Е. Царёва-Блохина. Продлись, беседа наша... 2020
ЕЛЕНА ЦАРЁВА-БЛОХИНА
ПРОДЛИСЬ, БЕСЕДА НАША, В СМЕНЕ ЛЕТ! ПАМЯТИ КНАРИК
07.10.2020
И снова суета и мельтешение,
Беседы наспех в гаме городов...
Мой верный друг, скажи мне в утешение
Хоть несколько хранящих сущность слов.
Поведай мне, отчаявшейся, главное,
Чтоб свято верить Правде и Добру,
Напомни время праведное, славное…
Постой, слезинки со щеки сотру...
Кнарик Хартавакян Виктория-Кнари
Вот и я смахиваю слезинку, читая такие родные и понятные сердцу стихи Кнарик Саркисовны Хартавакян, открывая новые грани её таланта и творчества, постигая глубины её любви к Слову. Ровно год назад, 7 октября, Кнарик ушла из земной жизни, а Слово её живет! Как актуально звучит в наше время призыв Кнарик ?Мой верный друг, скажи мне в утешение хоть несколько хранящих СУЩНОСТЬ слов?…
Почему я так люблю стихи нашей дорогой Кнарик? Потому что в них пламенеет любовь к Слову сутевому, тому единому Логосу, который был до Вавилонского столпотворения, когда Слово обозначало Истину – Добро, Свет, Любовь. Именно этому Слову, умиротворяющему и пробуждающему, объединяющему и согревающему, гуманному и утешающему, воспевающему красоту Земли и Неба, посвятила всю себя без остатка Кнарик Саркисовна Хартавакян.
Как тонко и глубоко чувствует Кнарик важнейшее предназначение слов:
Их возгласи всем людям в утешение,
Благую весть неси быстрей гонца,
Сквозь мрак и холод, масок мельтешение
Соедини, согрей огнём словца!..
Сим сокруши обман, лёд отчуждения,
Связуй сердца, спаси весь род людской!..
Пусть истинность да искренность суждения
Пребудут в речи нашей день-деньской!
Кнарик Саркисовна, действительно, могла согреть ?огнем словца?! Более того, она задавалась вопросом, какие слова найти, чтобы достучаться до людских сердец, сказать самое важное:
Мерцание света в окне, предрассветие
И тиканье бдящих настенных часов,
Что скажете нового в слове-ответе ли,
В строке прознаваемых чутко стихов?..
Что скажете важного, необходимого,
Того, что поможет смысл жизни понять?
Безмолвие, запахи дома родимого…
Где слово, что может пронзить и пронять?
А свет всё сильней, ощутимее, явнее,
И внятнее тиканье вещих часов…
Успеть бы мне вовремя выполнить главное
И высказать главное в блёстках стихов!
И вот тут я хочу отметить, что Кнарик Саркисовне всегда удавалось сказать ?главное? в ?блестках стихов?. Чем больше её произведений я читаю, тем больше убеждаюсь в том, что поэзия для Кнарик Саркисовны – не самовыражение, а серьезная Миссия, Призвание.
Мы сгораем в огне, до высокого зрея накала,
Тугоплавкие* души людские спасая от мук,
Чтоб строка стихотворная в сердце кому-то запала,
Каплей солнечной малой слетая с обугленных рук…
…Ограждаем тебя, о читатель, от стольких напастей,
С отрешенным усердием Богу молитву творя.
Научаем ли мудрости, жертвы ли наши напрасны,
Не гадаем, к спасению ближних дороги торя.
Мы прошли сквозь огонь, и потоп, и кромешные трубы.
Не корите, что странников лиц очертания грубы
И к иному труду непривычны поэтовы руки, –
Мы снимаем со всех нетворящих творения муки…
Вот так самозабвенно отдавать себя всю служению человеку через Слово просвещающее, и, прежде всего, Слово Православное, могла только Кнарик Саркисовна. В этом стихотворении – вся она:
То Слово, что было, пребудет в начале, –
У Господа Бога, у Сына Христа!..
Как нехристи нас бы ни ожесточали, –
Несметная сила добра в нём истА…
Хочу, чтобы слово взмывало ракетой,
Затем бы взрывалось, как тысяча мин,
И зло, сметено им, взвывало: ?Так этой,
Словиночкой малой, не валом лавин?!?
Хочу, чтобы слово сердца содрогало
И звало на бой за державную честь,
Чтоб слово спасало и оберегало
Всех могущих слышать его и прочесть.
Чтоб в этом продавшемся дьяволу веке,
Где в людях людское спешат истребить,
Словечко радело вновь о человеке,
Учило б его сострадать и любить.
Чтоб в мире нещадном, где властвует атом,
Где вдоволь на каждого бомб и свинца,
Нашлось в языке, неоскудно богатом,
На каждую душу два добрых словца…
Взываю, чтоб Слово заслоном вставало,
Уж коли заступников нет на Руси;
Хочу, чтоб, сражаясь, оно побеждало,
Ему бы шептали мы: ?Иже еси…?
О Словище! Свято, всесильно, могуче,
Творцом и спасителем стань для меня.
Всевластное, путь преграждаешь ты туче,
Взвивая сполОхами ярость огня.
Хочу, чтоб взлетало ты, словно ракета,
В кромешной бы тьме восходило звездой,
Чтоб верили истому Слову поэта
И жили по вечным Христовым заветам
Взыскавшие Света, ведомы тобой!
Поэтическое Слово Кнарик – это мощный призыв к Свету и Добру, благодатный источник пламенной, истинной, щедрой Любви к людям, к своей родине. Оно – и ?словцо? , и ?словиночка?, и ?словище? – и крепкое, и нежное и могучее, а главное – горячо любимое Поэтом!
Долгие годы Кнарик Саркисовна была председателем патканяновской литстудии, занималась редактированием произведений начинающих стихотворцев, готовя их к публикации в местной и региональной прессе, в коллективных сборниках, работала редактором-составителем книг.
Я вся ушла в чужое стихотворчество,
Чу ж и е со-вер-шен-ству-я стихи.
Пусть не моё под ними имя-отчество,
Мной нанесённые верны штрихи.
И мне досталась радость созидания,
Во мне гудел сотворчества огонь;
Довлел не блеф скупого назидания –
Всплеск воздаяния, азарт погонь!..
… Ушла я вся в чужое песнопение,
Распалась я на сотни голосов?..
Придёт ли кто из вас на день успения,*
Стряхнёт ли каплей малой вдохновения,
Л ю б и м е й ш и е из учеников?..
Только сейчас я начинаю осознавать, что Кнарик – человек планетарного масштаба, и её семья – это весь земной шар. Меня потрясли вот эти её строки из стихотворения ?В забытых заповедниках души. Крещенский вечер..?.
Гадают девушки в крещенский вечер,
Ждут из-ме-не-ния в своей судьбе…
В моей – ты был, ты, встречен-поперечен.*
Но зов давно уж не стремлю к тебе…
…Крещенский вечер… девушки гадают,
Снежочек тает… днесь мороз не лют.
И весть мою благую слышит, – знаю, –
Мой Суженый-Возлюбленный – весь люд.
И мне кажется, что сама Кнарик Саркисовна понимала, что миссия её – в служении ?всему люду? - человечеству, как бы это ни звучало высокопарно, по сути – это так, её миссия – нести нам, людям, благую весть, через свои светозарные стихи и книги. Когда я читала вот это стихотворение Кнарик, я плакала:
Мои д е т и щ а, знай, – мои к н и г и,
В долгих муках на радость рождённые.
Ты, чи-та-ю-щий, это постигни,
Видя ль руки мои измождённые…
А морщин сеть на шее заметив,
Прошепчи: мама книжек – старушка-то!
Но узнай, взор сверкающий встретив:
Клятвы деток моих не нарушатся!..
Повзрослев, сыновья чьи-то, внуки
С ними в жизни своей повстречаются
И возьмут их, р о д и м ы х, за руки –
Породнятся словцом, по-бра-та-ют-ся!..
И приёмные дети случаются…
Радость матери вспомнят и муки,
А сердца их вовек не состарятся!..
В этих строках всё – и боль, и радость, и мудрость, и смирение, и даже искриночки юмора, но, главное, в них – Истина, то, ради чего писала Кнарик, и так жить, чувствовать, прилюдно исповедаться могла только она!
Стихами и взмолиться я хочу,
Чтоб родина с отрадою внимала.
О, сколько слов, горя, ни расточу, –
Всё будет несравнимо мало, мало!..
Когда-нибудь настигнет немота,
Объяв меня, земля вздохнёт: "Не дышит..."
Но и тогда – в шептаньи вешних трав –
Мой род мои признания услышит.
Услышит вдруг певучие шаги
Теней, покой селений стерегущих.
Прислушайтесь: те лёгкие шаги –
Шаги людей, по родине идущих!..
И это правда – в стихах Кнарик бьется горячо любящее сердце, в них – её дыхание, её безграничная Любовь к родной земле, людям, в них – ?лёгкие шаги людей, по родине идущих?, чтобы Словом сердечным спасать мир, делать его лучше, побуждать к добру! Кнарик живёт в каждом своем стихотворении, потому что ни одно из них не случайно, каждое выстрадано и рождено на свет на благо людей волей Свыше сердцем чрезвычайно чутким ко всему, что происходит в мире.
Не королева я и не принцесса,
Раба Творца, Его приемлю власть.
Поэт по воле Божьей, поэтесса,
Я счастлива, дыша стихами всласть.
Кнарик дышала стихами, а теперь мы ловим её чистое, родниковое дыхание в строчках её стихов, и она будет жить в них, своих детях, вечно, щедро делясь счастьем постижения красоты Богом созданного мира. Он был ей открыт в творчестве, только вчитайтесь:
…Остановить восторга полный взор
На незабудке, клевере, ромашке…
Пусть опьянит пахучестью простор
И грезятся вдали громады гор,
А по руке – ползут себе букашки.
… Остановить восторга полный взгляд –
Запечатлеть прекрасные мгновенья.
Пусть на года очарованье длят,
Глазами сердца моего глядят
Распахнутые в мир стихотворенья!
И эти, и многие другие стихи действительно будут долго еще длить очарованье и глядеть на нас, благодарных читателей, глазами сердца русской армянки, истинно народного Поэта, Кнарик Саркисовны Хартавакян. Вечная Память!
07.10.2020
ЕЛЕНА ЦАРЁВА-БЛОХИНА,
член Союза писателей России,
член Международной академии русской словесности
? Copyright: Елена Царёва-Блохина, 2020
Свидетельство о публикации №120100700556
ПРОДЛИСЬ, БЕСЕДА НАША, В СМЕНЕ ЛЕТ! ПАМЯТИ КНАРИК
07.10.2020
И снова суета и мельтешение,
Беседы наспех в гаме городов...
Мой верный друг, скажи мне в утешение
Хоть несколько хранящих сущность слов.
Поведай мне, отчаявшейся, главное,
Чтоб свято верить Правде и Добру,
Напомни время праведное, славное…
Постой, слезинки со щеки сотру...
Кнарик Хартавакян Виктория-Кнари
Вот и я смахиваю слезинку, читая такие родные и понятные сердцу стихи Кнарик Саркисовны Хартавакян, открывая новые грани её таланта и творчества, постигая глубины её любви к Слову. Ровно год назад, 7 октября, Кнарик ушла из земной жизни, а Слово её живет! Как актуально звучит в наше время призыв Кнарик ?Мой верный друг, скажи мне в утешение хоть несколько хранящих СУЩНОСТЬ слов?…
Почему я так люблю стихи нашей дорогой Кнарик? Потому что в них пламенеет любовь к Слову сутевому, тому единому Логосу, который был до Вавилонского столпотворения, когда Слово обозначало Истину – Добро, Свет, Любовь. Именно этому Слову, умиротворяющему и пробуждающему, объединяющему и согревающему, гуманному и утешающему, воспевающему красоту Земли и Неба, посвятила всю себя без остатка Кнарик Саркисовна Хартавакян.
Как тонко и глубоко чувствует Кнарик важнейшее предназначение слов:
Их возгласи всем людям в утешение,
Благую весть неси быстрей гонца,
Сквозь мрак и холод, масок мельтешение
Соедини, согрей огнём словца!..
Сим сокруши обман, лёд отчуждения,
Связуй сердца, спаси весь род людской!..
Пусть истинность да искренность суждения
Пребудут в речи нашей день-деньской!
Кнарик Саркисовна, действительно, могла согреть ?огнем словца?! Более того, она задавалась вопросом, какие слова найти, чтобы достучаться до людских сердец, сказать самое важное:
Мерцание света в окне, предрассветие
И тиканье бдящих настенных часов,
Что скажете нового в слове-ответе ли,
В строке прознаваемых чутко стихов?..
Что скажете важного, необходимого,
Того, что поможет смысл жизни понять?
Безмолвие, запахи дома родимого…
Где слово, что может пронзить и пронять?
А свет всё сильней, ощутимее, явнее,
И внятнее тиканье вещих часов…
Успеть бы мне вовремя выполнить главное
И высказать главное в блёстках стихов!
И вот тут я хочу отметить, что Кнарик Саркисовне всегда удавалось сказать ?главное? в ?блестках стихов?. Чем больше её произведений я читаю, тем больше убеждаюсь в том, что поэзия для Кнарик Саркисовны – не самовыражение, а серьезная Миссия, Призвание.
Мы сгораем в огне, до высокого зрея накала,
Тугоплавкие* души людские спасая от мук,
Чтоб строка стихотворная в сердце кому-то запала,
Каплей солнечной малой слетая с обугленных рук…
…Ограждаем тебя, о читатель, от стольких напастей,
С отрешенным усердием Богу молитву творя.
Научаем ли мудрости, жертвы ли наши напрасны,
Не гадаем, к спасению ближних дороги торя.
Мы прошли сквозь огонь, и потоп, и кромешные трубы.
Не корите, что странников лиц очертания грубы
И к иному труду непривычны поэтовы руки, –
Мы снимаем со всех нетворящих творения муки…
Вот так самозабвенно отдавать себя всю служению человеку через Слово просвещающее, и, прежде всего, Слово Православное, могла только Кнарик Саркисовна. В этом стихотворении – вся она:
То Слово, что было, пребудет в начале, –
У Господа Бога, у Сына Христа!..
Как нехристи нас бы ни ожесточали, –
Несметная сила добра в нём истА…
Хочу, чтобы слово взмывало ракетой,
Затем бы взрывалось, как тысяча мин,
И зло, сметено им, взвывало: ?Так этой,
Словиночкой малой, не валом лавин?!?
Хочу, чтобы слово сердца содрогало
И звало на бой за державную честь,
Чтоб слово спасало и оберегало
Всех могущих слышать его и прочесть.
Чтоб в этом продавшемся дьяволу веке,
Где в людях людское спешат истребить,
Словечко радело вновь о человеке,
Учило б его сострадать и любить.
Чтоб в мире нещадном, где властвует атом,
Где вдоволь на каждого бомб и свинца,
Нашлось в языке, неоскудно богатом,
На каждую душу два добрых словца…
Взываю, чтоб Слово заслоном вставало,
Уж коли заступников нет на Руси;
Хочу, чтоб, сражаясь, оно побеждало,
Ему бы шептали мы: ?Иже еси…?
О Словище! Свято, всесильно, могуче,
Творцом и спасителем стань для меня.
Всевластное, путь преграждаешь ты туче,
Взвивая сполОхами ярость огня.
Хочу, чтоб взлетало ты, словно ракета,
В кромешной бы тьме восходило звездой,
Чтоб верили истому Слову поэта
И жили по вечным Христовым заветам
Взыскавшие Света, ведомы тобой!
Поэтическое Слово Кнарик – это мощный призыв к Свету и Добру, благодатный источник пламенной, истинной, щедрой Любви к людям, к своей родине. Оно – и ?словцо? , и ?словиночка?, и ?словище? – и крепкое, и нежное и могучее, а главное – горячо любимое Поэтом!
Долгие годы Кнарик Саркисовна была председателем патканяновской литстудии, занималась редактированием произведений начинающих стихотворцев, готовя их к публикации в местной и региональной прессе, в коллективных сборниках, работала редактором-составителем книг.
Я вся ушла в чужое стихотворчество,
Чу ж и е со-вер-шен-ству-я стихи.
Пусть не моё под ними имя-отчество,
Мной нанесённые верны штрихи.
И мне досталась радость созидания,
Во мне гудел сотворчества огонь;
Довлел не блеф скупого назидания –
Всплеск воздаяния, азарт погонь!..
… Ушла я вся в чужое песнопение,
Распалась я на сотни голосов?..
Придёт ли кто из вас на день успения,*
Стряхнёт ли каплей малой вдохновения,
Л ю б и м е й ш и е из учеников?..
Только сейчас я начинаю осознавать, что Кнарик – человек планетарного масштаба, и её семья – это весь земной шар. Меня потрясли вот эти её строки из стихотворения ?В забытых заповедниках души. Крещенский вечер..?.
Гадают девушки в крещенский вечер,
Ждут из-ме-не-ния в своей судьбе…
В моей – ты был, ты, встречен-поперечен.*
Но зов давно уж не стремлю к тебе…
…Крещенский вечер… девушки гадают,
Снежочек тает… днесь мороз не лют.
И весть мою благую слышит, – знаю, –
Мой Суженый-Возлюбленный – весь люд.
И мне кажется, что сама Кнарик Саркисовна понимала, что миссия её – в служении ?всему люду? - человечеству, как бы это ни звучало высокопарно, по сути – это так, её миссия – нести нам, людям, благую весть, через свои светозарные стихи и книги. Когда я читала вот это стихотворение Кнарик, я плакала:
Мои д е т и щ а, знай, – мои к н и г и,
В долгих муках на радость рождённые.
Ты, чи-та-ю-щий, это постигни,
Видя ль руки мои измождённые…
А морщин сеть на шее заметив,
Прошепчи: мама книжек – старушка-то!
Но узнай, взор сверкающий встретив:
Клятвы деток моих не нарушатся!..
Повзрослев, сыновья чьи-то, внуки
С ними в жизни своей повстречаются
И возьмут их, р о д и м ы х, за руки –
Породнятся словцом, по-бра-та-ют-ся!..
И приёмные дети случаются…
Радость матери вспомнят и муки,
А сердца их вовек не состарятся!..
В этих строках всё – и боль, и радость, и мудрость, и смирение, и даже искриночки юмора, но, главное, в них – Истина, то, ради чего писала Кнарик, и так жить, чувствовать, прилюдно исповедаться могла только она!
Стихами и взмолиться я хочу,
Чтоб родина с отрадою внимала.
О, сколько слов, горя, ни расточу, –
Всё будет несравнимо мало, мало!..
Когда-нибудь настигнет немота,
Объяв меня, земля вздохнёт: "Не дышит..."
Но и тогда – в шептаньи вешних трав –
Мой род мои признания услышит.
Услышит вдруг певучие шаги
Теней, покой селений стерегущих.
Прислушайтесь: те лёгкие шаги –
Шаги людей, по родине идущих!..
И это правда – в стихах Кнарик бьется горячо любящее сердце, в них – её дыхание, её безграничная Любовь к родной земле, людям, в них – ?лёгкие шаги людей, по родине идущих?, чтобы Словом сердечным спасать мир, делать его лучше, побуждать к добру! Кнарик живёт в каждом своем стихотворении, потому что ни одно из них не случайно, каждое выстрадано и рождено на свет на благо людей волей Свыше сердцем чрезвычайно чутким ко всему, что происходит в мире.
Не королева я и не принцесса,
Раба Творца, Его приемлю власть.
Поэт по воле Божьей, поэтесса,
Я счастлива, дыша стихами всласть.
Кнарик дышала стихами, а теперь мы ловим её чистое, родниковое дыхание в строчках её стихов, и она будет жить в них, своих детях, вечно, щедро делясь счастьем постижения красоты Богом созданного мира. Он был ей открыт в творчестве, только вчитайтесь:
…Остановить восторга полный взор
На незабудке, клевере, ромашке…
Пусть опьянит пахучестью простор
И грезятся вдали громады гор,
А по руке – ползут себе букашки.
… Остановить восторга полный взгляд –
Запечатлеть прекрасные мгновенья.
Пусть на года очарованье длят,
Глазами сердца моего глядят
Распахнутые в мир стихотворенья!
И эти, и многие другие стихи действительно будут долго еще длить очарованье и глядеть на нас, благодарных читателей, глазами сердца русской армянки, истинно народного Поэта, Кнарик Саркисовны Хартавакян. Вечная Память!
07.10.2020
ЕЛЕНА ЦАРЁВА-БЛОХИНА,
член Союза писателей России,
член Международной академии русской словесности
? Copyright: Елена Царёва-Блохина, 2020
Свидетельство о публикации №120100700556
Метки:
