока остановить войны. И больше не насылать тирронов и чонтали на города. Алеяндро радовало, что он нашел хоть какой-то выход. Он опять приблизил Зал, только больше не чувствовалось присутствие богов. Это его удивило. Ведь Зал не мог существовать без них. Это было невозможно! Он снова услышал тихую музыку. Алеяндро прислушался, закрыв при этом глаза.
- Смотри, - разобрал он слова.
Алеяндро снова открыл глаза, когда яркий свет залил Зал, он снова зажмурился.
- Смотри, - повторял он. – Смотри.
Жрец открыл глаза. Он увидел Колыбель Цветов, которую видел во сне. Но не она его возрадовала, а Зал. Он живой, и говорил с ним. Но когда он увидел, что лепестки Колыбели один за другим медленно откалывались и падали, он был испуган. Когда оторванный лепесток достигал земли, он превращался и пыль.
Алеяндро бухнулся на колени. Он понял, почему это происходит. Он заплакал.
- Это я виноват. Я спрятал тот кристалл и закопал в землю. Я хотел уберечь его. Это я убил Куэльо! Что мне делать?
Снова заиграла музыка.
- Иди. Ищи.
- Что? – переспросил он.
- Ищи. Иди.
- Я могу все исправить? – спросил он, поднимаясь на ноги.
- Ищи.
Зал отдалился и Алеяндро открыл глаза.
- Густаво! – вскочил он.
Шкура упала на землю, следом за ней и сам жрец. Он долго сидел неподвижно, так что ноги отказались идти. Рейнер с Ахеменом рассмеялись. Фэх’он уже был в полном порядке.
Густаво улыбнулся. А Арикалина, подбежав, помогла Алеяндро обратно сесть.
- Вот видишь, - сказал Рейнер. – Так домедитировался, что и ходить разучился.
- Я говорила, что это плохое занятие. – Покачала головой девушка.
- Нет, наоборот. – Улыбнулся Алеяндро, растирая ноги. Его взгляд упал на шкуру. – Белый ягуар? Откуда?
- Рейнер его убил, - сказала Рика. – Это долгая история, мы ее тебе потом расскажем. Одень, а то замерзнешь.
- Нет, я не могу. Отдай ее Рейнеру. Я не имею права.
Ахемен чуть не подавился куском мяса:
- С чего это? Что за новые шутки жрецов?
- У нас принято, что шкура ягуара принадлежит тому, кто его убьет и тому честь и слава, - пояснил Алеяндро.
- Тогда, я желаю тебе счастливо замерзнуть, - произнес Ахемен, снова берясь за еду.
- Алеяндро, - сказал Густаво. – Ты сейчас не в Майялде и здесь очень холодно. Я понимаю твои чувства, но нам эта шкура ни о чем не говорит.
Жрец еще немного помялся , но потом все равно натянул ее на себя. Стало теплее.
- Ты хотел что-то сказать? – напомнил родственник.
- Да. Я знаю, что нам делать. Нужно как можно скорее собрать все кристаллы, тогда все вернется на пути своя.
- Тогда идем. – Густаво поднялся.
Собрав все вещи и закидав костер снегом, они двинулись дальше в верх по склону. Их цель уже была не так далека, как раньше. Тулновы должны были вот-вот показаться, но пока была одна пустыня и белый снег.
Потом началась буря. Дорогу замело, и трудно было передвигаться. Снег лепил глаза, приходилось щуриться, чтобы что-нибудь разглядеть. Дальше они шли, куда ступали ноги, вовсе не видя ничего перед собой. Они заблудились.
- Куда теперь? – прокричал Ахемен, так как из-за ветра ничего не было слышно.
- Мы заблудились, - сказал Рейнер. – Нужно возвращаться и искать новую тропу.
- Нет, - отрезал Алеяндро, стараясь хоть что-нибудь разглядеть. – Мы на правильном пути. Держитесь.
Буря не утихала. Справа показалось что-то похожее на узкую тропку, которая вилась между скал, поднимаясь еще выше.
- Как ты узнал? – спросил Ахемен.
- Не знаю, - ответил Алеяндро. – Мне так показалось.
Буря утихла, и они стали подниматься, стряхивая с себя снег. Густаво посмотрел вниз. Ни дна, ни земли видно не было, а дышать становилось труднее. Они сильно замерзли, но продолжали подъем. Кристалл нужно было добыть. А повернуть назад, только потратить время зря.
Тропинка закончилась ровной площадкой, из хорошо утоптанного снега. Дальше в верх больше ничего небело, лишь гладкая скала. Они осмотрелись ничего.
Земля задрожала.
- Вот только этого нам не хватало. Обвал! – Ахемен прижался к скале.
- Нет, - ответил Алеяндро.
К ним вышло огромное снежное существо. Его, кожа была белая, как снег, а одет в белые меха. Он горой вздымался над маленькими путниками. В руках держал ледяную дубину. Все подняли головы.
- Что вам здесь нужно, не прошеные души? – спросил великан.
Густаво сделал шаг вперед, но Алеяндро его остановил:
- Позволь мне.
Тот кивнул.
- Мы пришли с миром. Так же мы несем мир, во все уголки Куэльо, - начал жрец. – Мир разрушается, но мы надеемся его спасти, конечно, с помощью тех, кто населяет его, если их интересует спасение мира.
Великан замычал, потом опять спросил:
- Так чего вам нужно?
- Нам нужен кристалл, который находится у вашего народа. Он один из тех, кристаллов которые воссоздадут Колыбель Цветов.
- Я не имею права о подобном говорить, - снова прорычал великан. – Я отведу вас с Кендеру, он будет с вами говорить.
Великан развернулся и пошел прочь. Остальные последовали следом. Между площадкой и правой стороной, если стоять спиной к скале, было что-то похожее на белесую пелену. Великан прошел через нее. Когда прошли в эту пелену, то оказались в очередной снежной буре. Но снег больше не лепил глаза.
Пройдя бурю перед ними открылся огромный ледяной замок, к нему вел такой же ледяной мост. Лед был настолько чистым и прозрачным, что казалось он, сделан из стекла. Замок просто висел в воздухе, а мост соединял его с горой. Они пошли по мосту.
Ахемен всеми силами старался не смотреть вниз. Пустота и снег, больше ничего там не было. В замке было множество тулновов, и каждый занимался своим делом и не обращал на них никакого внимания. Ахемен все боялся, что на него наступят, но этого не случилось.
Они поднялись на верхние этажи и узрели, как тулнов восседает на огромном ледяном троне. Он посмотрел на путников и жестом отправил прочь проводника.
- Зачем пожаловали вы в наш снежный мир? – спросил представитель тулновов.
Алеяндро еще раз сказал, все то, что говорил проводнику.
- Странно слышать, от таких маленьких существ о спасении мира, - после произнес Скендер. – Это рискованно отдать вам то, что у нас лежит в сохранности уже множество тысячелетий. Вы понимаете, что берете на себя слишком многое?
Алеяндро кивнул. Ахемен уже не в силах терпеть холод, стал подпрыгивать на месте. Он молился, чтобы этот великан отдал им стекляшку и отпустил в более теплый мир. Рика укоризненно покосилась на друга, но тот только развел руками, не переставая прыгать.
- Сложно решить. Нужно подумать. – Задумался Скендер.
Ахемен застонал. Когда он надумает отдать кристалл, уже будет некому спасать мир. Зато у него появится новая скульптура в тронном зале. Пять льдинок красиво впишутся в местную архитектуру.
- Мы не можем ждать. – Склонил голову жрец. – Мир рушится.
Великан встал.
- Ждите.
Обогнув трон, он вышел из зала.
- Я ненавижу холод! – вскричал Ахемен. – Да он издевается? Видит же, что мы замерзли! Подумать ему, видите ли надо!
- Успокойся, - сказал Алеяндро. - Здесь еще не так холодно. Подумай о пути назад, сразу же нагреешься.
Ахемен представил, что им опять спускаться через всю пургу и снег обратно, и тут же сказал:
- Да, здесь теплее.
Тулновы ходили по замку и совсем не смотрели на гостей. Это казалось странным. Неужели гости бывают настолько часто, что это в порядке вещей? Или им все равно, что происходит в замке? Хотя, что им волноваться, кто полезет на них. Даже самый ненормальный чонтали не осмелится бросить им вызов.
- У кого какие впечатления? – поинтересовался Алеяндро, смотря на тулновов.
- Холодно, - ответил Ахемен.
- Еще? – Кивнул Алеяндро.
- Они сами себе на уме и ни с кем не считаются, - сказал Рейнер. – Считают себя самой совершенной расой.
- На вас похожи, да Рейнер? – заметил фэх’он.
- Нет, - ответил воин.
Вернулся Скедер и опять сел на трон:
- Я говорил с богами.
Сердце Алеяндро упало в пятки. Он затаил дыхание. Теперь он понял странность поведения тулновов. Они связаны с Залом и богами. И если боги узнают,…хотя, он же сказал, что пойдет искать кристаллы. И если умны, то друг другу ничего не скажут. Если.
- Они дали согласие, сказав, что ты несущий мир во благо богов. Ты их посланник и избранник.
О как! Жрец был поражен, как подействовала его уловка. Рейнер зло покосился на Алеяндро, но как обычно промолчал. Великан положил на пол очередной кристалл. Жрец убрал его к остальным.
- Я благодарен за ваше доверие. И я обещаю, что оправдаю доверие богов.
Великан кивнул:
- Иди с миром, несущий мир.
Тот же великан, кто и провожал их, показал им более пологий спуск с горы. Поблагодарив и его, они начали долгий спуск. Теперь у них было уже три кристалла. Они медленно шли к цели и побеждали, получая то, что им нужно было. Алеяндро чувствовал силы в себе, и он знал, что их давал Зал. Зал, не только воплощение того мира, откуда все произошло, но и само живое существо. Как стал понимать Алеяндро, Зал – живое воплощение Колыбели Цветов. Которое может мыслить и говорить. Без Колыбели погибнет и Зал. Колыбель дает жизнь Залу, а зал Куэльо. И теперь по вине будущего жреца, Куэльо погибает вместе с ним и Зал, но он дал Алеяндро шанс все исправить, так как сам теперь не в силах. И теперь стоило торопиться. Зал наверно поможет избежать гнева братьев-богов, если они узнают, что затеял Алеяндро, но лучше пока рассчитывать только на себя. Вскоре Зал не сможет помогать, и Алеяндро будет справляться в одиночку, борясь за его жизнь.

Спуск оказался не таким долгим, как подъем. За пару дней они достигли подножия горы. Все это время они провели в веселых беседах, обсуждая тулновов и их ледяной замок, а так же их предводителя. Конечно, Алеяндро было не до смеха, его беспокоили эти снежные великаны с парящим в воздухе замке. Если они связываются с богами, ничего хорошего от них ждать не придется. Хотя, с другой стороны, они во всем их слушают и почитают. Возможно, боги что-то не договорили Алеяндро. Может это их запасной план, вывести великанов в мир. Но только Кольо мог это сделать, хотя и Эритэ тоже. Может не трогают их, зная, на что они способны. Но главное сейчас, это то, что план Алеяндро все же сработал, боги поверили ему и пока оставят уничтожать Куэльо. Это радовало. Так что к концу пути он тоже развесился с остальными.
Снова оказавшись в теплом и уютном мире, они разбили лагерь и наслаждались природой. Как оказалось, спустились они по другой тропе и с другой стороны горы. Поэтому им не суждено было снова встретить халлоков. Теперь перед ними простиралась равнина, еще не выжженная солнцем. Зеленая трава приятно пахла. Это был кусочек рая, которого так мало осталось на Куэльо.
Отдохнув и снова набравшись, сил они продолжили свой дальний путь. Как бы здесь не было хорошо, их дело больше не желало ждать. Стоило торопиться. Алеяндро всех подгонял, но не забывая во время останавливаться на привалы.
Когда долина кончилась, оставшись далеко позади, они снова оказались в войне, и первым делом они наткнулись на одно из селений людей, где бушевали как тирроны, так и чонтали.
В маленьких деревнях жили люди, как их назвали остальные представители Куэльо, они ничем не отличались и особых примет у них так же не было. Обычный цвет кожи, как у чонтали, только цвет волос у всех разный. И магией они пользоваться не умели, как и хорошей тактикой боя. Оружие у них было не больше деревянных заостренных вил и железных прутьев. На них мало кто обращал внимание, так как они не были развитии и цивилизованны. Варвары, как и тирроны.
Теперь они защищались, пытаясь отбиться от тирронов, но деревни в считанные минуты разрушались. Рейнер даже поморщился от такой нищеты и не способности за себя постоять. Алеяндро взяла злость. Еще мало беды, когда тирроны лезут на себе равных, но вырезать беспомощный люд, было низко. Хотя тирроны в отличии от чонтали не думали о чести.
- Мы должны помочь им, - твердо заявил Алеяндро друзьям.
- Да никогда, - ответил Рейнер.
- И тебе не жаль этих несчастных, в жизни не державшись оружие в руках? – поинтересовалась Рика.
- Да вы понимаете, что мы уже ничем им не поможем. – Указал рукой на деревню воин. – Они настолько беспомощны, что даже смотреть противно. Если они не сильны в магии, могли, хотя бы оружие усовершенствовать, да достойных воинов воспитать. Они ничем не отличаются от тирронов. Тьфу.
- Но все же это разумные существа, - высказался Ахемен. – И оружие хоть плохое, но все же есть, а значит придет время и они нас догонят. Конечно, к этому времени нас уже не будет.
- Слышишь, вождь, - окликнул фэх’он Рейнер. – Ты что в ясновидцы записался? Давайте уйдем отсюда, пока нас не увидели.
- Иди. – Кивнул Алеяндро. – А я помогу им.
- Чем это? – поинтересовался чонтали.
- Вот этим. – Поднял руки жрец.
И развернувшись, пошел в деревню.
- Безумный. – Выдохнул Рейнер, и отправился следом.
Остальные последовали за друзьями. Завязалась драка.
Свет. Яркий желтый свет изливался из рук Алеяндро. Теперь поняв всю суть Зала, он мог контролировать эту силу. Тирроны растворялись в этом свете, а чонтали с позором бежали. Друзья не отставали и всеми силами, которые у них были, уничтожали завоевателей. Люди ликовали и тоже не отступали.
Не прошло и часа, как деревня была освобождена. Люди кричали и благодарили спасителей. Друзья не понимали их языка, и только кивали в ответ. Рейнер не переставал плеваться, так они даже не знали обычного языка фэх’он, а говорили как-то ломано, отрывисто и совсем не складно.
Покинув эту деревню, они освободили следующую. Но мир все равно разрушался, даже не смотря на усилия путников. Многие деревни уже были пусты и спасать было не кого. Теперь их путь лежал в Леконт. Густаво должен был отдать четвертый кристалл.

В храме Майялда стоял шум и возмущенные разговоры, иногда доходило до криков. Коатикуэ была в бешенстве, от того что она услышала от своих разведчиков. Некий великий жрец несет мир в Куэльо. А так же он законный наследник на пост верховного жреца Майялда. Правление Коатикуэ пало, многие жрецы перестали ей подчиняться, пошли подозрения и обвинения в ее адрес. Она знала, что они имели в виду. Алеяндро. Теперь она его знала. Он – великий жрец, избранный богами. Это ее злило, так как она теперь никогда не сможет быть с ним вместе. Она стала жрицей, а значит никогда не должна стать чей-либо женой. Теперь терять Алеяндро она больше не собиралась, она хотела оставить его в храме. Он сообщал бы ей о воле богов, а она передала цельтали. Был бы хороший союз. Но согласиться ли он? Приходит ответ, что нет. Но можно было заставить. Стоило попробовать.
Жрица повернулась к советникам:
- Найдите этого жреца и приведите сюда. Я хотела бы с ним поговорить. Скажите ему, что я приглашаю его на разговор в Майялд. И постарайтесь выполнить мой приказ как можно скорее. Скоро настанет Маник и я должна быть готова к празднику.
Советники раскланялись и покинули храм. Коатикуэ снова повернулась к окну. Алеяндро не должен был прославиться. Она чувствовала, что он это делает ей назло. Но, ни ужели она так плохо с ним обращалась, что заслужила это? Но что же он попросит, если согласиться на ее предложение? Какие будут условия? Эти мысли ее терзали. Что же? Власти? Нет, она не могла этого допустить, иначе она потеряет все и веру цельтали.
Она знала, что с ним отправилась Арикалина, девушка из хижины. Но это не проблема. Как только Алеяндро появится в храме, она его никуда не отпустит.
Послы из Майялда отправились на поиски жреца. Двое цельтали взяли копья, сели на коней и поспешили уйти в бескрайние просторы, где может и появлялся легендарный жрец. Они спрашивали о жреце несущим свет и мир в Куэльо. Но пока никто ничего не слышал о таком. Но стоило им еще дальше отдалиться от Майялда, как слухи о жреце распространялись повсюду. Но конкретного места, где он мог находиться, никто не знал. Говорили, что он не один, с ним верные слуги, которые повсюду ступают за ним следом.
Цельтали долго думали, куда теперь отправиться, но пока решили еще поблуждать по миру. У них был приказ, и они должны его исполнить, чего бы им это не стоило.


16.

Исхан, как ни сталась Зулика, все равно не приобретал даже подобия на город. Тирронов стало меньше, а чонтали стали покидать город. Но не было больше жизни, казало сама душа покинула Исхан не надеясь, на то что он вновь станет прежним. Теперь он был пуст, как и душа Зулики.
Тирронов они не смогли полностью уничтожить. Их было еще слишком много. Казалось, что все встало в мертвую точку и не сдвигалось с места. Зулика больше не отдавала приказов, сказав только, что замок отдавать ни как нельзя. Стоило держаться хотя бы здесь. Больше не было безумных идей, она больше не выходила из своей комнаты. Даже Волф начал волноваться. Раньше ее идеи хотя бы развлекали его, теперь же когда она молчала, становилось еще хуже. Он постоянно следил за Мехилидом, тот все еще оставался неподвижной статуей. И клялся что ничего не делал с того времени, как его заколдовали. Волф конечно сомневался, что маг говорит правду, но приходилось верить.
Замок все еще находился под осадой тирронов, и это сильно действовало на нервы. Волф жаждал действий, но теперь их не было. И это злило его еще больше. После очередного разговора с магом, он решил зайти к Зулике и все же попытаться расспросить ее, о том, что на нее так повлияло.
Постучав в дверь, он стал ожидать. Послышался тихий ответ, о том, что дверь открыта и можно войти. Волф медлить не стал, и, зайдя в комнату, плотно прикрыл за собой дверь.
Зулика стояла лицом к окну.
- Привет, - сказал он, проходя по комнате. – Как настроение? Тебя почти не видно, я подумал, может что случилось.
- Вот именно, что ничего не случилось, - тихо ответила она. - Он не вернулся.
- Кто не вернулся? – переспросил Волф.
Зулика повернулась к нему лицом. Ее глаза были заплаканы.
- Ахемен. Ахемен не вернулся!
Она заплакала. Волф подошел и обнял ее пытаясь утешить, но это мало помогало.
- Пожалуйста, не плачь, это хуже чем выслушивать твои безумные идеи.
Она рассмеялась:
- Правда?
- Да. И мне уже очень скучно. Я требую задания.
Зулика отодвинулась и вытерла лицо руками.
- Задание, - проговорила она. – Нам нужно освободить город. Это единственное что нам осталось. Но это невозможно.
- Освободить город, - повторил он. – Значит, освободим, но ты останешься здесь.
- Нет, - воскликнула она.
- Ладно- ладно. Пойдем вместе.
Зулика улыбнулась и побежала собираться. Волф только покачал головой и покинул комнату.
Опять собрав вылазную группу, они тайком выходили из замка и терялись в городе. Ничего не оставалось, как ринуться в бой. Драка была жестокой и долгой. Многие погибали, но все же не зря, большую часть тирронов они уничтожили. Но тирроны постоянно наступали и не желали отдавать Исхан. К несчастью Волф был сильно ранен в бою от меча чонтали. Но фэх’он все же удалось убить на последок беспощадного воина.
Зулика оттащила друга в безопасное место, где никто бы их не увидел. Она встала перед ним на колени и зажала руками обильную рану.
- Почему ты не смотришь по сторонам? – ругалась она, не в силах остановить слезы.
- Я смотрел на тебя, - ответил он.
Она улыбнулась, потом снова заплакала.
- Ты держись. – Зулика огляделась по сторонам. - Нам помогут. Не оставляй меня совсем одну. Слышишь?
- Это уже не в моей власти. А ты не плачь, ты не будешь одна. Ахемен вернется…
- Молчи, не говори, - перебила она, захлебываясь слезами. – Он уже не вернется. Он скорее всего погиб.
- Нет, - прохрипел Волф. – Он жив. Но я не это хотел сказать. Зулика…
Девушка рыдала.
- Зулика.
- Не говори ничего. Это я во всем виновата. Это все мои дурацкие идеи по спасению города. Надо было покинуть его.
- Не говори так, ты все делала правильно. Ты спасала город как истинная его защитница, достойная стать его Повелительницей.
- Это не так.
- Это так. Зулика…я люблю тебя, но понимаю что, зря только издевался над тобой. Нужно было еще раньше отпустить тебя, но я не мог этого сделать. И теперь я ухожу чтобы не мешать тебе и твоей судьбе. Я желаю только счастья тебе с Ахеменом.
- Нет. Он не вернется. Ты мой самый лучший друг.
Волф попытался улыбнуться:
- Друг,…а я всегда хотел быть большим, но видно ошибался.
Он затих. Зулика закричала, зовя на помощь. Но пришли только тирроны, она стала отстреливаться. Потом пришли оставшиеся фэх’он и помогли покончить с варварами, после помогли оттащить тело Волфа к замку.

Тем временем, маленький измученный отряд приближался к Леконту. Теперь и он не был в мире и процветании, его также поглотил хаос войны. Тирронов здесь не было, но началась междоусобицы между самими эль-мирадорцами. Густаво был вогнана в ужас при виде того, что стало и его городом. Никто не обратил внимание на возвращение вождя. Эль-мирадорцы бегали, кричали, кто-то дрался на тайо. В воздухе стояла гарь, а низкие тучи были готовы упасть на головы. Город пал, как и многие другие.
Густаво остановил одного эль-мирадорца и попытался узнать что здесь происходит. Тот только оценивающим взглядом осмотрел Густаво, потом развернулся и пошел прочь.
- Они обещали прекратить, - пробормотал Алеяндро, оглядываясь по сторонам. Колыбель. Причина гибели города не только боги, но и Колыбель Цветов. И это все по его вине.
Боги поссорились из-за него, Колыбель Цветов погибает из-за него, Зал умирает, тоже из-за него. А он еще в жрецы метит. Да как он может! Но Зал сказал, что можно все исправить.
Алеяндро повернулся к эль-мирадорцу:
- Густаво, стоит торопиться. Найди кристалл, и мы покинем Леконт. Единственное спасение для всех – это Колыбель Цветов.
- Я отдам кристалл, но не пойду с вами. Я должен защитить свой город.
- Они не послушают тебя! – возмутился Алеяндро. – Колыбель Цветов рушиться, поэтому это все и происходит. Мы не должны разделяться.
- Вы справитесь, я знаю. А в бою меня замени Рика.
- Тебя никто не заменит, - встрял Ахемен.
- Пришло время прощаться. Осталось совсем не много. Найдите остальные кристаллы и верните мира в Куэльо.
- Густаво не оставляй нас, - взмолилась Рика.
- Ждите здесь, - сказал эль-мирадорец и отправился в свой домик.
- Я этого не переживу. – Опустил голову фэх’он.
- Могу исполнить твое желание, дабы не мучиться, - предложил Рейнер.
- Нет, спасибо. – Тут же встряхнулся Ахемен.
- Как хочешь. – Пожал плечами вин. – Мое предложение еще в силе, если что.
- Я запомню. – Кивнул Повелитель.
Густаво вернулся, неся в руке четвертый кристалл. Осталось собрать ровно половину, а так же пройти полпути до конца тьмы и бесконечных воин.
Так же друг вел за собой четверых золотых коней. Они величало, ступали за хозяином.
- Это вам, мой прощальный подарок, - сказал он. – На них вы быстрее закончите нашу миссию.
Он протянул осколок Алеяндро, и тот незамедлительно его забрал.
- Мне правда лучше остаться, - грустно произнес золотой друг.
- Это твое право. – Кивнул Алеяндро. – Но нам нужно спешить. Надеюсь, еще увидимся.
- Да.
Они обнялись. Потом Густаво весело похлопал Ахемена по плечу, потом обнял Арикалину. Когда очередь дошла до Рейнера, воин поднял голову:
- Маг из тебя все же плохой, – сделал заключение Рейнер.
Густаво улыбнулся и протянул руку. Воин кивнув, пожал ее.
Эль-мирадорец вернулся в город. Остальные продолжили свой долгий путь.
Грустно было расставаться с хорошим другом, даже родственником. Но он решил заняться благоустройством своего города. Это его право. Особенно если но правитель этих земель, и видя как разоряется Леконт, он не мог поступить иначе. Эти мысли терзали Ахемена, как только они покинули город эль-мирадорцев. Он так же должен был остаться и защищать свой город. Как же он ничтожен!


Как только они отдалились от города, и затерялись в густом лесу, Алеяндро свалила дикая слабость. Рика видя, что ему нездоровиться, тут же объявила о привале. Простояли они здесь несколько дней, пока жрец не начал хотя бы подавать признаки жизни. Как думала Рика, это все из-за Зала. Он слишком много забирает у него сил. Это сильно ее волновало. Алеяндро все никак не поправлялся, а время шло.
Ахемен пытался помочь, чем мог, но помогало мало. Рика пыталась отпаивать его травами, научившись варить снадобья у Густаво. Но также толку было мало. То Алеяндро дрожал от холода, то его бросало в жар, но слабость не проходила. Он не мог даже руки поднять, еле ворочал языком и постоянно спал.
Однажды утром Рика отправила Ахемена за травой в лес, а Рейнера оставила сторожить Алеяндро, сама же пошла, искать чистую воду.
Набрав необходимой травы, на тротию он старался даже не смотреть, Ахемен сунул траву в сумку и отправился обратно к лагерю. Но заблудился. Хотя был уверен, что далеко в лес не уходил. Блуждал он долгое время, проклиная все леса на свете. Так как в Исхане леса не было, он не особо умел в нем ориентироваться.
Перебравшись через кустарник, он услышал какие-то шуршащие звуки. Ахемен замер на месте, прислушиваясь. Он медленно наклонился и стал рвать еще травы для Алеяндро. Шорох повторился. Фэх’он выпрямился, уронив траву обратно на землю. Тут к нему вышел один из чонтали.
- Привет, - вздрогнув, произнес Ахемен. – Чего забыл?
Воин не ответил, а только с мечем на голо, двинулся на фэх’он.
- Что, болтать не будем? – обиделся Повелитель. – Ну и ладно.
Фэх’он выкинул несколько боевых заклинаний, а так же пару огненных шаров, но с воином ничего не произошло, он продолжал наступать.
- И чем же вас кормят, что даже магия не берет?! – вспылил Ахемен, лихорадочно обдумывая следующие действие.
Приметив неподалеку высокое дерево, он ринулся к нему, надеясь, что эта громадина в железяках не умеет лазить по деревьям. Но ему перегородил путь другой чонтали, которого Ахемен не заметил. Чонтали занес меч над головой врага для удара, но в этот же момент мощное тело золотого коня смело воина в строну. Густаво стоя уже на земле, взмахнул тайо и голова второго воина отделилась от тела.
Густаво опустив тайо, улыбнулся Ахемену:
- Что ты здесь делаешь?
- Я? Я-то лекарство собираю. А вот ты?
Ахемен подобрал траву.
- Как же Леконт?
- Его уже не спасешь. Пока. Никто не слушал меня, чего уж говорить о мире.
- Понятно. – Кивнул Ахемен.
- А что Рика делает? Ее зелья я за милю почувствовал. Наверно опять перепутала дозировку.
- Что они такие пронзительные? – поморщился Ахемен.
- Да нет. – Пожал плечами Густаво. – Просто если положить на одно растение больше они начинают издавать резкий запах, который распространяется на больше расстояние. Не зря чонтали тебя нашли.
- Ну тогда я не завидую жрецу.
- А что с Алеяндро?
- Не знаем, плохо ему стало. Мы решили остановится, пока он не поправиться.
- Ладно, сейчас посмотрим, чем можно ему помочь.
- Да. – Остановил его Ахемен. – Спасибо, что спас.
- Да не за что. Идем.


Привязав свое коня к остальным, Густаво поздоровался со всеми, кого еще не видел, и вкратце рассказав, что о случившемся, он сразу же подошел к Алеяндро. Он был совсем плох.
- Зал, - прошептал родственник.
И встав на колени перед родной душой, положил руки Алеяндро на грудь. Он закрыл глаза и воззвал к свету, миру, самому залу. Именно зал не давал умереть Алеяндро. Но они оба не могли с этим справиться, так как слишком слабы. Древние заклинания Густаво помогли вылечить жреца, свалив при этом самого спасителя. На взволнованные вопросы друзей, он сказал, что поправиться куда быстрее.
И вскоре они продолжили путь. Теперь они быстрым галопом мчались к Триру, городу воинов и тяжелых смертоносных мечей. Здесь-то путники встали в тупик. Как же им попасть в логово зверей и извлечь оттуда кристалл.
Рейнер был изгнанником, поэтому идти одному туда он не мог. А остальные никогда живыми оттуда не выйдут.
Любуясь на далекие белые стены Трира, Рейнер долго молчал, но потом сказал:
- Я пойду туда и сдамся. Потом выберусь и найду кристалл.
- Хорошо. – Кивнул Ахемен, запивая еду, свежей водой. – И как ты это сделаешь?
Воин вздохнул и терпеливо повторил.
- Я сдамся страже, - сказал он. – Потом достану кристалл.
- Это я понял, не глупее тебя. Но как именно ты собираешься это все провернуть?
Рейнер начал злиться.
- Ахемен, прекрати. – Ткнула Рика кулаком фэх’он. – Что ты имеешь в виду?
- Давайте по порядку, - согласился Ахемен. – Вот ты, каким-то чудом, наверно вплавь переплывешь бурную воду. И весь мокрый и еле живой сдашься страже. Если те тебя не убьют, что весьма сомнительно, тебя отведут в камеру или куда там. Запрут. Подчеркиваю, запрут. Ты, наш сильный воин, опять же каким-то чудом взломаешь двери, или выгрызешь в ней дырку зубами или напролом, не важно. Ты без оружия. Опа. Как дальше? Теперь ты идешь по замку до зубов вооруженных воинов, но они тебя не замечают. Вот дела!
- Все, я понял, - огрызнулся Рейнер. – Это плохой план.
- И я о том же. – Кивнул Ахемен.
- У меня есть план, - произнес Алеяндро.

Черная ночь окутала Куэльо. Холодная и не приятная темнота отталкивала, и не было в ней никакого романтизма и высоких полетов искренних чувств. Небо, казалось, упадет и уничтожит весь царивший здесь хаос. А звезды посыплются горящим градом, уничтожая всех, кто привел мир в такое состояние.
Но были те, кто пытался вернуть Куэльо свой прежний блеск и очарование.. и они не спали этой темной ночью, в которой Манд не освещал серебристую дорожку, ведущую в неизвестность. Алеяндро думал, что по этой дорожке его отец все же пришел туда, где его ждали.
Сейчас он, не отрываясь, смотрел на Трир и думал о том, как бы вернуть те времена обратно и забыть об этом. Но до победы еще стоит сделать очень много дел. Коней, которые дал Густаво, им пришлось отпустить, так как привлекать внимания им не хотело. Все были против этого, но Рейнер настоял, сказав, что чонтали все же не такие глупые, как о них думают многие.
Жрец вздохнул и посмотрел на Рику. Девушка крепко сжимала в ладони тайо, а ее глаза следили за волнующейся водой, в которой отражались тусклые звезды.
- Я не уверен, - проговорил он. – Что мой план удачен.
Рика качнула головой:
- Все равно, другого у нас нет. И вряд ли будет. Нам пора.
Алеяндро кивнул.
Они спустились к воде и погрузившись на плот, сделанный по учениям Густаво, оттолкнулись от берега.
Трир хорошо освещался факелами, а на стенах находилось много стражников. Но это их не остановило. Алеяндро теперь мог чувствовать кристаллы, это была очередная возможность подаренная залом, для выполнения его цели. Поэтому они надеялись, что удастся управиться как можно быстрее. Но Алеяндро это давалось не легко, как только он пытался почувствовать кристалл, тут же начинала болеть голова и одолевала слабость. Все эти чудеса с Залом забирали слишком много сила. А почерпнуть их было не откуда, так как см Зал терял силы и не мог ими поделится. Поэтому, приходилось черпать из их себя.
Причалив к берегу, они привязали плот и поднялись к стенам города. Они стали пробираться к воротам. Стража у ворот, как и должна, была быть по плану, обезврежена и теперь мирно спала, прислонившись спинами к каменным стенам. Ахемен был блестящ в искусстве быстро плести заклинания. Поблагодарив друзей, цельтали прошли в незапертую калитку. Город спал. Ночь. Но, как всегда не все придавались сну, стража, да ночные заблудшие души.
Рика огляделась. Их могли увидеть, а друзей не было. Они не решались отойти от ворот, так как тут же попадут на свет.
- Где они? Неужели их захватили? – шепнула Рика.
- Мы это учитывали. Будем действовать по ситуации. Я попробую почувствовать кристалл.
Он закрыл глаза и открыл свое сознание. Кристалл был спрятан надежно в сокровищницах замка. Поведав эту не веселую новость Рике, он решил для начала разыскать друзей. Не успели они отойти от ворот, как со стены что-то полетело вниз. Алеяндро еле успел оттащить Рику в сторону, чтобы стражник не упал на нее. Потом послышалась ругань Ахемена. Они улыбнулись.
Фэх’он телепортировался к ним:
- И что вы тут стоите? – надулся он. – Мы вас дожидаемся. – Ахемен посмотрел на чонтали и пнул его ногой. – Не успел его поймать. Только наложил заклинание сна, как он отключился и упал. Даже если он и убился, то его смерть была одной из самых приятных. Ладно, голубки, пошли.
Ахемен перенес их к остальным. Они стояли у входа в замок. Но никак не решались идти этим путем. Здесь мнения расходились.
- Все удачно, - доложил Ахемен.
- Я думаю, - тут же произнес Алеяндро. – Что кристалл находится в подвалах замка, где сокровища.
- Отлично! Как мы туда попадем? – поинтересовался фэх’он.
- Пойдем туда, - ответил Рейнер, открывая крышку люка, замок которого был сбит.
Подвал ничем не отличался от обычных помещений, где навалено множество ненужных вещей. Здесь еще было светло.
- Прихватить что-нибудь, - проговорил Ахемен. – Как сувенир.
- Чонтали потом из тебя сувенир сделают, - отозвалась Рика.
Ахемен замолчал, все еще оглядываясь по сторонам.
Вскоре подвалы кончились, и они поднялись на первый этаж замка. И не привлекая к себе внимания стали продвигаться по коридорам. Но как на зло, не все бывает гладко, как хотелось бы, в одном из коридоров они наткнулись на стражников и пока их не заметили, Ахемен не успел, бы сделать массовое заклинание. К тому же они быстро бы забили тревогу, прежде чем он закончит. Здесь не было выхода, кроме хитрости.
Фэх’он сбил с ног Алеяндро и сам же упал на пол, сложив руки за спиной. Рика была первая, кто быстро схватила намек друга. Она отбросила тайо и, выхватив меч Рейнера, приставила его себе к горлу. Наконец, остальные поняли, что от них хотят, приняли соответствующие роли. Рика вскрикнула. Стража оглянулась и подошла ближе.
Рейнер держал Рику и зло смотрел на Густаво, который только хотел замахнуться тайо.
- Еще движение, и она умрет.
Густаво медленно опустил оружие.
- Что здесь происходит? – пробасил один из стражников, потом узнав Рейнера, выдохнул. – Ты?
- Я.
- Ты изменник! Помог бежать преступникам!
- Вообще-то, я бежал за ними, чтобы вернуть обратно. И вернул. Так же привел их сообщников. Так что с твоего позволения, я отведу их в темницу.
- Это было именно так? – засомневался стражник.
Друзья не понимали, о чем они говорят, так язык чонтали они не знали. Ахемен с Алеяндро лежали на полу, как будто после побоев.
Наконец, стража согласилась с рассказом Рейнера и сама решила проводить их до темницы, чтобы они опять не учинили драки. Заперев их в темнице, стража повела Рейнера к королю.
Алеяндро опасался, что он может их бросить, но надеялся, что он все же этого не сделает. Они давно были вместе, а значит, он должен был к ним привязаться. Хотя, кто поймет чонтали.
- Теперь давайте думать, как нам отсюда выбраться, - произнес Ахемен, поднимаясь с пола.
- Рейнер вернутся за нами, - сказала Рика.
- Не думаю. – Покачал головой фэх’он, подходя к решетки. – Он даст нам время, чтобы мы бежали и нашли кристалл. А сам их отвлечет, насколько сможет.
- Логично, - согласился Алеяндро. – Но с другой стороны, у него может быть план, и мы его только испортим.
- То же вариант. – Кивнул Ахемен. – Но мой мне больше нравится. А если хотите, можете остаться.
- И куда ты направишься? – скрестил руки жрец.
- Ты же сказал, что кристалл находится в сокровищнице короля, вот туда и направлюсь.
- Хорошо. Но ты же знаешь, что там полно стражи.
- Для этого у меня есть магия.
- Ладно. Вот, ты в сокровищнице. Где ты его найдешь? Будешь все, что там лежит? Жизни не хватит.
- Что ты предлагаешь?
- Мы идем с тобой. – Развел руками Алеяндро.
Ахемен выругался, жрец только расплылся в улыбке.
Фэх’он с легкостью взломал замок на решетке, к сожалению наделав при этом много шуму. Но оказавшийся рядом стражник был один, так что Повелитель Исхана быстро с ним справился.
До сокровищницы они шли молча, а из оружия у них была только магия Ахемена и свет Алеяндро, которым он не всегда мог пользоваться, в особенности если он настроен на кристалл.
Достигнув широкой лестницы, ведущей вниз, Алеяндро указал идти вниз. Кристалл чувствовался сильнее, а его начинало мотать, Рика как могла поддерживала своего жреца, чтобы он совсем не упал по среди дороги.
Спустившись они снова напоролись на стражу, но Ахемен, то ли от страха, или от того что у них не было времени, к тому же Алеяндро становилось все хуже, справился с ними. Вход в сокровищницу снова обеспечил фэх’он, и они принялись на поиски.

17.

В это время, Рейнер предстал перед королем Гоззо. Выслушав незатейливую историю воина, он отпустил его с миром, сказав, что награду получит утром, так как сейчас поздно и пора отдыхать. Рейнер был рад, что король поверил ему, к тому же что тут не понятного. Он бежал за преступниками и поймав вернул обратно, чтобы снова получить свое положение. Король это понимал, поэтому и поверил. Особой изворотливостью и хитростью у них не пользовалась, так как был лишь четкий военный ум. Пожить с Ахеменом, все сразу меняется и Рейнер, наконец, уразумел жизнь. Ахемен еще тот парень, хитрый и изворотливый, хотя с виду он весь открыт как на ладони.
Когда Рейнер отправился обратно к друзьям, на пути он повстречал старая знакомая женщина-воин, с которой он давно дружил. Они ни сколько не изменилась. Те же прочные доспехи, одетые на легкие ткани. Обтягивающие штаны, высокие сапоги и длинный тонкий меч. Она была единственной, кто носил лишь один меч. Черные волосы забраны в хвост. Такие же темные глаза были уставшими и печальными.
Она увидела Рейнера, и на черном небе в ее глазах вспыхнули яркие звезды. Женщина грустно улыбнулась.
- Ты не спишь в столь позднее время? – поинтересовался Рейнер.
- Не могла сегодня уснуть. Вижу, ты вернулся. Будешь просить у короля помилование?
- Нет, - ему не хотелось ей врать, но пришлось. – Я бежал только, чтобы поймать пленников и вернуть обратно. Я сделал это.
- Я вижу. И как я тебя теперь цель?
- Пока не решил, - ответил воин. – Я знаю, мы осуществляем побеги на города…
- Так приказал Гоззо и никто не может противиться этому.
- Это хорошо. Я выступаю с утра с первой же группой.
Она подошла к нему в плотную и посмотрела в глаза:
- Рейнер не делай этого, мы потом никогда не отмоем рук от этих дел. Там гибнут не винные, я не думала что король на такое способен.
- Ты думаешь ни как чонтали, а значит, ты слаба. – Сердце Рейнера обливалось кровью. Она была права, потому что он сам так же думал. Но он не мог с ней остаться, а так же взять с собой и подвергать опасностям.
- Ты стал таким же как все. – Она опустила голову. – Раньше ты был другим.
- Возможно.
- И тебе так же все равно, что я люблю тебя?
Эти слова еще сильнее прожгли его кровь, но он сдержался:
- Возможно.
Любовь для чонтали была запрещена, так еще с детства их приучали к смерти и жестокости. А размножались, лишь потому, что было нужно. По отбору сильнейших. Какая женщина самая сильная, ту и выбирал самый сильный мужчина.
Рейнер вспомнил Рику. Зачем он обманывает себя и мучает сейчас Верену?
- Мне все равно придется уйти, - наконец, произнес он. – Я должен.
Его взгляд смягчился, он даже взял ее за руку.
- Я не смогу остаться.
- А я не смогу уйти с тобой. Я женщина и не смогу стать изгоем, у меня есть свой долг и я не желаю ему изменять.
- Ты истинная чонтали. – Улыбнулся Рейнер.

Когда в груде ящиков и золота был найден кристалл, друзья как можно скорее бежали из замка, даже не смотря на то, что Алеяндро пришлось все же тащить. Он потерял сознание, когда указал точное расположение осколка. Они выбежали в ночь и поспешили к воротам. Там они уложили жреца в тени, а сами стали думать, как поступить дальше.
Были предложения идти на плот и перебраться на берег. Другие же говорили остаться и ждать Рейнера, а еще предлагали вернуться за ним. Последний вариант выкинули сразу же. Вернуться – это снова попасть в плен. Решили дожидаться здесь, конечно если он вообще вернется.

Яркие огоньки свечей в грубых, но удобных подсвечниках, освещали небольшую комнату. На широкой кровати, занавешенной белой занавесью, придавались любовным утехам совсем потерявшие смысл в жизни, те, кто уже никогда не смогут быть вместе.
Верена это прекрасно знала, поэтому, не мешкая, отдалась всем своим чувствам, которые пылали в ней уже давно. Она не думала, что Рейнер еще когда-нибудь вернется и пала в отчаяние. Но он вернулся. И она больше не желала упускать момента, и тут же им воспользовалась. Даже если он больше не вернется, то память будит жить вечно.
Сам Рейнер не мог обещать снова, вернуться, так как не знал, что его здесь ждет и что ждет там. Он рассказал ей все, а так же о своих чувствах к ней и что как только выпадет момент, тут же поспешит обратно. Она не верила этому, но все же согласилась.
Вскоре ему пришлось уходить. Быстро собравшись, и прошелся по комнате. Верена тоже встала с постели.
- Возьми вот это. – Она протянула ему маленький предмет, в виде свернутой трубочки.
Рейнер быстро сунул ее в карман, так как не хотел отрывать взгляда от ее лица. И как он мог променять ее на кого-то другого. Но теперь все встало на свои места, частично.
- Это поможет отвлечь стражу, - продолжила Верена. – Я забрала его у одного эль-мирадорца. Подуешь в нее, и стражу уснет. Магия, но действующая.
Рейнер взял ее за голову и крепко на прощание поцеловал. Теперь же он еще больше жаждал остаться. Но не мог. Он сам толком не понимал, что его тянет прочь от любимой женщины. Нет, не Рика. Это он знал точно. Возможно, он привык к друзьям и хотел им помочь. Эта мысль бросала его в ужас, как он воин чонтали мог к кому-то привязаться? Или это другое? Отговорок было много, и каждая могла бы быть правдива. Одно то, что он хотел вернуться к друзьям и продолжить путь, его сильно тревожило. Но Верена не была против и снова его отпускала. Она не могла его удерживать.

Как всегда терпение Ахемена было на исходе, он порывался даже телепортироваться в замок за Рейнером, но Густаво не позволил. Были предложения связать непоседливого фэх’он, после чего Ахемен немного присмирел, но возмущаться все равно не перестал. Вскоре когда рассвет должен был вот-вот заняться, Рейнер все же вернулся.
Ахемен смерил его злым взглядом, потом произнес:
- Ты еще завтра бы пришел. На наши похороны по всем обычаям чонтали.
- Все хорошо. – Первый раз улыбнулся Рейнер и потрепал фэх’он по голове. Это было неожиданностью. – Мы еще успеем переправиться на берег.
- Слушай, тебе там случайно не перевербовали? – осведомился Ахемен.
- Нет. – Рассмеялся воин. – Я с вами до конца. Пойдемте, нужно найти эти проклятые кристаллы и покончить совсем.
Ахемен не нашелся, что еще ответить. Такого поворота в поведении воина они не ожидали. Но все же решили больше его ни о чем не спрашивать. Плотом они пользоваться не стали, так как Ахемен их сам перебросил на берег, после чего они подальше ушли от города.
Эта ночь была долгая, и трудная всем пришлось потрудиться. Остановившись в маленькой роще, они разбили лагерь и уснули. Алеяндро пришел в себя, но все еще был слаб. Теперь же у них был пятый кристалл, и осталось совсем не много. Но Алеяндро так не думал. Стоило еще столько всего сделать, чтобы вернуть бывшую славу Куэльо. Все же ему не удалось хорошенько отдохнуть, так как постоянно тревожили беспокойные сны. В основном Зал и его гибель.
Проснулся он поздно вечером, когда все еще спали. Силы, наконец, вернулись к нему и он смог вдохнуть полной грудью чистого лесного воздуха. Птицы прекращали свое пение, устраиваясь на ночлег. Заходящее солнце не слепило глаза, а приятно пригревало своими теплыми, как руки матери, лучами. Алеяндро закрыл глаза. Как хорошо. Воздух, запахи леса, редкие птицы, солнце. Как хотелось обо всем забыть и вечность сидеть на этом месте.
Но дела не давали расслабиться. Еще не все сделано, чтобы отдыхать. Теперь же их путь лежал к тирронам. От этой мысли Алеяндро стало не по себе. Тут они точно ничего не смогут сделать. Их не обмануть, так как они совсем не могли думать.
Когда стемнело и все проснулись, за ужином жрец поведал им эту новость, от которой Ахемен даже вздрогнул. Опять оказаться среди этих зверей и возможно снова угодить в плен.
- С вашего позволения я вернусь в Исхан. Ладно? А то у меня неприятное ощущение накатывает при виде тирронов.
- Нет. – Сказала Рика, готовясь схватить Ахемена, если тот вздумает убежать. – Мы идем все вместе, иначе мы никогда не победим богов и не восстановим Колыбель. Ты понял?
- Да чем я вам помогу? Я боюсь всего…
- Не опускай себя ниже тирронов, - произнес Рейнер. – твой телепорт всегда нам понадобиться. Я пока не заменить никого, кто бы мог среди нас быстро перемещаться с места на место. Так что, Исхан подождет, а потом мы его вместе отвоюем. Ясно?
Тут фэх’он ничего не оставалось, как только кивнуть.
- И как мы заберем у тирронов кристалл? – поинтересовалась Рика.
- Легко, - ответил воин. – Разнесем всех к богам, потом разберем тела и найдем осколок.
Ахемен поморщился:
- Давай, только ты сам это сделаешь со стороны. А мы что-нибудь другое придумаем.
- Зато так быстрее.
- Рейнер, мы согласны с тобой, - отозвался Густаво. – И возможно прибегнем к этому варианту. Но нам бы конечно все нужно сделать как можно быстрее и без жертв. Помнишь, мы несем мир…
- Густаво! – взмолился Ахемен. – Давай без проповедей и законах жизни, и так тошно.
- Это не проповеди, а Истина, которою я несу.
- Позовете, когда он закончит…
- Ахемен, не уходи, - сказал Алеяндро. – Я не хочу потом тебя в потемках искать.
Повелитель остался сидеть на месте.
- Думаю, - продолжил жрец. – План мы придумаем на месте. Теперь нам нужно идти к горам тирронов пешком, так как коней у нас теперь нет.
Им пришлось отпустить коней, чтобы чонтали их не видели. Но это не столь страшно, прогуляться, тоже не мешало.
- Идите. – Хмыкнул Ахемен. – А я вас там, на месте подожду, если к тому времени не состарюсь.
Все посмотрели на фэх’он.
- Ну а телепорт для чего нужен! – возмутился он.
- Ты нас по чаще предупреждай о том, что он у тебя есть, - произнесла Рика. – А то мы забываем о такой мелочи.
- Что! – подавился возмущениями Повелитель.
- Не горячись. – Хохотнул Алеяндро. – А то не кому будет нас перебрасывать в тирронам или со злости еще не туда нас забросишь.
- Я никогда не промахиваюсь!
- Все бывает. – Похлопал по плечу друга жрец.

Утром Ахемен переместил друзей в то место, где они с Алеяндро последний раз прятались от варваров. Там даже остался след от костра.
Теперь все было пустынным и безжизненным. А камни холодили. Казалось что даже солнце не прогревает эту землю. Лес умирал, скидывал листья. Было очень холодно и лишь спасали шкуры. Друзья грустно оглядели все что могли увидеть в того места, где они стояли. Не было здесь ничего кроме доносившихся рыков тирронов. Теперь их было много, даже больше чем чонтали вместе взятых. Становилось страшно, хотелось забиться и не высовываться до самого конца. Но кто будет бороться?
- Нужно осмотреться, - сказал Алеяндро.
- Почему бы тулновам нам не помочь? – поинтересовался Ахемен, кутаясь в плащ.
- Они уже помогли, -напомнил Густаво. - Они отдали свой кристалл.
- И только-то. Путь бы закидали снегом этих проклятых тирронов и дело с концом.
- Нет, Ахемен. – Покачал головой эль-мирадорец. – Мы несем мир…. Вот ты не любишь мои проповеди, а самое правильно дело не хитрость, а идти и внушить им правдивость нашей стороны и они должны поверить нашим рассказам, и кто это сделает тот и самый великий!
Ахемен замер на месте, не сводя взгляда с Густаво:
- Тот не великий, а самый не нормальный в мире, это точно.
- Нет. Его слова должны проникнуть в душу тирронов и это самое важное.
- Сомневаюсь, что у них есть душа. – Сплюнул Рейнер, покачивая мечом.
- А ты не хочешь сыграть роль этого великого? – Спросил Ахемен. – Вон, их там много. А я полюбуюсь, какой тебя убьет, первый или десятый.
- Но я же не великий, - тут же ретировался Густаво.
- Что ж, так? Ты ж у нас самый умный, вот…
- Ахемен, - позвал Алеяндро. – Идем со мной.
- Все вы только говорит и умеете. А вот посидели бы привязанные к столбу, по философствовали бы потом.
Фэх’он сорвался с места и побежал за жрецом в горы.
- Я лишь объяснил разные стороны великих путей, ведущие к миру. – Пожал плечами Густаво.
И вздохнув, и устроился между двумя валунами.

С получаса Алеяндро с Ахеменом наблюдали за тирронами, лежа на холодных камнях. Варваров было слишком много, и идти на пролом было, по меньшей мере, не разумно и бессмысленно. Как бы Рейнеру не хотелось, но боя на великом поле не будет.
Ахемен вообще не представлял, как они достанут кристалл к тому же из-под носа этих неразумных животных, хотя то что они не разумны можно было поспорить. Было четко видно, как они группируются в ряды и выступают в поход. Они знали, что делали и у каждого было свое место в строю, когда раньше они ходили лишь не большими группами. Теперь же это была, плохая, но все же армия. Алеяндро это не радовало, ситуация становилась все хуже, а решений все меньше. Он боялся, что скоро не сможет найти верного решения, а значит, они ничего не добьются.
- И что придумал наш жрец? – проговорил Ахемен, подперев голову кулаками.
Он поправил белую прядь, заправив ее за ухо.
- Пока ничего, - ответил цельтали.
- Ладно, полежим еще часок, пока наши кости не превратятся в эти безжизненный камни.
- Идем. – Алеяндро сполз с камней и спрыгнул с другой стороны валуна.
- Так значит ты все же что-то придумал. А сказать?
- Всем вместе скажу.
Алеяндро направился к лагерю.
- Ух, жрец. – вздохнул Ахемен и посмешил следом.


- Есть один план, - начал Алеяндро. – Но как всегда я не уверен в его правильности и выполнимости. В общем, нужно тайно туда проникнуть. Но для этого необходимы боевые способности Рейнера. Нам нужно три шкуры тирронов.
Глаза Ахемена расширились от изумления:
- Ты спятил? Или я чего-то не понял? Зарубить четыре тиррона, снять с них шкуры и нацепить их на себя?!
- Именно. – Кивнул Алеяндро.
- А можно мне упасть в обморок и никогда больше не проспаться? - взмолился Ахемен.
- Алеяндро, - проигнорировав Повелителя, обратился Густаво к жрецу. – Ты ведь понимаешь, что это немного жестоко.
- Жестоко?! – вспылил фэх’он. – Это ужасно! Бессердечно! Хотя я их и ненавижу и сам готов убить, но сдирать шкуры никогда бы не стал. Я не псих!
Тут Алеяндро резко рассмеялся.
- Да я пошутил, - еле выговорил он. – Ох, видели бы вы ваши лица! Шкур конечно же можно и в лесу добыть. Ну, Ахемен, тебе пора лечиться у магов.
- Да, надо. – Кивнул тот. – Поживи с таким как ты, не только магам пойдешь, но и сам себе могилу выроешь.
- Ладно, - успокоился жрец. – Думаю, пора браться за дело.
Когда все разбрелись, Рейнер подошел к жрецу:
- А я подумал ты серьезно. Даже настроение поднялось, когда подумал о драке.
- Знаю. – Улыбнулся Алеяндро. – Для тебя будет отдельное дело.
- А фиолетовый-то здорово перепугался.
Они снова рассмеялись.
Найдя шкуры, они принялись к выполнению своего плана. Испачкав шкуры в грязи, чтобы больше походить на тирронов, они сами испачкались, а так же лицо. Пришлось долго повозиться с Ахеменом, уговаривая его идти с ними.
Наконец не выдержав, Рика повернула его к себе лицом и посмотрела в его большие темные глаза:
- Слушай, если ты не пойдешь с нами, то наш план обеспечен на провал, так как нас могут схватить и спасти будет не кому. А так ты всегда сможешь нас вовремя сюда вытащить в безопасное место. Понимаешь?
Он кивнул. Рика улыбнулась и, поцеловав его в щеку, подала шкуру. Ахемен быстро ее на себя одел.
Вечером они двинулись к входу в пещеру тирронов. Огромная пещера зияла страхом и смертью. Хотелось держаться от этого места подальше. Но путь их лежал именно в пасть этой черной дыры. Ахемена передернуло, но собравшись с мыслями, не отставал от друзей.
Снаружи остались Густаво и Рейнер. Они следили за подходами к пещере.
Некоторое время спустя воин поинтересовался:
- Какое дело предстоит нам?
- Если они к полной темноте не вернутся, то приступаем к плану ?месиво тирронов?.
- Мне нравится этот план. – Улыбнулся Рейнер. – А можно его исполнить сейчас?
- Увы, нет. Подождем немного.
Воин грустно вздохнул и, вонзив меч в землю, облокотился руками о его рукоять.

Алеяндро и Рика прошли мимо нескольких тирронов стоявших у входа в пещеру. Они только покосились на не прошеных гостей и вернулись к своей беседе. Язык у них был ужасен. Ломанный, шепелявый и вообще не возможно было понять ни одно слова. К счастью у них было множество наворованного оружие, поэтому на тайо они не обратили никакого внимания.
Но Ахемен был не столь удачлив в этот момент. Как назло его остановил один из тирронов и что-то произнес. Фэх’он чуть не испустил дух. Казалось, что все кончено. Он уже чувствовал, как его голова отделяется от тела и летит в скалы. Его передернуло от собственных фантазий. Тиррон терпеливо ждал, но не пропускал его к входу.
Друзья все это видели, но ничем не могли помочь. Алеяндро молился залу, только чтобы все прошло складно. Чтобы его не разоблачили.
Тут Ахемена взяла уверенность и прилив сил. Он выпрямился и зло уставился на тиррона. Потом произнес что-то не членораздельное. Тиррон как стоял на месте, так там и остался. Ахемен прошел дальше. Подойдя к друзьям храбрость, тут же куда-то пропала. Он съежившись, нервно огляделся.
- Что ты ему сказал? – тихо прошептала Арикалина.
- Сам не знаю, - не решительно ответил он. – Какой-то набор слов.
- Не помнишь какие? – спросил Алеяндро.
- Нет. – Покачал головой Ахемен. – Все как-то произошло само собой. Я даже ничего не понял.
Алеяндро понял, что произошло. Зал. Он еще раз отметил его силу и могущество. Зал – вот единственный и настоящий Повелитель Куэльо, как и сама Колыбель Цветов. Но почему боги слабее Зала? Это стоило выяснить.
Пройдя долгий каменный коридор, они вышли в широкий зал, на стенах которого висели факелы. Пещера хорошо освещалась. Тирронов так же было здесь слишком много, как и у входа. Возможно это к лучшему. В такой толпе их могут не заметить. Они поспешили затеряться среди тирронов.
- Мне что теперь каждому карманы проверять в поисках кристалла? – прошептал Ахемен.
- Нет, - ответил Алеяндро. – Я попробую его ощутить.
- А потом мы тебя на руках выносить будем?
- Ахемен помолчи, пока нас не услышали, - с опаской проговорила Рика.
Фэх’он замолчал.
- Идемте. – Вскоре позвал Алеяндро.
Они прошли в следующий коридор и никуда не сворачивая, направились вдоль него. Алеяндро шел впереди, указывая нужный путь.
И снова Ахемену не повезло. Похоже, кто-то хотел, чтобы он сгинул среди тирронов и холодных камней пещеры. Поток варваров отделил его от друзей и прижал к стене. Так он стоял долгое время, потом один из тирронов сильно схватил его за шкуру и тряхнул так, что Ахемен чуть не выпал из одежды. Тиррон поняв, что шкура надета сверху на одежду, заревел так, что Ахемену пришлось закрыть уши руками, чтобы не оглохнуть. Все. Теперь точно пришел конец, который так долго шел по пятам несчастного Повелителя. Тиррон поволок его за собой в обратную сторону. Фэх’он молчал и не звал на помощь, так как знал, что это привлечет внимание тирронов и возможно поймают и их. А так они найдут кристалл и сами смоются от сюда. Нет им смысла за ним возвращаться, сейчас его точно убьют.
Найдя узкий проем в стене, тиррон запихал туда Ахемена и сал залез следом. Оказавшись в небольшой пещерке, освещенной двумя факелами, Ахемен замер на месте, ожидая приговора. Но тиррон коснулся своего лица и стал медленно сдирать с себя кожу. Фэх’он стало еще хуже, голова закружилась, осталось только упасть на пол. Но то что произошло дальше не дало ему отключиться. Под снятой кожей показалось лицо фэх’он, которое весело улыбалось.
- Олдрих! – шокировано, воскликнул Ахемен.
- Только не кричи. – Прижал палец к губам старый вышибала города Исхана.
- Олдрих, - повторил Повелитель. Они обнялись. – Ты что? Я чуть не обделался со страху. Или хуже того, чуть дух не испустил.
- Извини, но другого плана, как тебя утащить с глаз тирронов у меня не нашлось.
- Как ты меня нашел? И что это за маскарад?
- А. – Махнул рукой вышибала. – Узнав, что город пал, я подумал, что ты погиб. Стал скитаться по миру, пресекая все мысли о возвращении. Потом я наткнулся на вас. Небольшая группа в опасных местах, это было интересно. Я пошел следом.
- Почему не показался?
- Так было еще интереснее. – Улыбнулся Олдрих.
Ахемен ухмыльнулся.
- Потом видя, что вы идете в самое логово тирронов, меня одолело любопытство. Добыв их шкуру,…шутка цельтали мне понравилась больше, и, добавив немного магии, который ты меня когда-то давно учил, без проблем проник сюда следом за вами. Обследовал все. Потом заметив, что тебя прижали, я решил сыграть свою роль. Вот и все.
Ахемен покачал головой:
- Ты истинный тиррон.
- Ты сам-то, когда научился разговаривать на тирронском?
- Я?
- Ага. Там у входа, бедный даже дар речи потерял от подобного оскорбления.
- Я всего лишь сказал какую-то чепуху. – Покачал головой Ахемен. – А ты как понял?
- Ну, поскитаешься по миру, не только тирроновский выучишь.
- В смысле?
- В общем, я тут довольно долгое время пробыл, пока не наткнулся на вас. Следили за ними, пытался понять их слабости. А с языками я всегда хорошо дружил. Вот и понял. Они тирроны как были глупы, так и остались, только оружия по нахватали по всему миру. Они какие-то одержимее. Да и чонтали.
- Знаю. – Кивнул Ахемен.
- Нам нужно выбираться, - произнес Олдрих. – И найти твоих друзей, а то они будут беспокоиться.
Он снова натянул маску. Ахемен был, раз другу и ужасно хотелось его обо всем расспросить, но сейчас было не до этого. Выйдя из тайника, они вернулись туда где Ахемен потеряли друзей. Нашли они их быстро, у большой стены широкого туннеля.
Коротко все, объяснив им, Ахемен спросил:
- Куда теперь?
- Туда, - ответил Алеяндро, прижимая ладони к скале. – Кристалл там, я его чувствую. Он зовет меня.
- Да, - согласился Повелитель. – Это все хорошо, но как мы туда попадем? Я вижу только скалу и никакого прохода, даже ручки, за которою можно было бы потянуть.
- Здесь должен быть вход, - утвердительно произнес жрец.
- Может спросить у кого?
- И на каком языке ты собираешься с ними общаться? – поинтересовалась Рика у Ахемена.
Тот посмотрел на Олдриха. Вышибала все понял и подошел к одному из тирронов. Минуту спустя Олдрих вернулся:
- Он сказал, только то что туда нельзя.
- Это мы и так поняли, - кивнул Ахемен. – Но нам все равно нужно туда попасть.

18.

Темная ночь опустилась на мир Куэльо. В высоком небе зажглись мириады ярких звезд. Возник сияющий Манд. Повеяло запахами леса. Все это вернуло Густаво в прошлое и мирной жизни в Леконте. Он улыбнулся и закрыл глаза, чтобы насладиться этим моментом.
Рейнер начал изрядно нервничать, то и дело, хватаясь за меч. Он был готов ринуться в пещеру и покромсать всех тирронов, а там за шкуры вытащить тех, кто был настолько безумен, что отправились в логово низших мародеров. Но Густаво не паниковал и не давал указания к атаке. Это еще больше злило воина.
- Сколько можно! – не выдержал Рейнер. – Пора начинать атаку.
Густаво открыл глаза:
- Еще рано.
- А, по-моему, как раз. Уже давно стемнело, а они не вернулись, значит, пора выступать нам.
- Нет, мы можем только все испортить и выдать их.
- Это один из вариантов. – Кивнул воин. – Но мы можем и отвлечь тирронов, давая им больше времени. Может они сидят там где ни то и не могут действовать. А так мы возьмем тирронов на себя.
- Конечно, я не уверен, что это разумно, - после долгого молчания произнес Густаво. – Бросаться сломя голову на тирронов, но план мне нравится. Но довольно реален, хоть я и не склонен к убийствам, но ситуация не легкая…
- Маг, прекращай философствовать, быстрее решай.
Густаво улыбнулся:
- Ладно, идем.
Рейнер вдохновлено вытащил меч из земли, пару раз взмахнул им в воздухе. Густаво же, медленно поднялся, взял тайо и осмотрев его, что-то прошептал.
- Слушай, маг, а мне не поколдуешь?
- Боишься, что меч сломается о голову тиррона?
- А других заклинаний у тебя нет, там, силу придать? – спросил воин.
- Я же не маг. – Пожал плечами Густаво.
По виду воина было видно, что он обиделся, хотя пытался ничем это не показывать. Эль-мирадорец опять улыбнулся.
- Давай. – Протянул он руку.
Рейнер быстро вдохнул воздух, поняв, что над ним посмеялись, но промолчал и отдал меч Густаво. Тот быстро наложил заклинание, и они поспешили выручать друзей.

Но эти друзья не особо нуждались в помощи. Их пока никто не трогал и не подозревал в обмане. Они так и не смогли проникнуть в секретную комнату. Алеяндро все еще стоял к стене вплотную, как будто что-то хотел услышать, по ту строну каменной преграды. Он молчал.
Ахемен уже сломал голову думая, как все же туда проникнуть.
Сначала хотели просто взорвать ее с помощью магии, но шуметь не хотелось иначе их тут же разоблачат и конец всему делу. Потом подумали назвать какой-нибудь пароль, типа – великие тирроны или смерть всем. Но не прошло.
Но тут все тирроны куда-то ринулись, туннели опустели.
- Что с ними? – удивился Ахемен.
- Их что-то отвлекло, - заметил Олдрих.
Рика только согласно кивнула. Жрец все еще молчал. Казалось он или заснул или снова вошел в Зал. Но они не обращали на него внимания. Тирроны. Они сломя голову бежали из пещеры вдали слышались возгласы и рычание недовольных варваров.
- Нужно посмотреть, - предложил Олдрих.
Но Ахемен его остановил:
- Сдурел? Не советую сейчас туда лезть, может у них всеобщее собрание. Они явно что-то затеяли и явно что-то не доброе.
- Вот и следует это выяснить, что именно они затеяли.
- Ладно. – Вздохнул Повелитель.
- Я пойду с ним, - сказала Рика, хватаясь за тайо.
- А за Алеяндро кто следить будет?
- Вот ты и последишь. Мы быстро.
Олдрих с Рикой молнией помчались по туннелю. Ахемен вздохнул, надеясь, что жрец его не убьет, узнав что его девушка ушла в толпу тирронов с незнакомым фэх’он.

Оказалось, что тирроны быстро выбегали наружу с оружием в руках. Их голоса были неравными и возбужденными. Олдрих осмелился поинтересоваться у одного, что происходит. Ему ответили, что два каких-то безумца их атакуют. После чего этот тиррон с криком выбежал за остальными.
Рика поняла оком идет речь, и они поспешили обратно к друзьям в туннель. Алеяндро так и стоял на прежнем месте, а Ахемен нервно оглядывался по сторонам. Когда друзья рассказали, что происходит, они решили поспешить со своим делом, так как Рейнер с Густаво долго не продержатся.
Тряхнув Алеяндро за плечо, Ахемен вернул его в реальный мир. И сразу же рассказал о том, что они узнали.
- Я пытался достать до кристалла, и перенести его сюда, - произнес Алеяндро. – У меня ничего не получилось.
- Мы видим. – Кивнул фэх’он. – Теперь нам нужно спешить. Есть у меня один вариант. Ну-ка.
Ахемен встал напротив стены и попросил всех отойти.
- Конечно, я никогда этого не пробовал, но все бывает в первый раз.
Он закрыл глаза и воззвал ко всей своей силе, которая у была. Когда он открыл глаза, то в них вспыхнул желтый огонек. Потом он вытянул руки, и тут же из них ударила волна невидимой силы. Стену затрясло, и она обрушилась. Сам Ахемен отлетел назад на приличное расстояние от отдачи волны. Остальные пошатнулись. Но если бы не сильная рука Алеяндро, Рика тоже бы упала.
Они не ринулись в образовавшуюся комнату, а побежали к Ахемену. Он лежал без чувств. Оставив с ним Рику и Олдриха, Алеяндро поспешил забрать кристалл и скорее покинуть пещеру.
Комната была темной, свет исходит только от осколка, лежавший на каменном пьедестале. Алеяндро подумал, почему он находится в темной пещере? А стоило ему закопать свой кристалл, Колыбель Цветов стала рушиться. Это он так же реши оставить на потом.
Приблизившись к кристаллу, на пути Алеяндро возник образ Кольо. Жрец слегка отшатнулся от неожиданности.
- Мы все знаем! – воскликнул бог. – И мы будем тебя преследовать по всюду! Так умри!
Он исчез. Алеяндро схватил кристалл и, сунув его к остальным, повернулся к выходу. Вход стало заваливать. Он побежал, но не успел. Вход завалило вместе с ним.
Арикалина закричала и подбежала к груде камней.
- Алеяндро! – кричала она, хватаясь за камни.

Рейнер и Густаво как могли, отбивались от тирронов, но их силы били на исходе. Пришлось отступить. Скрывшись в скалах, они боялись, что последует за ними погоня. Но тирроны не захотели покидать сове логово.
Шумно отдышавшись, они вернулись в лагерь и снова задумались, как быть дальше.
- Нужно вернуться, - сказал Рейнер, переводя дух.
- Иди. А я еще раз такого не выдержу. Но чтобы им помочь мы должны быть живы. Нужно придумать другой план. Их пора вытаскивать от туда.
- Мы попробовали. – Кивнул воин в сторону пещеры.
- Значит, плохо пробовали.
- Твоя очередь, - буркнул Рейнер.
- Пойдем в обход, - твердо заявил эль-мирадорец, поднимаясь с места. – Нужно найти другой вход в гору. Там уже найдем и остальных.
- И как мы его найдем? – поинтересовался чонтали.
- Я могу видеть в темноте.
- Что? Почему мы не знали?
- Вы еще многое о нас не знаете.
- Но если так, - сказал воин. – То не стоило нам тратить факелы в шахтах, раз вы и в темноте хорошо ориентируетесь.
- Тебя это еще беспокоит? – зло спросил Густаво.
- Нет, - замялся Рейнер. – Я не знаю, зачем это сказал. Прости.
- Я понимаю, - смягчился эль-мирадорец. – Вас с детства учили нас убивать, и использовать наши возможности. Как и нас ненавидеть вас. Ладно, идем, а то скоро будет не кого спасать.
Взобравшись на гору, они огляделись. Густаво увидел узкий проем, и направился прямо к нему.
У входа Рейнер задержал его:
- Густаво, я не хочу, чтобы ты на меня сердился. Я, правда, не хотел.
Вождь Леконта улыбнулся и похлопал воина по плечу.
- Все нормально, - ответил он. – Я не сержусь. Давай найдем наших, и покинем это проклятое место.
Туннель оказался длинным и узким, в самом конце мелькал свет. Они шли прямо на него. Свет приближался, а они шли все медленнее и медленнее, боясь ненароком на кого ни то наткнуться. Когда перед ними открылся вход, они притаились и аккуратно выглянули из-за скалы. На небольшой освещенной площадке стояли три тиррона, держа в руках железные булавы с шипами. Это не внушало особой храбрости, но через них было необходимо пройти.
Друзья переглянулись и как один напали на стражу. Тирроны даже не заметили, что произошло, так как все кончилось очень быстро. Закончив здесь, они побежали дольше. Дальше тирронов было меньше и они с легкостью с ними справлялись.
Выйдя в один из туннелей, они услышали знакомый язык. Тихо кто-то говорил на фэх’он, кто, было не узнать. Подойдя ближе, они увидели друзей.
Арикалина лежала на груде камней лицом вниз и тихо плакала. Рядом сидел Ахемен с поджатыми коленями, в которые уткнулся головой. Над ним стоял какой-то верзила в тирронойской шкуре и тихо пытался ему что-то втолковать. Но Ахемен не поднимал голову. Видно было, что незнакомец фэх’он, его короткую белую прядь было хорошо видно.
Густаво огляделся. Алеяндро видно не было. Он нахмурился. Что-то было не так, как надо. Подойдя ближе Рейнер, громко кашлянул, привлекая к себе внимание.
Ахемен все же поднял голову, но его глаза оставались бесстрастными ко всему. Рика сорвалась с места и упала в объятия Густаво, после чего громко расплакалась.
Он нежно обнял ее и строго спросил у Ахемена:
- Что произошло?
Повелитель опустил голову и тихо ответил:
- Алеяндро завалило.
Язык Густаво онемел как от холода. Он хотел сказать, что нужно копать, а не сидеть, или что-то еще делать, но язык так и не повернулся сказать что-нибудь. Он только посмотрел в глаза заплаканной Рики, потом снова прижал ее к себе, уставившись на серые безжизненные камни.
С минуту помолчав, Рейнер упер руки в бока и оглядел всех присутствующих:
- А что мы собственно сидим? Завал небольшой, к утру управимся.
- А смысл? – спросил Олдрих. – Он уже мертв.
- А вы простите, кто? – спросил Густаво.
- Я Олдрих, - представился фэх’он. – Помощник Повелителя Ахемена.
- Познакомимся потом, - оборвал его воин. - Нужно что-то делать. Например, копать.
Рика отстранилась от Густаво и вытерев лицо, хриплым голосом произнесла:
- Я согласна. Будем копать.
Рику и Ахемена заставили откатывать ненужные камни в строну, чтобы не мешались. Тирронов на их счастье не было. Все спали, а на взрыв никто не обратив внимание, значит обвалы здесь были часто.

Яркий свет застилал глаза и настойчиво не потухал. Он приближался, становился еще чаще. Зал. Теперь он был настолько родным, что Алеяндро казалось они часть друг друга. Он был велик и в тоже время все понимал и даже сожалел. Это чувствовалось очень сильно.
Заиграла знакомая музыка, хотелось под нее спать, а так же чтобы она никогда не прекращала звучать. Он был частью и ее. Но этот свет. Невозможно было заснуть из-за него. Он тревожил. Когда он только хотел вступить на вечный пол Зала и слиться с ним, он тал быстро отдаляться от него. Зал уходил. Алеяндро в панике потянулся за ним, он бежал следом, боясь остаться одному во тьме. Но дотянуться так и не смог. Ужас. Истерика. Жажда остановить время. Это все переполняло Алеяндро. Он тянулся к залу, а тот только отдалялся. Дом, родное место не желало его принимать. Зал отвергал его, и это угнетало.
Тут он из последних сил вскинул руку, чтобы попытаться снова дотянуться до Зала, но вместо этого он оттолкнул огромный булыжник, который с грохотом отвалился и скатился вниз. Потом Алеяндро задыхаясь и шипя, откинул еще один, после чего полностью вылез из-под завала. Он, отплевывая пыль, сел на камни и попытался глубоко вздохнуть, получилось плохо, он закашлялся. Сильно болела голова, чувствовалось, что что-то неприятное и густое течет по затылку, а так же была сломана правая рука. Остальное вроде целое и на месте.
Алеяндро достал левой рукой пару кристаллов, чтобы обеспечить себе немного света. Тут он громко рассмеялся. Такой обвал! А он жив! Отделавшись только сломанной рукой, а не шеей! Смех взял верх, который перешел в рыдания. Боль в руке уже была незначительной, по сравнению с болью в его душе. Он сидит здесь, а Арикалина осталась одна. Как она там, бедная? Алеяндро заплакал. О, Зал! Лучше его убило завалом.
Успокоившись, он решил, что раз он выжил, значит умрет не сейчас. Тогда стоит действовать. Копать? А ведь другого выхода нет.
Алеяндро выложил все кристаллы на каменный пьедестал и комната полностью осветилась. Ноги были ватными, но все же держали. Оторвав лоскут от рубахи, он привязал сломанную руку, чтобы не мешалась, и стал работать.
Завалу не было конца, ни стой стороны, ни с другой, но никто не останавливался.
- Тише! – сказала Рика.
Все замерли. Послышался тихий шорох с другой стороны завала, потом гулко что-то ударило. Тишина. И опять все повторилось.
- Алеяндро! – снова воскликнула она. – Это он! Он жив!
Все с удвоенной силой принялись за работу. Когда образовался небольшой проем, то Алеяндро протянул руку. Рика в чувствах в нее вцепилась:
- Алеяндро, ты здесь?
- Да, - тихо послышалось в ответ.
Он сжал ее пальцы.
- Как ты?
Снова послышался тихий смех.
- Отлично, - ответил он. – Не считая того, что меня чуть не убило.
Рика улыбнулась. Он вытащил руку обратно к себе. Она с охотой его отпустила. Он замолчал на долго.
- Алеяндро! Ты где? – заволновалась она.
- Нужно копать, - напомнил Густаво.
- Алеяндро! – не унималась Рика.
Ахемену пришлось силой оттащить ее от камней. Сначала она сопротивлялась, но потом все же повиновалась.
Алеяндро забрал все кристаллы и снова убрал их в сумку. Пришлось долго с этим повозиться, так как одной рукой это было очень неудобно. Боль была адской, и постоянно мешала сосредоточиться. Но он старался не поддаваться ей.
Наконец Густаво с Рейнером помогли ему пролезть через довольно широкий проем и встать на ноги. Весь пыльный и грязный он весело улыбнулся. Даже Рейнер не сдержал дружеской улыбки. Рика тут же бросилась ему на шею, но когда он зашипел от боли тут же отодвинулась. Рука дала о себе знать.
После чего они поспешили убраться, пока тирроны не по просыпались. Теперь у них был шестой кристалл. Еще два и миссия закончена. И можно вдохнуть свободно. Когда они вышли из пещеры, то начинало светлеть, они без проблем добрались до лагеря, умылись и тут же свалились спать. Но перед этим Ахемен обезболил руку Алеяндро, а Густаво сварил очередное зелье, чтобы кости быстрее срослись.
Выспавшись и весело проведя следующую ночь, в приятном разговоре, вспоминая о прошлом и загадывая, о будущем. На утро двинулись дальше. Путь лежал в Исхан. Ахемен одновременно был рад, а так же боялся увидеть, во что превратился его город. Это его сильно волновало.
В лесу, который простирался сразу же после гор, находилась маленькое поселении людей, где они решили остановиться и перевести дух. Они были сильно измотаны за последние дни, поэтому нуждались в хорошем отдыхе.
Друзья освободили эту деревню от тирронов и как плату за спасение, решили воспользоваться одним из домиков для ночлега. Мягкие кровати и теплые комнаты были раем для них, поле ночей на холодных камнях.
Домик был небольшим, сделанный из деревянных бревен. На первом этаже находилась большая столовая с круглым столом и нескольких стульев. На второй этаж вела широкая лестница, где находились маленькие комнатки, но довольно уютные. Стоит заметить, что все было сделано исключительно из дерева. Из-за чего деревни и пропадали бесследно при пожарах. Так же имелась небольшая баня, в которой они отмыли грязь от долгого путешествия.
Все предметы и лестница была изыскано вырезанными. Узоры находились так же и на сенах. На полках стояли деревянные фигурки животных. Цветы стояли на подоконниках, а так же по углам домика. Пахло деревом и зеленью.
После совместного обильного ужина, когда уже стемнело, все разошлись кто куда. Ахемен с Густаво решили прогуляться перед сном. Поэтому медленно бродили среди старых деревьев. Ночь была теплая, хотя и близилась осень. Листья медленно падали им под ноги.
Ахемен молчал.
- Думаешь об Исхане? – догадался Густаво.
- Я не знаю, что мне делать. Боюсь возвращаться.
- Понимаю. Но это все, же придется сделать. Вот увидишь, каким бы он не был, тебе все равно станет легче. Потому что, ты вернулся, ты выполнил обещание. И все исправишь.
- А если нет?
- Мы с тобой, сказал Густаво. – И мы отобьем город. Все станет на свои места.
- Не все. – Ахемен вспомнил Парису. Эти ночи, проведенные с ней.
- Да, - согласил эль-миралорец. – Многое не вернешь. Но стоит смотреть дальше, и видеть будущее.
Фэх’он вспомнил девушку, которая помогла ему бежать. Ее большие глаза и растрепанные волосы. Он улыбнулся, так как, наконец, вспомнил ее имя.
- Зулика.
- Что? – переспросил Густаво.
- Ее так зовут, Зулика. Она спасла меня, дав надежду на будущее. Но наверно ее уже нет.
- Она жива. – Утвердительно кивнул Густаво. – Жива.

Рейнер и Олдрих всю ночь просидели за столом с кружками пива и говоря о воинах и своих подвигах. А так же о чести, славе и любви.
Алеяндро был у себя в маленькой темной комнатке. Была зажжена лишь одна свеча. Он стоял у окна и смотрел на деревню, где в каждом окошечке горел свет. Они как светящиеся мотыльки наполняли лес. Жрец стоял в одних штанах и босиком, готовясь в любой момент лечь спать. Рубашку он держал у руках, невольно ее, теребя пальцами. Сейчас его мысли опять поглоти Зал. Он ведь спас ему жизнь. Он не знал его, но так, же прекрасно представлял, на что он способен. Зал даровал ему жизнь, все же надеясь, что у Алеяндро получиться воссоздать Колыбель Цветов и спасти мир. Он ценил его веру. Но он боялся, что не оправдает ее.
Алеяндро подумал о Арикалине. Она была жизнью для него, атак же его душой.
Дверь тихонько отворилась и в комнату вошла Рика. Плотно закрыв ее за собой, она спросила:
- Как ты?
Он повернулся к ней лицом.
- Отлично. Рука больше не болит. Густаво великолепный целитель. А ты?
- Когда ты жив и здоров, для меня нет большего счастья.
Она подошла ближе и обняла его за талию. Алеяндро уронив рубашку на пол, приложил ладони к ее лицу.
- Все будет хорошо.
- Я знаю, - ответила она.
Он ее поцеловал. Рика подняла руки и обхватила его за шею. Алеяндро поднял ее и прокружившись по комнате, они смеясь упали на кровать. Рика провела рукой по его волосам.
- Я люблю тебя, - прошептал он, прикасаясь губами к ее шее.
- Я тоже.
После чего мир погрузился в идиллию страсти и бесконечной любви. И конечно же того, чего им больше всего хотелось уже долгое время. Все чувства нахлынули разом и не было желания их останавливать, а это и не требовалось.

19.

Хотя ночь была теплой и романтичной, осеннее утро взяло свое. Холодный моросящий дождь и продувающий насквозь ветер, создавали неприятное ощущения. Было холодно. Поэтому никто не желал вставать с теплых постелей, в частности Алеяндро с Рикой.
Она, положив голову ему на плечо, смотрела в окно на высокие деревья. А по стеклу медленно текли капли дождя. Рика слегка поежилась, представляя как неприятно сейчас находиться снаружи. Она поцеловала Алеяндро в плечо и посмотрела ему в глаза.
Он улыбнулся:
- Лежать бы так и никуда не уходить.
- Да, - согласилась, та, которую он любил больше всего на свете. – Я тоже этого хочу. Но мы не можем на все махнуть рукой.
- Я знаю. Но скорее хочется вернуть те времена, когда был мир в Майялде.
- Они никогда уже не настанут. Пока мы сами их не вернем.
- Ты мне поможешь? – спросил он.
- Об этом не может быть и речи. Конечно, да.
Она припала жарким поцелуем к его губам, а его сильные и теплые руки обвились вокруг ее нагого стана.

Через пару часов всем пришлось собраться в столовой. Дорога завала вперед за миром. Они не спеша завтракали, обсуждая дальнейшие планы.
- И куда это снова наш фиолетовый друг подевался? – усмехнулся Рейнер.
Олдрих слегка подобрался, посчитав за оскорбление подобное высказывание об Ахемене. Но промолчал.
- Он решил дать уроки просвещения людям, - сказал Густаво.
- А почему не ты этим занимаешься? – поинтересовался воин.
- Зачем?
-Ага, - рассмеялся чонтали. – Боишься, что эти тугодумы тебя просто не поймут? Нет, люди не достойны просветления. Они хуже тирронов, те хотя бы драться умеют. А эти!
- А как же им просветлеть, если их не учить? – проронил Алеяндро.
- А что? - сказала Рика. – Кому еще нести мир и процветание в Куэльо?
Все посмотрели на жреца.
- Я? – удивился Алеяндро.
- А кто у нас жрец? – улыбнулся Рейнер.
- Нет. – Покачал головой цельтали. – Я совсем не умею говорить. К тому же еще не известно, чем все закончится.
- Зато есть время подумать…
В дом забежал Ахемен, до нитки промокший. Он был сильно напуган.
- Что случилось? – спросил Густаво.
- Они…они хотят меня заколоть!
- Что ты им сказал? – нахмурился жрец.
- Ничего. Говорил и просветлении и здравом уме. У них только один человек нашелся, говоривший на фэх’он. Он все переводил остальным. Когда я закончил, то они бросились на меня с вилами.
- Очевидно, переводил он не правильно, - заключил Густаво.
- Очевидно. – Кивнул Ахемен.
Послышался топот и крики. Люди решили покончить с ними раз и навсегда.
- И кто говорил о душевном мире и просветлении? – спросил Олдрих, выглядывая в окно.
- Беру свои слова обратно, - пробормотала Рика.
- Нужно уходить пока они нас не насадили на свои кривые трезубцы, - сказал Густаво.
- Мне плакать хочется от их оружия, - пробормотал Рейнер. – Какое убожество! Я в земле перевернусь, если они останутся единственной совершенной расой.
- Я что-то в этом сомневаюсь, - хохотнул Ахемен. – Человечки с вилами? Не смеши.
- Смотри, как бы не пришлось удивляться…
- Кончайте фигню разводить, - возмутился Густаво. – Ноги делать пора.
- Согласен. А куда? – спросил Ахемен.
- Мы вроде собирались в Исхан, - напомнил Алеяндро.
- Туда и перенеси нас. – Кивнул Густаво.
Встав плотно друг к другу, Ахемен взмахнул руками, но попал немного не туда, куда хотел.
Ахемен нервно огляделся, они стояли перед негустым лесом, в которой вела узкая тропка:
- Промазал. Хотя был уверен, что…
- И где Исхан? – спросил Рейнер.
- Недалеко, - ответил Олдрих. – Я хорошо знаю эту тропу, скоро мы достигнем его.
Повелитель постоянно хмурился, но молчал.
Не успели они войти в лес, как к ним выехали на конях двое. Цельтали с копьями не отрывисто разглядывали Алеяндро.
- Алеяндро, - сказал один.
- Я, - ответил жрец.
- Нам приказано сказать вам, что вас желает видеть верховная жрица Коатикуэ.
Рика резко посмотрела на любимого, но ничего не сказала, предоставив ему самому решать как поступить.
Алеяндро вздернул голову:
- Ну и пусть желает, мне то что?
- А так же вас желает видеть народ Майялда. Вы нужны ему.
- Сейчас я ничем не могу помочь. Дела. Но как смогу, так и вернусь.
- Вы не понимаете. – Покачал головой воин-цельтали.
- Не понимаю? – разозлился Алеяндро. – Я видел во что превратился город, и в этом виновата только она, ваша жрица. И у меня нет времени. Я не обязан наводить порядок в городе, после того как она его разрушила.
- Но кто-то, же должен, - сказал цельтали.
На это у Алеяндро не было ответа. Он только пожал плечами. Цельтали простившись, ускакали обратно в золотой город.

Они вошли в лес за Олдрихом, который повел их по тропе. В лесу не было никаких звуков. Ни птиц, ни зверей. Слишком тихо и неприятно. Казалось, что в нем что-то таилось и пока не желало показываться.
Через несколько минут Алеяндро спросил у Ахемена:
- Что-то не так?
- Да. Я не знаю этой дороги.
- И…
- Олдрих одержим, - прохрипел Повелитель и остановился.
Он резко пустил луч силы в Олдриха, но тот с легкостью ее блокировал. Теперь его глаза были безжизненными. Вышибала ударил ответной волной и Ахемен отлетел назад. Из леса вышли тирроны и им пришлось вступить в бой. Олдрих замер на месте. Алеяндро что-то почувствовал. Зал. Это не возможно! Это Эритэ. Он питал своей силой Олдриха. Алеяндро незамедлительно вошел в Зал.
- Опять! – вскричал Рейнер. – И как всегда в самое неподходящее время!
Тирронов было много, так что пришлось спасаться бегством. Отключив Олдриха, Густаво водрузил его на себя. А Рейнеру пришлось перекинуть через плечо Алеяндро. Теперь Ахемен телепортировал их к Исхану, но не в сам город, а у щита, чтобы не попасть в гущу очередных врагов.
То, что увидел Ахемен, вогнало его в долгий ступор. Душа наполнилась горем, а глаза слезами. Он опустил руки, не сводя глаз с полуразрушенной стены города. Одно радовало, щит был не вредим.
Обездвиженных друзей, они усадили на землю.
- Зря мы так сделали, - сказал Густаво, смотря на Алеяндро.
- Что? – спросил воин.
- Перенесли его сюда. Он может не вернуться. Но будем надеяться, что все обойдется.
Рика подошла к Ахемену.
- А я думала, что все куда хуже. Осталось хотя бы подобие на город.
- Подобие, - проговорил он. – Подобие! – он упал на колени. – Я должен был вернуться раньше!
- Так, Ахемен, - сказал Рейнер. – Не к чему Повелителю падать духом! Иначе, ты не Повелитель. Вставай и пошли отвоевывать…э-э..Исхан. А отстроить его не долго. Как пройти через эту штуку?
Воин коснулся щита. Гладкая на ощупь лиловая оболочка ничего через себя не пропускала.
Ахемен встал.
- Я проведу вас. Но не лучше дождаться пока не очнется Алеяндро. Да и с Олдрихом мне нужно переговорить.
Так как возражать было не кому, они разбили лагерь.

Темнота. Вдалеке виднелся Зал. Холод. Алеяндро сильно замерз. Рядом находился Эритэ и Олдрих, они о чем-то говорили, но он не мог разобрать слов, хотя и пытался прислушаться. По виду можно было судить, что Эритэ не доволен своим слугой, а Олдрих стоял с опущенной головой и молча, внимал всему, что говорил бог.
Алеяндро хотелось рассмеяться, но сдержавшись, подошел ближе.
- Отпусти его!
Эритэ повернул голову, его глаза сузились, в которых мелькнули злые искорки.
- Отпусти его, - повторил Алеяндро.
- Не вмешивайся, - проговорил бог. – Мы знаем твои планы! Зал слаб! И с легкостью могли все чрез него узнать о тебе. Вскоре только я буду повелевать Колыбелью Цветов. И если захочу, то уничтожу Куэльо.
- Увы, - вздохнул жрец. – Вы столько вложили в не жизни, что Колыбель Цветов стала самостоятельной, а так же она смогла создать свой образ – Зал, черпая силы из вселенской материи. Вы не сможете ее подчинить.
- Я и не собираюсь! – вспылил Эритэ. – Я буду править на Куэльо один. Это Игра! В которой победителем буду только я!
- Уверен, так же думает и Кольо.
- Мне все равно, что он думает. Отдай мне кристаллы!
- Как вы узнали?
- Зал сказал. Ты думаешь, он тебе помогает? Наивный! Он наш, и мы его контролируем и повелеваем. Это он внушил тебе этот план, ты найдешь все кристаллы и отдашь их нам. Точнее мне!
- Зачем тебе Олдрих? – спросил Алеяндро.
- Мне было не достать до вас, так что пришлось загнать вас в ловушку с его помощью, что мне и удалось. Теперь вас всех убьют, а ты останешься здесь и никогда не вернешься. Твое тело умрет, а ты так и будешь скитаться по этой бесконечности.
Тут страх охватил Алеяндро. Это была страшная угроза, а бросить вызов богу, он пока не решался. Но то, что он говорил про Зал, было ложью, это он знал точно.
Он шагнул вперед, но его тело онемело, и невозможно было даже пошевелиться. Все. Доигрался.
- Хорошо, - сказал он. – Я останусь, но отпусти Олдриха. Он нужен Ахемену, только дай попрощаться им. Они были хорошими друзьями. Тебе конечно это не понять, но прошу, послушай меня.
- Я уже один раз послушал тебя, напомнил бог.
- Но сейчас я в твоей власти. Ты сможешь сделать со мной все что захочешь.
Эритэ задумался. Предложение было заманчивым и довольно простым для выполнения. Но как Алеяндро не пытался, он не мог справиться с силами бога и избавиться от пут. Теперь он еще больше осознавал, насколько он слаб. И что в жрецах ему делать не чего. Он никто. Алеяндро не понимал, на что надеется Зал, дав ему такую роль и знания. Может, у него не было выбора. Или все же Эритэ прав? Нет, это не так. Он знал, что высшие силы всегда все рассчитывают и знают, что делают. Не считая конечно Эритэ и Кольо. Они пьяны властью и кроме нее не видят ничего вокруг себя. Они даже не знают, что происходит в мире, а еще богами зовутся. Как они могут чего-либо предполагать?
- Хорошо, - наконец согласился Эритэ. – Я все же не такой, как Кольо. Я прославлюсь великим и единственным богом. Я отпущу его. Но ты останешься здесь.
Алеяндро не смог кивнуть, поэтому промолчал.
- Доволен? – улыбнулся бог.
- Да, - коротко ответил жрец.
- Хорошо. Ты мне еще пригодишься. Зал, возможно, послушает тебя и я смогу этим воспользоваться.
Алеяндро был удивлен подобному заявлению. Эритэ пытался взять выше самого себя. Он пытался подчинить Зал. Но Зал и Колыбель Цветов едины, они и есть единственный бог, так как хоть браться и совместили кристаллы в единый Цветок, то сила уже была заложены в них раньше. Они никогда не смогут им повелевать.
Алеяндро хотелось многому научиться у Зала, но, похоже, этому уже не бывать. Что ж, он сделал все, что мог.

Олдрих открыл глаза и огляделся. Руины Исхана. Фиолетовая аура. Он не понимал, как здесь оказался. Ведь только недавно путешествовал по дольним просторам северной части Куэльо. Теперь он лежал у порога Исхана. Он еще раз огляделся. Несколько незнакомцев находились неподалеку. Кто они? Это они его завалили и оглушили? Что они хотят?
Олдрих всмотрелся в них. Так. Один вроде бы фэх’он, он сидел к нему спиной. Предатель значит,…хотя… он не смог понять кто это. Вторая девушка совсем не знакомой наружности. Еще один такой же как она лежал рядом. Они совсем не были даже походжи на эль-мирадорца. Да, кстати, один из них был как раз эль-мирадорцем. Длинные желтые волосы, яркие глаза. Он что-то рассказывал. Что именно Олдрих не слышал. Тут он заметил, что связан. Все, значит они точно враги! Дальше был чонтали. Довольно странная компания. Как они вообще общий язык нашли? Все до нельзя разные! Олдрих мотнул головой. Может ему все это кажется. Вроде нет.
Тут фэх’он из компании встал. Что? Невозможно! Ахемен!
- Ахемен! – крикнул он. – Ахемен! Ты это?
Повелитель непонимающе воззрился на бывшего вышибалу.
- Ахемен! Ты меня не узнаешь? Я, Олдрих! Ты жив, я не могу поверить. Что это все значит?
Ахемен покосился на Густаво, тот был задумчив. Рика подошла к Олдриху и села на корточки.
- Ты ничего не помнишь?
- Я? А с какого момента?
- Начни с тирронов. Как ты к ним пробрался и помог нам бежать. Потом отправился с нам сюда и предал Ахемена.
- Я?! Да ни в жизни! Я и не осмелился бы! Ахемен! Это все не правда. Я даже ничего не помню.
Арикалина встала.
- Похоже, я понял, что произошло, - проговорил Густаво.
- И? – спросил Ахемен.
- Ты сказал, что он одержим, после чего Алеяндро опять вошел в Зал. Он походе вернул Олдриха, то есть тот кто влиял на него, теперь отпустил его.
- Понятно. – Кивнул повелитель.
Он подошел к другу и улыбнулся.
- Ахемен, - взмолился Олдрих. – Я бы никогда не осмелился…
- Я знаю, - перебил его Ахемен. – Это был не ты. Твоим телом управляли. Теперь все хорошо.
Он развязал друга. И они снова обнялись. У Ахемена было странное чувство, когда пришлось заново все ему рассказывать, но он оставил их при себе.
Густаво одолевали мысли о том. Что Алеяндро в этот раз не сможет вернуться. Видя что друг в растерянных чувствах, Рика поинтересовалась:
- Думаешь, что…
- Возможно, - кивнул Густаво. – Но очень надеюсь, что Алеяндро справиться с этим…хотя. Я мог помочь ему. Если получится.
Густаво встал на колени перед Алеяндро и взял его за руку. Он попробовал выйти в Зал. Но ничего не получилось. Зал был теперь закрыт. Но в этой попытке к нему снизошли мысли, от чего Густаво резко открыл глаза.
- Что? – взволновано, спросила Рика.
- Зал закрыт. Но я понял, что теперь Зал допускает к себе только одного. И только Алеяндро. Для остальных же он теперь закрыт наглухо. Похоже на Куэльо духовным владыкой будет только один.

Алеяндро сопротивлялся, пытался всеми силами вырваться из прочных сетей Эритэ. Но ни одна ниточка не поддавалась и не хотела рваться, что выпустить пленника. Но он не собирался оставаться здесь, тем более быть рабом Эритэ. Нужно было возвращаться, если его тело еще не порешили тирроны. Но все же из пут выбраться стоило.
Он посмотрел на далекий тусклый зал. Пользоваться его силой, когда он в таком состоянии было не возможно, но иначе он не сможет ему помочь, если навсегда останется здесь. Залу стоило еще немного пожертвовать совей силой, чтобы справиться с путами Эритэ. Сам бог больше не появлялся, наверно пошел сказать Кольо какой он мощный. Пора действовать.
Алеяндро снова призвал Зал. Теперь он был не такой яркий и лучистой энергии совсем не чувствовалось. Но другого выхода не было.
Он воззвал к Залу и попросил взять у него немного силы. Да, это помогло, путы сдерживающие Алеяндро рассеялись. Он прокрутился на месте. Получилось! Тут Зал еще больше потемнел, почти погас. Свет еле-еле освещал стеклянные колонны. Алеяндро в ужасе огляделся. Что он сделал? Послышалась пронизывающая плачущая музыка. Зал плакал, он умирал. Алеяндро взвыл и упал на пол. Он плакал вместе с Залом.
Музыка переплеталась с душевным плачем Алеяндро. Жрец гладил рукой гладкую поверхность Зала и ни как не мог остановить слезы, было больно сознавать, что именно он все же его убил. Что же он наделал?! Он ведь знал, что Зал и так слаб, а он снова воспользовался им.
Тут он резко поднялся и взял себя в руки. Нужно спешить и поскорее собрать кристаллы пока есть хоть малая надежда на его спасение. А она была. Зал держался. Последние нити жизни хоть и туго были натянуты, но все еще держались и пока не рвались, поэтому пока не стоит тратить время на пустые истерики. Лучше умереть в борьбе за жизнь, чем от безысходности. Алеяндро взяла злость. Как он мог поддаться чувствам, когда следовало немедленно возвращаться и собрать кристаллы. Но ему было так жаль Зал, что не смог удержаться.
- Я спасу тебя, обещаю, - сказал он. – Я быстро.
Алеяндро отдалился от Зала. Издали он выглядел еще хуже. Бледное очертание пола и колон, еще немного и они насовсем погаснут, оставив лишь темноту и бездну.
Алеяндро попытался вернуться в свое тело, но не получилось. Тут его взял необъятный ужас, который застилал разум черной пеленой. Он перестал чего-либо понимать, стал метаться по сторонам. Разум покидал его, оставляя лишь безумство. Он потерял все, а так же уничтожил с собой и саму суть жизни. Он не видел Зал. Где он? Может уже поздно? Бездна, холод, бесконечное падение. Его засасывала темнота.
Секундой позже он увидел Зал. Он жив. Пока жив. Но падение не прекращалось. Зал. Он увидел его слабое мерцание. Яркая вспышка и он потух.
На него упало серое хмурое небо, тучи на котором сгущались, наплывая друг на друга. Земля стала дрожать.
Алеяндро мигом поднялся на ноги:
- Быстрее! Скорее!
Друзья тоже поднялись, непонимающе смотря на жреца.
- Что такое? – в ужасе спросил Ахемен, видя, что земля под ногами дрожит.
- Мне нужны кристаллы. Сейчас же!
- Но я не знаю, где находится кристалл в Исхане, - виновато простонал Ахемен.
- Я найду его. – Кивнул Алеяндро. – Пускай нас в город.
Ахемен быстро прочертив огромный прямоугольник на щите, коснулся ладонью центра представляемой фигуры, потом прошел за щит. Остальные поспешили следом.


20.

Исхан был в ужасном состоянии. Разваленные дома, мусор, валяющиеся булыжники, запахи смерти. Слышались хлопки и крики. Алеяндро указал в сторону полуразрушенного замка.
- Он там.
Все немедля ринулись туда. Земля дрожала, сооружения рушились, осыпались камни на землю. К несчастью замок был атакован тирронами и чонтали. Алеяндро выругался, сам не понимая, что сказал. Ахемен улыбнулся, так как друг употребил первый раз его же слова.
- Так, - сказал жрец, поворачиваясь к друзьям. – Друзья. Я перед вами в необъятном долгу, но это последнее что осталось сделать…почти. Если мы не вернем Зал, то все что мы делали проделано впустую. Мне, как всегда, нужна ваша помочь. Вам нужно отвлечь этих мародеров, а я быстро найду кристалл.
- Мы, конечно же, поможем. – Утвердительно кивнул Ахемен.
Рейнер тоже кивнул, вытаскивая тяжелый меч. Алеяндро посмотрел на Рику.
- Я вернуть, - пообещал он и кинулся в гущу тирронов.
Остальные, разбежавшись, тоже пошли в атаку. Густаво как и Рика на отмажь, махали тайо, не жалея врагов. Рейнер вообще не смотрел под ноги, он рассекал то одного, то два, то троих тирронов, сея кучи тел вокруг себя. Олдрих нашел себе короткий меч, больше напоминавший кинжал, но он уверенно вонзал его в жертву и та замертво падала. Несмотря на свою громадность, он все проделывал быстро и искусно.
Ахемен же не спешил, понимая, что Алеяндро нужно дать время. Он сначала запугивал врага, потом наносил удар. Яркие вспышки и молнии так и слетали с его рук. Невозможно было уследить за его пальцами, настолько они быстро плели заклинания. Но тиррнам не было конца.
Уложил одного тиррона, Ахемен услышал позади себя, крик:
- Ложись!
Он моментально упал на колени и отскочил в строну, быстро повернувшись. От яркого взрыва голова тиррона, занесшего для удара нож, отделилась от тела, затем упала и остальная туша варвара. Ахемен увидел стоящую на углу дома девушку фэх’он.
Он улыбнулся так широко, как только мог. Ее измученные и пропитанные болью глаза, вдруг смягчились, наполняясь радостью. Она тоже улыбнулась.
Девушка быстро подошла к Повелителю. Она так хотела его обнять и в радости крикнуть как она его ждала. Но с трудом сдержалась.
- Зулика, - проговорил он.
- Повелитель, вы вернулись…
- Ахемен, - сказал он, все еще улыбаясь. – Для тебя просто Ахемен.
Она кивнула.
- Нам поначалу удалось отбить замок, но вскоре мы снова его потеряли. Мы очень рады, что ты не погиб и вернулся.
- Да, здесь мне немного повезло. Но не расстраивайся за замок. Теперь все будет по-другому.
- Конечно.
Ахемен не выдержал и обнял ее. Она была удивлена этому, поэтому не нашла что сказать. Но этого и не надо было. Зулика слегка прижалась к нему на секунду, потом отстранилась и опять весело улыбнулась.
К ним бежал разъяренный тиррон. Она, не задумываясь, выстрелила из своего оружия. Тот упал.
Ахемен наклонил голову:
- Хорошее оружие.
- Да. Мы тайо его производили, для подобного случая.
- Почему тайно?
Девушка замялась.
- Не знаю…мы…
- Ладно, - вздохнул Ахемен. – Это не важно. Мне нужно помочь моим друзьям, если хочешь, можешь присоединиться с твоим оружием.
- Хочу! – вдохновилась она. – Подожди секундочку.
Ей совсем не хотелось отпускать его и на шаг от себя. Она не могла снова его потерять. Зулика побежала к стене и из-под груды камней достала новое оружие, а использованное выкинула.
- Хорошая работа, - удивленно, одобрил Ахемен.
- Спасибо.
- Ели мы победим, то я не забуду никого, кто хотя бы пытался удержать город в порядке. А те кто погибли, будут в вечной памяти…
- Ахемен. – Она коснулась его руки. – Нам нужно идти.
- Да. Ты права.
Они вместе побежали в гущу тирронов.

Алеяндро быстро вбежал по широкой лестнице на второй этаж и огляделся. Кристалл был где-то здесь, но точно сказать было нельзя. Он побежал вдоль коридора, разбитых стеллажей и взломанных комнат. Он подумал, что Майялд наверно выглядит так же, если не хуже. Но он пока об это старался не думать. Больше всего его сейчас волновало состояние Зала. Алеяндро удивило отношение братьев-богов к Залу. Куда они сморят? Зала больше нет. Хотя в это мало верилось. Колыбель еще пока живет, хоть и плохо, а значит есть время.
Здесь. Он остановился. Дверь в комнату, где был кристалл, была приоткрыта. Он медленно в нее зашел. Множество разбросанных вечей заполняли ее, а так же у окна стоял в плаще фэх’он. Жрец обошел его и посмотрел в лицо. Он был похож на статую высеченную из камня.
- Кто ты? – резко спросил фэх’он.
- Я жрец, а ты?
- Маг этого города, и моя месть будет велика.
Тут Алеяндро поднял руки, готовясь выпустить в него струю смертоносного света.
- Мехилид!
- Только тронь меня, и проклятие перейдет на тебя. А тогда я смогу до тебя достать.
Алеяндро расслабился:
- Проклятие?
- Да, - усмехнулся маг. – Не повезло мне. Но я еще отомщу. Кто-то проклял меня, тот, кто сильно возненавидел. Но точно не Ахемен, у него силенок маловато. Но откуда ты меня знаешь?
- Ваш Повелитель нашептал.
- Будь он проклят, несносный мальчишка!
- И к твоему несчастью, он жив и сейчас внизу отбивается от тирронов.
Мехилид промолчал, но даже через его онемевшее лицо чувствовалась злость. Казалось, что из его глаз посыплются искры.
- Слушай, - сказал Алеяндро. – Мне нужен кристалл, и я знаю, что он здесь. Тебе придется его отдать.
- Даже если бы я и захотел это сделать, то не смог бы, так как эта вещь находится у меня в кармане. И тебе нельзя до меня дотрагиваться. Но я все равно тебе его не отдам. Я черпаю силу из нее.
Это была новость. Брать силы из кристалла. Алеяндро этого еще не пробовал.
- Мне нужен этот кристалл, - начал цельтали, но отвлекся на топот в коридоре.
Алеяндро отошел в строну, приготовившись в любую минуту использовать силу. Но в комнату вошел Рейнер.
- Мы тебя потеряли, - быстро сказал он. Потом посмотрел на Мехилида. – Это еще кто такой?
- Тот, кто учинил весь погром в Исхане.
- Понятно. – Кивнул воин. – Можно тогда я его убью?
- Я и сам это хотел сделать, - вздохнул жрец. – Только вот незадача, он заколдован и никто не может до него дотронутся.
- Жаль.
Следом вошли Ахемен и Зулика, сказа, что Густаво с Рикой добивают остальных. Потом Повелитель ехидно улыбнулся и встал перед лицом мага. Гала заколдованного наполнились ужасом.
- Привет, - как можно беззаботнее сказал Ахемен, хотя его и переполняла злость. – Как поживаешь?
Мехилид промолчал, хотя все чувства ярко были видны в его глазах.
- Не ожидал меня увидеть? – продолжал Повелитель. – А зря. Вот я и вернулся и забираю свой город обратно. Но что с тобой случилось? Ты околдован? Как же это получилось?
- Это сделал тот, кто больше всего меня возненавидел, - спокойно ответил маг.
- И кто это мог быть?
- Только не ты, - попытался усмехнуться маг. – Слабоват ты для такого.
- Даже так?
Зулика подошла к Ахемену и что-то шепнула ему на ухо, тот кинул.
- А-а, - протянул Мехилид. – Похоже, я знаю, кто это был. Узнав о твоей пропаже, она прокляла меня.
Зулика удивленно уставилась на мага.
- Но я не могла, - проговорила она.
- Маг, у тебя есть сила, но ее нужно разбудить. Иди ко мне, и я помогу тебе.
- Ну да, - усмехнулась девушка. – Обойдусь.
- Все это замечательно, – сказал Алеяндро. – Но мне нужен кристалл.
- А где он? – спросил Ахемен.
- У него. – Кивнул жрец на мага.
Наступило минутное молчание. Потом Зулика спросила:
- Как снять проклятие?
- Ты должна простить меня, - ответил маг. – И тогда я вновь стану свободным.
- Нет! Не прощай его! – вскричал Ахемен. – Он не заслуживает этого. Это его участь, и пусть теперь стоит.
- Но тогда мы останемся без кристалла. – Напомнил Алеяндро.
Ахемен надулся. Зулика молчала долго, но сказала:
- Я прощаю тебя, но только ради того, чтобы забрать у тебя кристалл.
Маг пошевелился и сразу же выпустил огненный шар в Ахемена. Но Повелитель не пропустил удара, мгновенно его отразив. Мехилид упал замертво.
- Слабак, - хмыкнул Ахемен и улыбнулся Зулике.
Алеяндро изъял из кармана мага кристалл. Он был не таким ярким, как другие кристаллы. Мехилид использовал его силу и жрецу это не понравилось.
Город был отбит. Несколько тирронов бежали, но это уже было не важно. Осталось только навести порядок в Исхане, и все буде по-прежнему. Ахемен снова был окружен оставшимися фэх’он. Теперь он был спокоен. Он вернулся!
Ахемен опрощался с друзьями. Дав им хороших коней, которые Зуликина банда спрятала при осаде города. Теперь они быстро доберутся до Майялда. Алеяндро предложил Густаво отправиться в Леконт, но он отказался, решив следовать с ними до конца. Алеяндро настаивать не стал. Ему не хотелось прощаться с Ахеменом, но фэх’он пообещал что еще обязательно его навестит. Он сказал, что двери его города всегда открыты для них.
Они поспешили дальше. Стоило спешить, пока еще было хоть немного времени. Земля под ногами дрожала, но не разваливалась, значи,т еще есть надежда.


Прошло еще пару дней, и они на скаку въехали в золотой город. Густые тучи, такие же как и в Исхане, нависали над городом, окутывая пирамиды. Рейнер даже ахнул, видя такое изобилие золота, оно больше его не прельщало, оно было черно.
Они оставили коней у хижин. Но не успел Алеяндро чего-либо придумать, как его окружили.
- Просим вас подняться к жрице.
Попросив друзей подождать, он поднялся в храм. У него не было чувства ностальгии, и того что он наконец дома. Наоборот, снова хотелось уйти отсюда и снова бродить по Куэльо.
Коатикуэ купалась в шелках и шкурах. Увидев Алеяндро, она бросилась к нему, но он оттолкнул ее.
- Алеяндро, милый! Сколько времени? Это не хорошо не заглядывать к старым друзьям. Я волновалась.
- За себя?
- Ну что ты. Ты так изменился. Да, ты стал другим. Цельтали хотят тебя. Твоей власти. Но ты должен понять, что я наследная жрица и никак не могу покинуть поста. Я жрица. Но мы можем это делать вместе. Как ты на это смотришь? Можно изменить все законы. Вижу, ты убил белого ягуара, нет чести выше. Мы – будущее Майялда. Так как?
- Никак, - ответил он.
- Жаль. Но я не могу теперь тебя отпустить.
Стража окружила жреца. Алеяндро не на шутку разозлился и выпустил из рук свет, от которого все разлетелись по сторонам. Но они были живы. Их смерть ничего бы никому не сказала. Алеяндро вышел из храма и стал быстро спускаться.
Друзья дожидались его у домика Арикалины. Он откопал последний кристалл и положил к остальным.
- Я не хочу здесь оставаться, - сказал он.

Ахемену было не по себе от незнания, как обстоят дела у других. Может, в Майялде было не столь удачно, как здесь. Он сидел в кресле и не знал, что ему предпринять. Стоило конечно узнать чем все закончилось. А они вряд ли смогу с ним связаться и все объяснить.
Так. Идеи стали меняться одна за другой, и наконец, остановившись на одной, он решил поступить следующим образом. Оставив Зулику главной в городе, Ахемен телепортировался в Майялд. Так как он не знал этого города, а лишь по рассказам Алеяндро, он немного попал не туда куда намеревался. Оказался он в Майялде, но только в самом храме, а не на улице или у хижин. Он замешкался. А если жрецы его увидят, что с ним будет? Этот вопрос его сильно волновал. Ахемен решил потихоньку убраться от сюда. И только направился к выходу, как услышал крики и взволнованные разговоры за красной тканью. Соблазн был великим. И он поддался. Приблизившись к красному полотну, служивший дверью в комнату, он прислушался. Опят с Алеяндро дал ему возможность немного понимать язык цельтали.
В комнате находились двое. Женщина и мужчина. Ахемен попытался разобрать слова.
- Мы не можем больше терпеть этой…., - говорил мужчина.
- Это не мои проблемы! – гневалась она. – Я одна не могу поддерживать целый город. А … я не вижу от вас. Вы сдали город, а теперь что-то хотите от меня!
- Жрица, мы его не сдавали. Если бы вы соизволили нас предупредить о нападении, как делал это …, то мы были бы готовы и возможно не находились сейчас в столь … состоянии. Сейчас мы требуем спасения.
- Вождь, я не смогу дать вам никакого спасения. Или вы думаете, чтобы я голыми руками справлялась с армией тирронов?!
- Что нам делать …?
- Вот, если бы вам удалось … Алеяндро, то у нас был бы шанс.
- Мы знаем, что он сейчас в городе, - ответил вождь. – И были …, что возможно он единственный законный и … служитель богов и этого храма.
- Ложь! – вспылила она. – Я верховная жрица, и точка. А Алеяндро мог бы быть всего лишь нами помощником. Но он не согласился. Его нужно заставить, силой.
- Мы не будем этого делать, - оказался он. – Воины считают его вестником света и что сами боги его выбрали.
- Воины, - усмехнулась она. – Они ….
- Но жрица, если бы вы доносили нам пожелания богов, то возможно этих слухов не было. И возможно, вам не стоило занимать этот пост и убивать Миутли. Боги отвергают вас.
- Мочи!
Ахемен схватился за рот, чтобы не издать никаких возгласов. Вот тебе и развязочка! Эта дурная жрица прикончила отца Алеяндро и сама заняла его пост. И что теперь сказать Алеяндро? И как он отреагирует?
Но Ахемен не сдвинулся с места, он еще сильнее прислушался. Почему-то не хотелось уходить, так как любое движение может его выдать.
- Не смей говорить об этом, - зло прошипела она. – А если кто-нибудь об этом узнает, я тебя убью.
- Вы не посмеете. Вам, Коатикуэ, пора ответить перед цельтали. Мы … от ваших войн.
Послышался звон, потом глухой удар. Ахемен не сомневался в том, что сейчас произошло. Он со всех ног выметнулся из храма, и помчался вниз , чуть не спотыкаясь о ступени.
Никто конечно не смог не заметить бегущего по золотым ступеням фэх’он. Зрелище было не из обычных. Но Ахемен был так быстр, что цельтали тут же потеряли его из виду. Он нашел друзей у хижин. Они уже сем на коней, собирались покинуть город.
- Подождите! – Ахемен шум дыша, схватился за уздечку коня Алеяндро.
- Ахемен, что ты здесь делаешь? – удивился Густаво.
- Да, привет, я тоже рад тебя видеть. Алеяндро, друг, у меня для тебя есть довольно жуткие новости.
Они снова разместились в доме Арикалины.
- Как ты оказался в храме? – спросил Алеяндро после.
Рейнер скрестив руки, и облокотившись о косяк двери, с интересом косился на фэх’он.
- А это просто. Я по рассказам нашего общего друга Алеяндро, представил себе Майялд и переместился сюда. Хотел узнать как дела. Но почему-то оказался в храме. Это не важно. Главное другое. Я слышал один жуткий разговор, в общем, она еще тот зверь. Хочет силой затащить Алеяндро к себе на службу. Там был еще вождь, его имени не знаю. Он пытался вразумить жрицу, чтобы та лучше вела свои дела. Но, похоже ей это в тягость. В общем, цельтали хотят тебя сделать жрецом.
- Не думаю, - покачал Алеяндро головой.
- Знаешь, дам тебе совет, - сказал Ахемен. – Как Повелитель Повелителю. Никогда не пренебрегай желаниями и чувствами своего народа. Народ – это все что у тебя есть, и потерять его доверие ты потеряешь все, и даже жизнь. Но это твое дело, это я так, к слову. Так что, цельтали хотят твоего правления. Но Коатикуэ не желает делиться властью. Но это еще не все.
Он замолчал и закусил губу.
- Что еще? – спросил Алеяндро.
- Ну…, - Ахемен мялся перед ответом.
- Ладно, говори, я и так уже привык во всем ужасам Куэльо, так что еще от одной не помру.
- Боюсь, от этого можно. В общем, Коатикуэ сама убила Миутли. Никакого мятежа не было, и вождь это знал. Похоже, они это сделали сообща. Их разборки кончились, тем что она все же убрала последнего свидетеля ее грязного дела.
Алеяндро черными мертвыми глазами уставился в стену.
- Я знаю…, - начал было Ахемен, но друг его перебил.
- Я не могу больше здесь оставаться. Бродить по миру мне больше нравится, чем находиться в Майялде.
- Подожди, - остановил его Густаво. – Город нужно все же привести в порядок.
- Пусть эти занимается Коатикуэ! – вспылил Алеяндро, поднимаясь с места. – Раз она так хотела власти, то она ее получила. Мне все равно.
- Я так не думаю, - отозвался Рейнер, поправляя пояс. – Она убила твоего отца, а значит, сама заслужила смерти.
- Еще и вождя, - добавил Ахемен.
- Именно, - кинул воин. – Я могу об этом позаботиться.
- И не думай, - сказал Алеяндро. – Мы не будем никого убивать. Мне даром не нужен Майялд.
- Так можно ее изгнать, - предложил фэх’он.
- Она снова наберет силы, - ответил Рейнер.
- Где это? – усмехнулся Повелитель.
- Да тех же тирронов. Как Мехилид.
- Ну тогда я согласен ее убрать, - сдался Ахемен.
- Он прав, - добавил Густаво.
- Ладно, у меня есть еще дела, - сказал Алеяндро, доставая кристаллы. – Мы спасем мир, а потом покинем Майялд.
- Хорошо, займись своим делом, а я своим. – Кивнул Рейнер, и вышел.
Алеяндро хотел остановить его, но Ахемен отрезал ему путь.
- Я не дам ему это сделать.
И вышел за чонтали. Алеяндро вздохнул и сев поудобнее, взял в руки все кристаллы. Он закрыл глаза.

21.

Ахемен догнал воина на пути к пирамиде.
- Рейнер, послушай…
- В твоих советах я нуждаюсь меньше всего.
- Знаю. – Кивнул фэх’он. – Но все же послушай. Не убивай жрицу, Алеяндро никогда тебе этого не простит. Пусть это сделают сами цельтали.
- И как ты это сделаешь?
Ахемен улыбнулся.
План был дерзким. К тому же еще и Куэльо разваливается, земля уходит из-под ног. Но дела не ждали. Слегка связав Рейнера, Ахемен подвел его к пирамиде.
- Где ваш жрец?
- Зачем он тебе фэх’он? И что тебе нужно?
Хорошо, что тирроны не осаживали пирамиды, возле них собрались оставшиеся цельтали.
- Этот чонтали, - ответил Ахемен. – Знает очень многое про тирронов, и то что чонтали идут сюда. Жрецу стоит это знать.
- Жди здесь, - приказал цельтали и поднялся в храм.
Не прошло и пяти минут, как он выбежал с криками.
- Вождь убит!
Цельтали зашумели. Поднялся гам.
- Кто это сделал? – спросил один.
- Думаю, что только вождь мог подниматься в храм, а там кроме жреца никого не было. От сюда следует…
Ахемен не стал заканчивать. Цельтали разъяренно вбежали в храм. Ахемен и Рейнер поспешили убраться.
Пока Алеяндро пребывал в Зале, Ахемен решил вернуться к себе и так уладить все дела.

Теперь он не стал вызывать Зал, так как знал что его уже нет. Он представил парящий в неизвестности одинокий островок, на котором находилась Колыбель Цветов.
Островок был прежним, а вот Колыбель Цветов была разрушена. Поседение лепестки бывших кристаллов безжизненно лежали на земле. Алеяндро положил все кристаллы на место Колыбели Цветов.
Но тут возник Кольо.
- Ты, низший, жрец! Как ты смеешь?
- Но все же жрец. – Улыбнулся цельтали.
- Отдай их мне! И я воссоздам мир снова.
- Нет, - твердо сказал Алеяндро.
Неподалеку появился Эритэ:
- Не слушай его, отдай их мне.
- Вы не понимаете, - спокойно проговорил жрец. – Вы должны быть вместе, чтобы Куэльо существовал. Иначе, ничего хорошего не получится, если останется только один из вас.
- Все было нормально, - напомнил Эритэ. – Если бы ты сам все не начал. Это из-за тебя мир рушится.
- Я стараюсь все исправить, а вы мне мешаете.
- Это ты нам мешаешь, - хором сказали они.
- Все, - произнес Алеяндро. – Игра закончена! Ничья!
Они медленно стали приближаться. Но он остался стоять на месте и стал черпать силу из кристаллов. Ударил яркий свет, от которого пришлось зажмуриться.
Все кто в данный момент находился в хижине Арикалины рядом с другом, тоже прикрыли глаза от света. Свет озарил все Куэльо, накрыв его желтым щитом. И все под этим щитом менялось и ставало на свои места.
Когда Алеяндро открыл глаза, то ни кристаллов, ни богов не было. Островок затрясся и превратился в пыль. Он стал падать во тьму, он не упал, а приземлился на пол Зала, который с новой силой излучал яркий желтый свет.
Алеяндро улыбнулся:
- Привет. Я рад, что у нас все получилось. Но где теперь боги?
Ответом была красивая мелодичная музыка. Он понял, что братья были изгнаны из Зала и теперь только Колыбель Цветов будет единственным великим существом во всей вселенной. И лишь ее разуму будут все поклоняться. А с помощью Зала общаться с ней. И лишь она будет богом.
Музыка прекратилась, оптом снова заиграла. Алеяндро был удивлен заявлению Зала. Богом и единственны посредником между Куэльо и Колыбелью Цветов будет только он, сын Миутли из Майялда. Он почувствовал прилив огромной силы, пропитывающей его насквозь. Он понял, что теперь может сделать все, что захочет, настолько была велика эта сила, даже уничтожить Куэльо или сам Зал.
Перед его глазами стали быстро пробегать картины того, что он пережил недавно. Смерть, разрушения, потеря друзей и ужас и ни капли надежды. Нет. Нельзя чтобы это все повторилось, он это понял и попытается сделать все, чтобы направить свою силу на процветание Куэльо.
Алеяндро поклонился Залу, от чего тот засиял еще ярче.
- Для меня вечная честь быть с тобой. Но быть богом я не достоин.
- Достоин, - говорил Зал. – Я это знаю и вижу. Я все вижу. И всегда могу забрать, то что даровал. Будь такой, какой ты есть и мы будем вместе вечно, бог Алеяндро. И я буду полагаться на тебя, а ты на меня. Мы едины. Ты часть Колыбели Цветов, как и я. Это мой дар и носи его по миру.
Алеяндро опять поклонился и открыл глаза. Первое что он увидел, это изумленные лица друзей, они смотрели на его руки. Он наклонил голову и увидел, что держит саму Колыбель Цветов в полной своей красоте. Он быстро поднялся, стараясь не уронить жизнь мира.
- Что это? – спросила Рика.
- Это Колыбель Цветов, - ответил Алеяндро, и дал ее Рике. – Подержи ее, а я сейчас. Я не могу принять ее.
Рика аккуратно взяла Колыбель, а Алеяндро снова вошел в Зал.
Он сказал, что вверяет себя в его руки и что самое лучшее место, куда теперь его можно поставить, это в храм Майялда, на тот пьедестал, где находился первый осколок. А Майялд станет центом Куэльо.


При возвращении что-то пошло не по правилам. Наверно из-за перемешанных чувств Алеяндро. Он попал в Исхан и сразу же понял, что теперь может телепортироваться как Ахемен. А попал он сюда, потому что о нем секунду назад думал. Тогда он решил еще раз попробовать и представил себе самого Ахемена.
Повелитель находился у себя в кабинете. Увидев друга, фэх’он проморгался, потом улыбнулся:
- Ты как умудрился?
- Да вот, Зал научил. Вижу замок как прежний.
- Да. Ты не поверишь, я увидел яркий свет, потом когда он пропал, то Исхан как будто и никогда не был в руинах. Ты молодец.
- Это не я. Зал благодари. Я вот пришел пожелать тебе удачи. Не забывай нас.
- Да никогда! – воскликнул Ахемен.
Они обнялись.
- А как ты девушка? – спросил Алеяндро.
- Я лучшее ее еще никого не встречал.
- Я вот тут подумал. Вы с Рикой говорили о долге.
- Ты, жрец! – возмутился Ахемен. – Как самый честный должен был забыть об этом.
- Нет. – Рассмеялся цельтали. – Я хорошо помню. И вот придумал кое-что.
- Что же? – нахмурился Повелитель.
- Да ты сильно не расстраивайся. Это всего лишь маленькая просьба. Женись ты на Зулике.
- Знаешь умник, я и сам до этого уже догадался, и как раз собирался ей сделать предложение.
- Вот видишь, - развел руками жрец. – Я просто хотел напомнить.
- Спасибо, я учел. А когда у вас с Рикой свадьба.
- У нас нет такого понятия, - сказал Алеяндро. - Но наше совместное восхождение в верховные жрецы будет отпраздновано. Возможно дня через два, как только уладим дела. Приходи с Зуликой.
- Обязательно, - пообещал Ахемен. – Мы будем.
Они попрощались и Алеяндро исчез. В Майялде они поставили Колыбель Цветов в указанное место в храме и изгнав всех оставшихся тирронов принялись готовится к празднику. Но сначала он сказал уничтожить пирамиду черепов и отменил все жертвоприношения.

Ахемен нашел Зулику на первом этаже замка, что-то объясняющая своим фэх’он. Он задержался на лестнице, не мешая ей закончить сове дело. Она была красивой и прекрасно знала что делала. Она продержала Исхан, не думая, что может погибнуть. Она достойна наилучшего.
Он обязательно всем фэх’он дарует награды, но он не знал чем отплатить Зулике. Ахемен полюбил ее, еще тогда, когда она серьезно втолковала ему, как поступить дальше. Он любил ее и был ей благодарен. Даже когда он забывал ее имя, ее образ никогда его не покидал и только всегда направлял. Она была нужна ему, как цветам солнце. Но полюбит ли она его? Стоило попытаться.
Когда она отпустила своих друзей и повернулась, то заметила его. Слегка растерявшись она улыбнулась. Ахемен подошел и как всегда очаровал ее своей улыбкой.
- Как у нас дела?
- Все хорошо, - ответила она, сдерживая чувства. А ей так хотелось броситься к нему на шею и расцеловать. Сказать, что она не может жить без него. Но она не могла. Он все же Повелитель. – Ахемен, я бы хотела устроить поминальный день всем тем, кто погиб в войне.
- Обязательно. Сегодня наведем порядок, а завтра так и сделаем.
Она кивнула и направилась к выходу. Ну вот, теперь она ушла. Ему так хотелось закончить со всеми формальностями и подумать о них с Зуликой. Но он точно решил, что это стоит сделать в Майялде. Ей это понравится. Но прежде стоит сделать все дела, чтобы полноценно отдохнуть.

Как только все дела были улажены и в Исхане начинали забывать о войне, настал день праздников в Майялде. Ахемен одевшись красиво, но, не выделяясь, он решил что раз в чужом городе обращать на себя внимание не стоит, отдал приказания и пошел искать Зулику. Конечно, он хотел спеть одну песню, но танцевать, как он это делал в Исхане, не собирался. Слишком разные культуры и не стоит смешивать все ритуалы и церемонии. Еще натанцуется.
- Зулика, - сказал он, застав е у себя. - У моих друзей праздник и нас с тобой пригласили.
- Нас? А меня за что? - удивилась она.
- Ну как же! Ладно, ты не волнуйся, все в этой войне заслужили праздники. Потом и в Исхане устроим веселья. Это я обещаю.
И больше ничего не слушая он переметил их в золотой город.

То что происходило здесь не возможно было описать словами. Свет, золото, краски заливали все вокруг. На счастье выдались теплые дни осень, казалось сам Зал, даровал лето среди глубокой осени. Веселое настроение навило над городом как необычная аура. Звучали барабаны, под мелодичные звуки духовых инструментов. Птицы звонко заливались в лесу, подпевая. Цельтали танцевали, а дети постоянно бегали под ногами, мешаясь старшим. Земля была усыпана цветами.
Их заметила неподалеку стоявшая Арикалина. Ее голубого неба цвета платье было украшено золотыми кружевами. На шее висел большой зеленый камень, обрамленный золотыми веточками. А так же большое количество браслетов и колец. Волосы забраны в высокую прическу, в которых так же имелись золотые украшения. Из всех она была самой красивой и неотразимой, как и подобало быть жрице Майялда.
Подойдя к друзьям, она обнялась с ними:
- Я рада, что вы пришли. Если честно, то уже хотела посылать за вами Алеяндро.
- Что ты, мы бы никогда не пропустили этого торжества. К тому же нет самых дорогих, чем лучшие друзья.
- Простите, - сказала Зулика. – Здесь так красиво и божественно. Я и не знала, что существует такой город.
- Спасибо милая. Будь как дома, и если что надо будет, обращайся ко мне и не стесняйся, мы все здесь вои. А вот Ахемен, плохой парень, ничего тебе не рассказал.
- Я хотел сделать сюрприз.
- Ты его сделал, - укоризненно сказал Рика. – И поставил девушку в неудобное положение. А так же, сам приоделся, а Зулику не приготовил к празднику.
Ахемен закусил губу:
- Я не заметил. Она и так для меня красива, даже в этом костюме.
- Эх, ты! Ладно, я забираю ее с собой, а ты в одиночестве подумаешь над свои поведением.
- Ой, я уже жалею! Мне стыдно! Прошу прощения, я больше никогда так не поступлю.
Девушки рассмеялись, потом Рика увела подругу к себе. Но Ахемен не стал скучать, он тут же приметил Густаво.
- Ахемен. – Улыбнулся эль-мирадорец. – Ты здесь один?
- Нет. Зулика со мной.
- Очень хорошо. Как она?
- То есть? Я не знаю. Но сегодня ее ждет сюрприз. Надеюсь, ей понравится. – Ахемен огляделся. – Где Алеяндро и Рейнер?
- Алеяндро в храме, готовится к церемонии. А Рейнер вроде был здесь. Наверно где-то затерялся.
- Вы следите за ним, а то, зная его силу, он может и пирамиду утащить.
Густаво рассмеялся:
- Боюсь, даже его сил на это не хватит.
- Да мало ли.


Некоторое время спустя все приготовления были закончены. Все цельтали и гости собрались у западной пирамиды, которая величаво вздымалась до желтых облаков. Арикалина поднялась в храм, казать Алеяндро, что бы он начал праздник.
Ахемен увидел Зулику и тут же замер не в силах пошевелиться. Такого он еще никогда не чувствовал, он хотел лететь от счастья и плакать от того что не знал ее раньше. Теперь Зулика была одета в золотой платье с такой же золотой в сеточку накидкой до земли. Ее фиолетовая кожа прекрасно сочеталась с золотым платьем. Она была богиней в сердце Ахемена.
Видя замешательство друга, Густаво слегка подтолкнул его в спину, но этого было достаточно, чтобы он сорвался с места и помчался к ней.
- Зулика, - проговорил он. – Ты прекрасна.
Она смущенно улыбнулась и опустила глаза, так боялась, что он прочтет все ее чувства в них.
- Спасибо, - так же тихо ответила она.
Взяв ее под руку, он подвел ее ближе к пирамиде.
Из храма вышли Арикалина с Алеяндро. Все затихли. После небольшой речи верховного жреца, исполнился ритуал посвящения и воссоединения. В чашу с вином они уронили по капли своей крови и разделили ее пополам, выпив каждый по половине чаши. Потом Алеяндро вручили Золотую Ветвь, и надели им на головы надели золотые венки. После чего церемония была закончена и начались танцы с веселыми разговорами о светлом будущем.
Ахемену все же удалось исполнить одну песню, которую он сочинял по ходу ее исполнения. Осмелившись, конечно с разрешения Алеяндро, подняться на пирамиду он стал медленно спускаться, при этом исполняя песню. Весь город его слышал и заворожено слушал. Многие не понимал его слов, но это было и не важно. Кто хотел, тот все понял, для остальных же это был очередное представление.
Как только он закончил и спустился с последней ступени, он поклонился слушателям, так все громко захлопали в ладоши.
- Благодарю. А теперь я попрошу тишины.
Рика с Алеяндро непонимающе переглянулись, но спрашивать ничего не стали. Ахемен подошел к Зулике и взял ее за руку.
- Зулика, ты станешь моей женой? – спросил он.
Девушка растерялась. Она улыбалась и смотрела по сторонам, не зная, что ей делать. Но тут же собралась, понимая что это не достойно. Она всегда считала себя воином, а значит и вести надо себя подобающе. Хотя это не получалось, особенно в этот момент. Свершилось, то чего она желала больше всего на свете, и теперь стоит вся растерянная.
- Конечно, - ответила она.
Ахемен обрадовано прижал ее к себе. Цельтали радостно закричали, а друзья поздравили их лично.
Праздник закончился вечером, и они разместились в одной из хижин, где в дружной беседе провели ночь. Они вспоминали все, что с ними приключилось за это время. Вспомнили Уилфрита, веселого мальчишку, который никогда не унывал. Они пили, ели и весело смеялись. Теперь они заслужили это, и могли вдоволь этим наслаждаться.
После, когда цельтали успокоились, они отправились с Исхан. Фэх’он поженились по своим обычаям. Благословив их на счастливее правление, маг дал им право на совместную и долгую жизнь. Потом Ахемен устроил праздник по-своему. Громкая музыка и танцы до ночи.
Фэх’он снова ликовали, видя Повелителя танцующего на старой сцене, только теперь в ним танцевала и Зулика. Она так же хорошо умела это делать, как и он. Танцы сопровождались яркими вспышками и огромным количеством огоньков выпускаемых Ахеменом и самой Зуликой. Зная, что она тоже имеет силу, муж научил ее пока нескольким заклинаниям, пообещав, что потом обучит всему, что только знает.
Алеяндро смотрел на него и удивлялся. Как не только искусно владел своим телом и голосом, но и своим народом. Фэх’он тянулись к нему и не желали видеть на его месте никого другого. Вот что значит настоящий Повелитель. И чтобы он не совершил, даже если и не по своей воле, народ все ему простит и с распростертыми объятиями примет его снова и даст власть над собой. Он заслужил их уважение и веру.
Отменно отметив праздники в Исхане, они уже мало чего соображая, отправились в гости к Густаво в Леконт. Повезло, что Ахемен еще не промахнулся и попал прямо в центр зеленого лабиринта в центре сада города эль-мирадорцев. Густаво так же угостил друзей хорошей выпивкой и вкусной едой. Когда они проспались и немного пришли в себя, решили наконец отправиться по домам.
Попрощавшись с Густаво и пообещав, что непременно еще соберутся и весело проведут время, Алеяндро с Рикой переместились в Майялд. Ахемен отправил Рейнера в Трир, не забыв дать ему целый мешок золота, сказав, как только закончится этот мешок пусть приходит за другим. Потом Ахемен и Зулика телепортировались в Исхан.
Рейнера встретила Верена, и они навсегда остались вместе. Его назначили главнокомандующим воинами по городу, вернув былую честь и уважение.

Когда Алеяндро стоял у выхода из храма и смотрел на яркое солнце, в его глазах так же были маленькие солнышки, сестры тому большому, озаряющему все Куэльо. Этот цвет глаз теперь был постоянным , и больше не менялся от его настроения. Густаво был прав, он нашел себя и выбрал свой путь.
К нему подошла Арикалина, из-под длинного серебряного платья выпирал животик, в котором рос новый духовный путеводитель всех цельтали.
Алеяндро повернулся к своей жрице и коснулся руками ее живота.
- Он будет великим и сильным, как ты, - сказала она. – И так же поведет цельтали к свету.
- Красив и добр, как ты, - добавил он. – Я надеюсь, он выберет свой путь быстрее, а не будет слоняться в смятении, как я.
- На то воля Зала и тебя бог Алеяндро.
- И тебя, моя богиня.
Он улыбнулся и поцеловал ее.